Ганимед
Шрифт:
– И всё же мне кажется, ты до конца не продумал последствий затеянной авантюры. Ведь если вскроется, что в гибели их корабля виновными окажемся мы, это будет означать возобновление военных действий между альянсами, а это в свою очередь поможет расширению нашего общего врага – Халифата. И потом, – Гарднер стряхнул с рукава рабочего комбинезона несуществующую соринку, – нельзя сбрасывать со счетов тот факт, что в конфликт между нами может вступить, и заметь, скорее всего, не на нашей стороне, четвёртая мировая сила – Китай. Приотстав в космической гонке ему пришлось довольствоваться освоением самой переферии Солнечной системы. Теперь он силён и просто ищет повода, чтобы урвать себе хотя
– Чёрт возьми, Оливер, я действительно выпустил из виду этих узкоглазых…
Рино вскочил со своего места и, эксцентрично размахивая руками, заметался по кабинету. Гарднер иронично посмотрел на компаньона.
– Мне кажется, лучший выход из этой ситуации – не тушить пожар керосином.
– Ты можешь обойтись без своих дурацких аллегорий?
– Разъясняю специально для тебя. Мы, а точнее, – ты должен сделать всё для того, чтобы восточный альянс не смог заподозрить нас в нападении на их корабль. И если ты втянул меня в эту авантюру, выкручивайся сам. Единственное, что я могу тебе посоветовать, подкинь куда надо идею о причастности к этому печальному инциденту Поднебесной. И ещё. Ты должен отступиться от мысли овладеть Ганимедом. Иначе нас ждут, и я в этом абсолютно уверен, опасные последствия, а мне не хотелось бы на старости лет заиметь геморрой на свою задницу.
Рино снова плюхнулся в своё кресло и сделал несколько больших глотков из фляжки. Глаза его при этом сузились. Губы растянулись в еле заметную чёрточку.
– Вот ты как заговорил! Чистеньким и пушистеньким хочешь остаться, благородным и честным до мозга костей? А я вот смотрю и вижу на твоём рентгеновском снимке маленькое такое пятнышко…
– Джекоб, побойся Бога. Я недавно проходил полное медицинское обследование и никаких патологий не…
– Оливер, я не о том пятнышке толкую, – Рино скривил губы в презрительной усмешке, – помнишь, год назад ты был по делам на восточном побережье Штатов, в Портленде?
На лице анличанина не дрогнул ни один мускул, лишь правое веко предательски задёргалось в неудержимом тике.
– Ты на что намекаешь? – ледяным тоном процедил Гарднер, наваливаясь всем телом на стол.
– Намекаю я на то, что ты хоть и не молодой, но всё же мужчина, а не гей, как я, – утробный визгливый смех Рино не предвещал ничего хорошего, – и вот, в один из прекрасных вечеров ты познакомился с одной очень утончённой аристократкой. Она, если мне не изменяет память, представилась тебе под именем Эсабель Мирлей, богатой вдовушкой…
Лицо Гарднера, побледневшее до воскового состояния, стало покрываться липкой испариной.
– Так это ты подложил под меня эту… эту… – он не смог сразу подобрать определение статусу той самой смазливой девицы, на которую он действительно клюнул, как сопливый мальчишка, и которая наградила его одной из самых страшных болезней двадцать первого века – мезосифом, этой почти неизлечимой формой геноизменённого сифилиса. Оливеру тогда пришлось надолго задержаться на Земле, мучительно и дорого лечиться в закрытой частной клинике. Заболевание, приобретённое им от этой лжеаристократки, было одним из тех, из-за которого медицинские международные правила запрещали покидать метрополию. Для Гарднера это было бы равносильно смерти. Весь смысл его жизни был здесь, на Ио, Европе, Каллисто. Пришлось, отбросив щепетильность, задорого и на всю оставшуюся жизнь упрятать эту стерву в глухую частную психушку. И вот теперь этот янки намекает…
– Да, Оливер, ты правильно подумал. Это я устроил тебе любвеобильное рандеву с когда-то элитной проституткой. И честно говоря, я рассчитывал, что ты, будучи неизлечимо больным, но оставаясь моим
– Ты чудовище, Рино, ты самый ублюдочный янки из всех, кого я знал!
– Фу-у, как неприятно такое слышать из уст стопроцентного аристократа, в жилах которого течёт голубая кровь, – притворно возмутился Рино и тут же резко наклонился в сторону Оливера, – если ты хоть слово вякнешь наперекор мне, я на ближайшем же собрании акционеров нашей корпорации раздавлю тебя, как мокрицу. Не думаю, что нашим коллегам по бизнесу понравится иметь дело с нарушителем закона и к тому же потенциальным мезосифилитиком.
Гарднер почувствовал, что ему не хватает воздуха…
ГЛАВА 6.
Стахов, проводив девушек, на входе в космогородок неторопливо сунул карточку в идентификатор личности и, проходя мимо помещения дежурного офицера, мельком взглянул на экран визора. Показывали хронику событий в мире за прошедшие сутки.
– «…один из кораблей наблюдения Международных космических сил зафиксировал акт жестокого вандализма. Примерно в ста милях западнее острова Альдабра, находящегося у восточного побережья Африки, неизвестное подводное судно атаковало и потопило северо-германский пассажирский лайнер «Эльба», совершавший круиз вдоль восточного побережья этого материка. Предполагается, что это были неопираты Сомали, каким-то образом получившие в свои руки эту таинственную субмарину. До сих пор свои вылазки пираты совершали на надводных судах. Власти Мадагаскара направили в этот район два боевых корабля, но субмарина успела беспрепятственно скрыться в глубинах Индийского океана. Уфологи и другие околонаучные круги не исключают и такой версии этого жестокого инцидента: это был очередной всплеск агрессивных проявлений со стороны НЛО. Из более чем двух тысяч пассажиров и членов экипажа удалось спасти пока только двести пятьдесят шесть человек. Спасательная операция продолжается, но откровенно слабая местная служба спасения и наступившие сумерки снижают шансы спасти большую часть несчастных в водах, кишащих акулами…».
Михась Берест, дежуривший сегодня по городку, повернул голову в сторону вошедшего Павла, – слышь, Стахов, это что-то новенькое. Пираты совсем распоясались, уже и подлодками обзавелись!
– Михась, а может это подводный «летучий голландец» объявился? Насколько я знаю, пиратов давно уже придушили, и они не высовывались последние тридцать лет.
Впрочем, был же когда-то «Наутилус» и капитан Немо у Жюль Верна. И дрался этот легендарный капитан со всемирным злом в лице англичан. А у африканцев сегодня ничего, кроме злобы к разжиревшим на войне с Халифатом европейцам, не просматривается. Вот и скинулись с миру по нитке для постройки этого монстра. Бывает ведь, что человек просто по наитию, спонтанно, даже не вникая толком в суть дела, может попасть в самую точку, рассуждая, как сторонний наблюдатель о событиях, его, казалось бы, не касающихся. Если бы это было так…
Утром, в начале десятого, учёные и сменный персонал рудников начали грузиться в пассажирские челноки. Зурия и Лина, проходя мимо, приветливо помахали Стахову как старому знакомому и вошли в салон, дружески перебраниваясь и занимая свои места. Следом за ними четверо работников космодрома под присмотром круглолицего крепыша внесли в грузовую часть салона два ящика с оборудованием и надёжно их закрепили.
– Лейтенант Стахов! – негромко окликнул его человек, незаметно появившийся сзади.