Ганнибал
Шрифт:
У него теперь есть полная возможность беспрепятственно перемещаться сквозь полное молчание помещений дворца, ощущать пьянящую свободу после стольких лет заключения в подвальной камере.
Точно так же, как расписанные фресками стены Санта Кроче или Палаццо Веккьо насыщены соответствующим настроением, воздух Палаццо Каппони поет от присутствия доктора Лектера, когда тот работает перед стеной из шкафчиков и полок, заполненных манускриптами. Он достает очередной свиток пергамента, сдувает с него пыль, пылинки пляшут в солнечном луче, будто мертвые, что уже превратились в прах, наперегонки стремятся рассказать ему о своей и его судьбе. Он работает очень плодотворно, но без ненужной спешки, откладывая некоторые документы в свой портфель, подбирая иллюстрации
Доктор Лектер раскрывает свой ноутбук и, набрав нужные коды факультета криминологии Миланского университета, выходит через него на сайт ФБР в Интернете по адресу www.fbi.gov, что может проделать любое частное лицо. Выясняет, что дата слушания дела Клэрис Старлинг в юридическом подкомитете Конгресса в связи с провалом операции против наркодельцов еще не определена. У него нет кодов доступа, необходимых для того, чтобы просмотреть его собственный файл на сайте ФБР. А на сайте разыскиваемых преступников с экрана на него смотрит его собственное лицо между портретами поджигателя и террориста-подрывника.
Доктор Лектер берет яркий таблоид с груды пергаментных документов и смотрит на фотографию Клэрис Старлинг на обложке, касаясь пальцем ее лица. В руке его появляется сверкающее лезвие, оно словно вырастает из его ладони вместо удаленного шестого пальца. Этот нож называется «гарпия», у него кривое, похожее на коготь лезвие с пилкой на тыльной стороне. Оно так же легко проходит сквозь страницу «Нэшнл Тэтлера», как распороло бедренную артерию цыгана – клинок вошел тогда в ногу карманника и вышел из нее столь быстро, что доктору Лектеру даже не пришлось его вытирать.
Доктор Лектер вырезает изображение лица Клэрис Старлинг и наклеивает его на лист чистого пергамента.
Берет ручку и легким движением пририсовывает к лицу тело крылатой львицы; получается грифон с лицом Старлинг. Под рисунком он пишет своим каллиграфическим почерком: «Вы никогда не задумывались, Клэрис, почему эти филистеры не в состоянии вас понять? Это потому, что вы – ответ на знаменитую загадку Самсона: вы – мед, который он нашел в теле льва».
В пятнадцати километрах от Дворца Каппони Карло Део-грациас, поставив машину за высокой каменной стеной, чтобы ее не было видно, проверял взятое с собой снаряжение, а его брат Маттео вместе с двумя сардами, Пьеро и Томмазо Фальчоне, тренировался в проведении различных захватов в стиле дзюдо. Братья Фальчоне были ребята очень сильные и ловкие – Пьеро некоторое время играл за профессиональную футбольную команду Кальяри. Томмазо когда-то готовился стать священником, прилично говорил по-английски. Он иногда молился вместе с их жертвами.
Белый микроавтобус «фиат» с римскими номерами Карло вполне официально взял напрокат. Внутри наготове лежали наклейки с надписью «Ospedale della Misericordia», которые в любой момент можно было наклеить на его борта. Внутри пол и стены были закрыты мягкими накладками, какие используются при перевозке мебели, на случай, если субъект начнет сопротивляться в автобусе.
Карло намеревался осуществить всю операцию в точном соответствии с пожеланиями Мэйсона, но если что-то пойдет не так и ему придется убить доктора Лектера в Италии и отказаться от мысли о съемке фильма на Сардинии, совсем не все будет потеряно. Карло был уверен, что сумеет менее чем за минуту расчленить доктора и отрубить ему голову и кисти рук.
Если же у него не будет и этого времени, он может отрубить пенис и палец, которые вполне сойдут в качестве доказательства, если сделать анализ ДНК. Их можно запаять в пластик и положить на лед, и они попадут к Мэйсону менее чем за двадцать четыре часа; это обеспечит Карло вознаграждение, причитающееся ему помимо оплаты услуг.
Позади сидений были аккуратно сложены небольшая бензопила, ножницы по металлу с длинными ручками, хирургическая пила, острые ножи, пластиковые пакеты с застежками-молниями, тиски фирмы «Блэк энд Дэкер», чтобы зажать руки
Если же у Карло будет возможность заснять на пленку расчленение доктора в случае возникновения неожиданной ситуации, он был уверен, что Мэйсон заплатит ему дополнительно, сверх того, что отслюнявит целый миллион за голову и руки Лектера, чтобы потом любоваться, как доктора разделывают живьем. Для этого Карло обзавелся хорошей видеокамерой, соответствующим освещением и штативом, а также обучил Маттео основам работы с ними.
Снаряжению для поимки доктора было уделено не меньше внимания. Пьеро и Томмазо прекрасно умели управляться с сетью – она сейчас лежала аккуратно сложенная, как парашют. У Карло был и шприц, и духовое ружье, стреляющее шприцем, заряженным достаточным количеством ветеринарного транквилизатора ацепромазина, чтобы в секунду свалить любое животное размером с доктора Лектера. Карло сказал Ринальдо Пацци, что начнет с заряженного дробью ружья, которое тоже лежало наготове, но если ему представится возможность всадить доктору Лектеру в задницу или в ногу иглу шприца, дробовик не понадобится.
Предполагалось, что похитители вместе с жертвой будут оставаться на материковой территории Италии только около сорока минут, период времени, достаточный, чтобы добраться до аэропорта Пизы, где уже будет ждать санитарный самолет. Аэропорт Флоренции был ближе, но там нагрузка сейчас небольшая и частный вылет будет более заметен.
А менее чем через полтора часа они будут на Сардинии, где уже бьет копытами от нетерпения комитет по торжественной встрече доктора Лектера.
Карло все взвесил в своей умной, дурно пахнущей голове. Мэйсон не дурак. Выплаты были распределены четко, так что Ринальдо Пацци нельзя причинять никакого ущерба – это будет стоить Карло слишком дорого, если он попытается убить Пацци и заполучить вознаграждение целиком. Мэйсон не желал, чтобы поднялся шум из-за убитого полицейского. Лучше все сделать так, как хочет Мэйсон. Но у Карло просто чесотка начиналась при мысли о том, что бы он мог сделать всего несколькими взмахами бензопилы, если бы сам обнаружил доктора Лектера.
Он уже опробовал бензопилу. Она заводилась с первого рывка стартерного шнура.
Карло быстренько посовещался с остальными и отъехал от стоянки на небольшом мотороллере, направляясь в город. Вооружен он был только ножом, дробовиком и шприцем.
Доктор Ганнибал Лектер вошел с шумной улицы в помещение Farmacia di Santa Maria Novella, одно из самых замечательно пахнущих мест на Земле. Несколько минут он стоял, откинув голову назад и прикрыв глаза, вдыхая ароматы извест-нейших сортов мыла, лосьонов и кремов, а также запахи ингредиентов для их изготовления, доносившиеся из рабочих помещений. Швейцар уже узнавал его, и продавцы, обычно склонные к некоторому высокомерию, относились к нему с большим уважением. Покупки, которые вежливый доктор Фелл совершил за несколько месяцев, проведенных во Флоренции, в сумме не составили бы и ста тысяч лир, однако благовония и эссенции он выбирал и сочетал со знанием и пониманием предмета, поражавшими и доставлявшими истинное удовольствие этим продавцам запахов, у которых вся жизнь сосредоточена на носе и обонянии.
Именно для того, чтобы сохранить для себя это удовольствие, доктор Лектер и не стал изменять форму носа с помощью ринопластики, ограничившись лишь подкожными инъекциями коллагена. Воздух для него был напоен ароматами, столь же определенными и живыми, что и цвета, и он мог накладывать их друг на друга тончайшими слоями, как при росписи по мокрому фону. Здесь не было ничего похожего на тюрьму. Здесь были воздух и музыка. Здесь были прозрачные слезы ладана, ожидающего экстракции, желтый бергамот, сандаловое масло, корица в сочетании с мимозой, наложенные на устойчивую основу из настоящей амбры, цибетина, бобровой струи и вытяжки из железы мускусного оленя.