Гаргулья
Шрифт:
Он взял проводника на руки и взмыл в ночное небо.
*
Выживший бандит и не знал, что его товарищи погибли, а сам он находится на оскверненной, проклятой территории, куда даже Гаргулья старается не заходить.
Он бродил по этой территории, отчаянно борясь за свою жизнь. В руках он держал фонарик и нож.
Этот нож один раз уже спас ему жизнь, и бандит надеялся, что и сейчас оружие не подведет его.
– Надо
Он дошел до каменных оград и ужаснулся от небольшой горки черных черепов, злорадно смотрящих на него.
– Ну уж нет. Я к вам не подойду.
Бандит сделал несколько шагов назад и наступил на проползавшую мимо змею. Та вздернулась и ужалила бандита. Он почувствовал боль в ноге и ругнулся:
– Чертовщина!
Фонариком он успел осветить ужалившую его змею.
Ему повезло: змея не была ядовитой.
Все же боль дошла до его колена, и бандит потеряв равновесие, упал назад.
Позади него был небольшой холм, с которого бандит упал в грязную жижу. Рядом с жижей стоял крест, на котором были написаны следующие слова:
УЖАСНЫЙ ДУХ СМЕРТИ ЗАКЛЮЧЕН ЗДЕСЬ В СВОЮ ЛОВУШКУ
Бандит попытался выбраться из этой жижи, но она втягивала его в себя.
Еще недавно он чувствовал себя отдохнувшим и готовым ко всему, сейчас же он чувствовал усталость и желание все бросить.
Как-будто жижа высасывала из него все соки.
По сути, так оно и было.
Хоть бандит этого и не замечал, но каким-то образом жижа высушивала его тело.
Он уже по грудь погряз в ней и все глубже погружался. Вскоре мысли о спасении покинули его, он не мог двигаться, не мог шевелить руками, ему просто стало все равно.
Бандит утонул в жиже. Он умер через несколько секунд после того, как его тело попытался захватить заключенный в жиже дух.
Давно этот дух ждал шанса на спасение из ловушки и потому не собирался его упускать. Потратив последние силы, он вселился в тело бандита и принялся бороться с жижей.
Теперь жижа выталкивала тело бандита, а вместе с ним и заключенного в ней духа.
Костлявые пальцы схватились за горсть свежей земли и с нечеловеческой силой потянули себя прочь. Он хватался за листья, землю, ветки.
Полз и полз, пока окончательно не выбрался из этой чертовой жижи.
Дух в теле бандита поднялся и осмотрел себя как мог. Он представлял собой ужасное зрелище: весь в грязи, кожа потрескалась, видны кости и вяленое мясо внутри тела. Глаза впали в глазницы, нос
Дух по имени Урату знал, что нужно делать с новым телом. Он приведет его в порядок, а потом уже установит свою власть в джунглях.
Теперь ему нужно будет действовать, не привлекая к себе внимания.
*
Джон Смит проснулся в шалаше главного шамана по имени Вико.
Вико сидел, сложив ноги под себя и медитировал. У него, как и у всех других шаманов, была обрита голова, а на теле его не было свободного от татуировок места.
– Как ты чувствуешь себя? – спросил Вико Джона.
– Голова раскалывается. Такого раньше не было. – ответил Джон.
– В тебе живет проклятый дух. Дух Гаргульи, в которого ты должен по ночам превращаться. Ты не даешь ему контроль, сопротивляешься, оттого и голова болит на утро.
– Из-за этого?
– Я так думаю. Твой дух особенный, не забывай об этом.
– Мне всегда так везет?
– Не стоит шутить с этим.
Джон поднялся на ноги. Он заметил ковшик воды рядом с его спальным местом и тут же осушил его.
Джон, как и все остальные жители джунглей, спал на земле, устроив себе вместо матраса наполненный листьями мешок.
– Ты помог спасти очередную реликвию. – подытожил Вико.
– И что в итоге произошло? Я убил их. Я не должен был этого делать.
– Их убил дух, а не ты. Зато ты спас проводника.
– Что с ним, кстати?
– Он получил свою долю и смог помочь семье, но жители его племени относятся к нему как к предателю.
– В общем, и ему не сладко.
– В какой-то мере так.
– Если бы не голова, я бы спал в своем храме.
– Этот храм не твой. Он принадлежит духу, как и твое тело. Не забывай об этом.
– Попробую.
Джон покинул шалаш Вико и облегчено вздохнул. Вокруг него бурным потоком шла обыденная жизнь. Взрослые занимались приготовлением пищи и охотой с рыболовством и земледелием, дети резвились, играя в свои игры. Стояла хорошая погода и солнце светило всем.
«Вот бы всегда был день!» – подумал Джон и подошел к общему котлу.
Он знал, что в нем есть его завтрак. Индейцы, в племени которых он жил последнее время, знали о его тайне и приняли его к себе. Он был равным им и они заботились о нем, как о самих себе.