Гастер 2
Шрифт:
Гастер всегда думал, что парни там весьма серьезные. Вот бы к ним и притулиться.
Значит надо ждать патруль. И заранее руки вверх и кричать, что я свой, не буржуинский.
Сидим. Ждем. А снежок-то поменьше стал. Но зато морозец побольше. Тишина какая, можно на кусочки резать и в маркете продавать.
Так, а что там в перпендикулярной проспекту улочке поскрипывает. Не иначе идет кто. Да не один похоже. Группа. Пока с руками вверх подниматься не будем. Подождем.
А ведь похоже, что не один я патруль жду. —
Пришедшие скопились за павильоном остановки общественного транспорта. Уместились вполне вольготно. Не много их. Всего трое. Но на вид ребятки серьезные. Автоматическое оружие, одеты правда разномастно. Веет от них чем-то нехорошим.
Бывает такое, посмотришь на человека и сразу понимаешь, что чем-то он к себе располагает. А на иного глянешь, нет, с ним даже общаться не хочется, не то что в разведку вместе идти. С возрастом такое приходит, с социальным опытом.
Один из пришедших закурить попытался. Старший, по всей вероятности, это дело матерком пресек. Сидят. Затаились. Ждут.
В гости нормальные люди обычно с подарками ходят. Вот и Гастер военным микробиологам решил подарочек преподнести. Не с пустыми руками заявиться.
Как снежный червь по извилистой траектории к сидящим в засаде прокрался. По дороге тремя обломками кирпича разжился.
В тулочке то два патрона. Даже если сразу парочку завалит, то третий явно сообразит, что Гастер пустой и из своего изделия Михаила Тимофеевича его по полной программе встретит. А не желательно Гастеру такое.
Метать снежки и прочие твердые предметы по головам зомби за зиму Гастер здорово наловчился. Давно уже не промахивался. Повторение рождает мастерство.
Вот и здесь приложимся кирпичиками. Если к житью, так выживут.
Выжили. Были связаны имеющимися у Гастера кусками шнура. По рукам и ногам. Он многое полезное с собою носил. Жизнь экстремальная быстро учит.
Выложил разбойников к трассе патруля и снова ждать принялся. Рассветало.
Скоро и те, кого ждал появились.
ГЛАВА 18 ЛАБОРАНТ
Вот уже третий день Гастер вносил свой посильный вклад в развитие отечественной науки. В роли лаборанта.
Камуфляж мегаразмерный ему выдали, даже обминаться по фигуре он уже немножечко начал. Обязанности разъяснили. Подписку взяли. Военная микробиология — это вам не в данарке кошатиной торговать.
Но не все сразу сладилось. Первоначально патрульные чуть дырок в тушке не наделали. Пришлось полежать носом в снег, пока к ним подмога не подошла. Разобрались, слава Богу.
Потом почти сутки сидел в отдельном изолированном помещении, пока местный безопасник под препарат с разбойниками беседовал. Они подтвердили свои злодейские намерения относительно патруля, хотели мол оружием разжиться, и то, что Гастер к ним никакого отношения не имеет.
Потом
Людей у микробиологов не хватало, поэтому его взяли. Не научным сотрудником, конечно, но тоже науку двигать.
Институт эвакуации в охраняемые зоны живых не подлежал. Уникальное оборудование под елкой не разместишь, да и многие процессы исследования и разработки технологий не прервешь.
А часть сотрудников выбыла. Кого покусали, кто где-то в творящейся неразберихе затерялся. А работать-то надо.
Причем работа проводилась архиважная — препарат для ликвидации зомби разрабатывался. Вот так. Не больше и не меньше. Спасали мир. Рутинно и без громких слов.
Непосредственным руководителем над Гастером являлся старший научный сотрудник Иван Петрович. В годах. Благообразный. По мнению Гастера, шибко умный. И еще — разговорчивый.
— А знаешь ли ты, Гастер (они быстро и сразу перешли на ты, а Гастер сам попросил так его называть, ему мол это привычнее), куда попал и чем мы здесь с тобой заниматься будем?
— Куда попал, некоторое представление имею, сам то я местный. Но только поверхностно. А чем заниматься — это меня уже просветили. Препарат против зомби делать.
— Точно так, только не против, а для. Для их ликвидации.
Ну а потом начались рассказы. А почему бы не послушать. Гастер почти всю зиму провел в одиночестве и пообщаться ему было в радость.
Иван Петрович рассказал, как институт попал в Киров. Как здесь разрабатывали вакцину против чумы, причем опробовали ее сначала на пятнадцати добровольцах — сотрудниках института.
— Иван Петрович, а на нас препарат против зомби, случаем, опробовать не будут?
— Дурак ты, Гастер, и не лечишься. Ты же не зомби, какие на тебе еще эксперименты проводить. Вот по весне зомби оттают и начнем мы с тобой экспериментировать, в полевых условиях.
Далее последовал рассказ о создании Гинсбургом и Тамариным вакцины против сибирской язвы. Затем Иван Петрович говорил о создании средства для профилактики туляремии. Тоже вклад данного института.
Узнал Гастер много интересного о бруцеллезной вакцине, о производстве отечественного пенициллина и стрептомицина, о бактериофагах, о сухой живой туберкулезной вакцине…
Иван Петрович был хорошим рассказчиком, умел говорить о сложных вещах просто и понятно. Ну а Гастер выступал в роли благодарного слушателя.
Обсуждали Иван Петрович с Гастером и текущие события, говорили так же и о будущем.
— Оружие нашей победы, Гастер, должно быть простым и эффективным, как Т — 34 или автомат Калашникова. Легко воспроизводимым, даже в наших сегодняшних условиях.
Гастер с этим был абсолютно согласен.
— Оно должно быть безопасным для живых и окружающей среды и избирательно поражать зомби.