Где ни был бы ты

— Дорогие мои путешественники, вот я, пожалуй, и провела вас по всем наиболее интересным местам. Экскурсия наша подошла к концу и в заключение я хочу вам рассказать о том, что вы уже не сможете увидеть, но, возможно, это старое предание заинтересует вас.

Я стоял, дожидаясь конца этих тирад только с одной целью — спросить, в каком из местных кабачков можно посидеть, не рискуя нарваться на туристический рацион — зачастую совершенно безвкусный и дорогой.

Экскурсовод тем временем продолжала:

— Так вот, еще во время закладки города, неизвестно по какой причине были построены девять выездных ворот, которые просуществовали

до девятнадцатого века. Мы можем лишь гадать о причинах их постройки, но вот протокол заседания магистрата, на котором было принято решение о сокращении их числа, сохранился. И вот что удивительно, Заседание магистрата собралось по просьбе большого числа горожан, которые просили принять меры к обузданию нечистой силы. Во время заседания магистрата несколько раз ссылались на мнение довольно известного в то время философа и мистика Рудольфа Штайнера, который уверял, что из-за наличия девяти ворот город как бы открыт для потусторонних сил. Занимательно и то, что хоть церковь его не жаловала, но присутствовавший здесь же настоятель монастыря, расположенного на территории города, Альберт Саксонский, не опровергал его мнения и даже косвенно поддержал его, призвав горожан как можно быстрее решить проблему с воротами. Сразу же после постановления магистрата, число действующих ворот сократили до пяти, а остальные заложили и превратили в жилые дома. Не знаю, помогло ли это, но магистрат с того времени подобные вопросы не рассматривал ни разу. Хотя, надо сказать, рассказы о привидениях в городе бытуют и по сей день. Часть из них я пересказала вам во время нашей экскурсии, часть не успела, потому что время наше было ограничено, но если вы еще раз приедете к нам, я постараюсь восполнить эти пробелы.

— Ну, все, — подумал я и стал пробиваться поближе.

— Так позвольте же попрощаться с вами, пожелать вам хорошего отдыха, а если у кого-то есть вопросы, то я с удовольствием отвечу на них.

— Скажите, пожалуйста, а где можно хорошо поужинать? — спросил я, как только наша группа начала растекаться.

— Знаете, я бы вам посоветовала один ресторанчик, название, признаюсь, я сама не помню, но он здесь недалеко и если хотите, я вас провожу. Местные жители его очень хвалят, да и мне самой он очень понравился.

— Буду вам очень признателен.

Видя, что группа практически вся разошлась, она кивнула мне, и мы пошли.

Ресторанчик действительно оказался недалеко, однако вывеска его и правда была написана очень замысловатыми буквами, которые прочитать было затруднительно.

— Вам сюда.

— А вы со мной не зайдете? — спросил я.

— Нет-нет, я сегодня спешу домой, к тому же время… - она как-то странно посмотрела по сторонам, не взглянув на часы, — так что приятно вам посидеть.

Повернувшись, она быстрым шагом пошла в обратную сторону, а я, не придавая никакого значения этому — мало ли какие у кого бывают дела, спустился по довольно потертым каменным ступенькам в подвал и оказался в небольшом зале со сводчатыми потолками, тоже каменными, в котором сидела пара местных жителей, мирно за кружкой пива обсуждающих свои проблемы.

Не успел я сесть за столик, как ко мне подошел мужчина лет шестидесяти, который как я понял, здесь один во всех лицах — и хозяин, и бармен, и официант. Я приготовился долго и нудно на своем вполне сносном английском объяснять, что же я хочу. Однако, он довольно прилично говорил на русском и вся процедура заказа заняла пару минут. Отдав распоряжения на кухню через маленькое окошко, расположенное за барной стойкой, хозяин налил кружку пива и принес ее мне.

Тем временем, посетители, рассчитавшись, как-то торопливо покинули заведение, и я остался один в зале. Потягивая пиво в ожидании своего заказа, я осматривался по сторонам, пытаясь представить, каким целям могло служить это помещение в

прошлые времена. Для конюшни мал, для жизни, может и достаточно велик, но нет окон, для хранения продуктов вроде бы слишком тепло. Хорошо бы подошел для бомбоубежища, но во времена постройки дома о бомбардировках и помыслить не могли.

Так ничего и не придумав, я вдруг обнаружил, что хозяин стоит рядом с моим столиком, расставляя передо мной наполненные тарелки, издававшие чарующий аромат свежеприготовленной пищи. При этом он как-то испытующе поглядывал на меня, словно старался решить для себя какую-то проблему. Но, как видно, так ничего и не решив, он вернулся за стойку, пожелав мне приятного аппетита.

Отбросив все мысли, я принялся за еду. Приготовлено было действительно вкусно.

Спешить мне не хотелось. В гостинице, где остановилась наша группа, меня никто не ждал. Так уж получилось, что мы собирались поехать в эту поездку большой компанией, но поехал я один. Остальные в силу различных причин отказались. В группе же у меня отношения не сложились. После экскурсии мои попутчики с исступлением бросались по магазинам, надеясь найти в них то, чего не было дома, а по вечерам хвастались друг перед другом добытыми трофеями.

Я же, устав наблюдать это шоу еще в первые два дня, каждый вечер уходил ужинать в какой-нибудь ресторанчик, подальше от гостиниц, в которых мы останавливались. И возвращался обратно как можно позже, когда мои спутники в своем большинстве уже легли спать, а те, кто еще не спал, уже продемонстрировали все свои покупки окружающим и успокоились.

Вот и сегодня я сидел и не спеша предавался гастрономическим удовольствиям, время от времени потягивая пиво.

Хозяин стоял за стойкой бара, что-то подсчитывая или читая. Он лишь изредка посматривал на меня, и подошел всего лишь один раз, чтобы забрать пустой бокал и выдать мне взамен полный.

Время здесь абсолютно не ощущалось, новых посетителей не было, и я, углубившись в свои мысли, мог спокойно посидеть после суеты этого дня. Утром, после сборов, нас отвезли на экскурсию в средневековый замок, находящийся на полпути к этому городку. Замком его называла экскурсовод. Мне же строение это больше напоминало большой каменный сарай, разделенный на несколько комнат, набитых средневековой рухлядью (да простят меня любители антиквариата), как мне показалось, далеко не высшего качества.

А затем, поселив в гостинице, прогнали экскурсией по улочкам этого городка. За время этой поездки это был уже четвертый городок, по которому нас гоняли. Все они для меня были на одно лицо, те же каменные дома в два-три-четыре этажа, стоящие вплотную друг к другу и узкие, лишенные какой-либо растительности улочки между ними. Каменные лабиринты. Разнообразие во все это вносили только экскурсоводы, которые считали своим долгом сообщить нам о неких личностях, живших тут или там и не прославившихся ничем иным, чем тем, что жили в этом месте. Рассказы гидов были удивительно похожи, так что уже после пары экскурсий человек с приличной памятью мог и сам подрабатывать экскурсоводом, меняя только имена выдающихся горожан и даже не особо задумываясь. А уж человек, хотя бы слегка одаренный воображением… Ведь ни действительные, ни придуманные люди и истории в памяти экскурсантов чаще всего не остаются.

Предаваясь таким мыслям, я потихоньку расправился с ужином.

Хозяин, увидев, что я уже поел, подошел к столику.

— Я хотел бы попросить у вас чашку кофе и рюмку ликера.

— Конечно, конечно, — ответил он, как-то странно глядя на меня, — я вот только хотел спросить, не желает ли господин переночевать здесь же. У меня есть большая гостевая комната, да и стоит она совсем недорого, а время уже позднее.

— Вы уже закрываетесь? — спросил я его.

— Нет-нет, что вы. Просто уже поздно и идти куда-то… - он замолчал.