Ген альфы - 2
Шрифт:
За моей спиной щёлкает замок и поддавшись нетерпению, Дэвид начинает вытрушивать меня из одежды.
— Я ведь обещал, что мы уединимся и будем блаженно отмокать после всех этих приключений. Только ты и я, тут только наши с тобой отношения и всё, что с ними связано. Остальное потом, проблемы будут всегда, а время, которое мы может провести вместе нам уже не вернуть. Полезай в воду, женщина, у меня на тебя большие планы.
— С удовольствием, а можно узнать пункты твоего плана или это будет сюрприз? — перед беседой «о нас» заигрываю с мужем мягко улыбаясь, хотя оборотня сложно провести,
В тёплой воде дрожу от его прикосновений, позволяя его рукам эти смелые ласки. Мой муж отлично знает моё тело, его желания и потребности, он владеет им, как и моей душой. На каждое такое прикосновение откликаюсь стоном или поцелуем, тянусь к нему, чтобы вернуть ласку сторицей. Мне нравится читать удовольствие в его взгляде и тонуть в этом омуте чувств, нравится слышать музыку страсти в этих протяжных мужских вздохах и тихих стонах. Слова сейчас не нужны, любовь говорит без слов, а воздух вокруг нас вибрирует чувственностью. Каждое движение пропитано желанием слиться в одно неделимое, пылающее и вечное. Иногда Дэвид бывает ненасытен и тогда занятия любовью растягиваются на всю ночь, но сегодня мой милый ограничился лишь двумя оргазмами, оставив время для разбора полётов.
Откидываюсь на ванну, упираюсь стопами ему в грудь и начинаю скользить ими по его коже, ощущая каждый шрам:
— У тебя для меня припасён выговор, любовь моя?
— Скорее несколько замечаний, — улыбается он расслаблено. — Меня задело, то ты не считаешь нас одним целым. Думаешь, что я буду всячески препятствовать тебе, ограничивая в выборе, в мыслях и в свободе действий, будто я враг, от которого нужно всё скрывать.
— Да нет же, всё было не так. Какой ещё враг, я люблю тебя без памяти, дышу тобой, млею и растворяюсь, когда ты рядом. Я не сказала о письме, зная, что это тебя расстроит, что мы снова будем спорить и в итоге ты сделаешь так, как считаешь лучше, логичнее и безопаснее. Да, порой я поступаю импульсивно и рискованно, но не потому, что хочу навредить тебе или себе. Просто…
— Просто это твоя натура — бросаться на проблему или в омут, не думая. Я никогда в жизни не желал тебе зла, Джессика. Моё сердце много раз замирало от боли, но оставалось преданным тебе, любя и заботясь о тебе…
— Я бы обязательно тебе потом обо всём рассказала…
— Вот меня как раз и не устраивает это «потом»! Я хочу, чтобы моя жена делилась со мной сразу, чтобы мы решали вместе, чтобы, возможно, спорили, но слышали друг друга. Для меня это и есть проявление настоящих чувств — доверие. Ведь если ты будешь во мне сомневаться и бояться моих решений, о какой любви может быть речь?
— О сильной и искренней, — закусив дрожащую губу, почему-то почувствовав желание заплакать, кидаюсь к нему, обвив руками за шею. — Дэвид, прошу, не сомневайся во мне!
— Я прошу о том же, Джессика. Не важно, чего будет касаться вопрос: Роя, детей, разбитой машины или странных взглядов кого-то из ликанов. Я тоже не хочу бояться, что ты возьмешь и рванёшь в очередное приключение без предупреждения. Хорошо? Ты меня услышала? Потому что моя любовь к тебе
— Я понимаю о чём ты. …И очень счастлива, правда, я очень счастлива, что ты у меня есть, — бормочу в ответ, прижавшись к нему всем телом и снова дрожу оттого, что хочу, чтобы он снова меня крепко обнял. Что он и сделал через две секунды, снова возвращаясь к поцелуям.
— Джесс, я очень за тебя волновался…
Когда он вынес меня из ванны, замотанную в полотенце, за окном уже совсем стемнело. Оказывается, мы пробыли там часа три.
— Вот так всегда, стоит только мне заняться с тобой любовью, как день укорачивается в разы, — счастливо усмехается Дэвид, нежно чмокнув меня в нос. После того, как мы отвели душу в любви и словах, снова ощущается эта блаженная лёгкость, несмотря на собирающиеся на горизонте тучи проблем. Потому что наше чувство постоянно, а неприятности временны.
— Мы с тобой ужасные эгоисты, они там все уже, наверное, изнемогают в ожидании, жаждут подробностей моего приключения, а мы сбежали в собственный рай.
— Слава богу, что есть куда сбегать. Одевайся и пойдём, немного надерём уши этим умникам.
— Я быстро! — залетаю в гардеробную и перепугано вскрикиваю от неожиданности, увидев там Уэса. На мой крик мгновенно примчался Дэвид, и у него тоже глаза полезли на лоб.
— Ты меня, конечно, извини, брат, но какого хрена ты забыл в нашей гардеробной?!
— У меня чуть сердце не выскочило, а он тут, видите ли, затаился и …книгу читает?! Уэс! — пыхчу я, не узнавая своего ненаглядного друга. — Что случилось? Тебя кто-то обидел? Ты только скажи…
— Здрасьте, приехали! Спасибо, мамочка, но я и сам могу за себя постоять, — хмыкает этот красавец. — Да я просто первым записан на сеанс взбучки. Вот жду, когда шеф освободится. Я почему именно в вашей гардеробной …потому что здесь меня не найдёт Рона.
У нас и до этого лица были удивлённые, а после его слов так вообще до пояса вытянулись.
— Рона что самый страшный зверь в лесу? — старается не засмеяться Дэвид. — Может, поделишься этой историей. Судя по твоему поведению, случилось что-то из ряда вон.
— Короче, только постарайтесь не ржать.
— Ничего не обещаю, — кусает губы Дэвид.
— Я с ней переспал! — выпалил Уэс. — Сначала мы друг на друга злились, кричали и даже пытались драться, а потом… вдруг искра, взрыв и полное озеро страсти. Она податливая и изнемогающая, а я такой себе могучий любовник. Но как оказалось, Рона не сопротивлялась только потому, что один засранец с даром беты проходил мимо и немного подкорректировал сценарий, забравший к ней в голову. Я, конечно, его немного поругал, но вот только это повторилось снова…
— Джон снова заставил вас заниматься любовью? — выдавила я, хлопая глазами в то время, как мой муж сдерживается и чуть не плачет от рвущегося из него смеха.
— В том-то и дело, что нет! Это случилось уже без вмешательства беты. Рона поймала меня в моей комнате, зажав меня в углу со словами: «слабо повторить или ты только с удочкой такой смелый?» В общем, страшная она женщина. Со мной такое случилось впервые, обычно всё случалось наоборот, я никогда не был жертвой любовной охоты… Блин, ну я же вас просил!