Генерал Багратион

Коллектив авторов

вещи насильственным образом не брали и не требовали,

жилищ, строений, полей, садов и1 всяких насаждений не

разоряли, скота и птиц домовых не отбирали и словом никаких

обид и притеснений не чинили. Естьли войска будут иметь

в чем-либо надобность, как, например, в дровах, в сене, в

соломе, в фураже зерном, в хлебе, в скоте на мясную порцию,

в подводах и Тому подобном, то требования должны быть

произведены от вас или от частного начальника,

буде тако-

вый от вас к особой какой-либо экспедиции отделен будет,

и требования сии относить к старейшинам сел, деревень или

местечек, которым должно предоставлено быть делать самим

сбор или раскладку по их произволу, а прием надлежит

учреждать чрез посредство благонадежных и доброго поведения

офицеров, так чтобы при том ни малейшего оскорбления

причинено не было. Всему же, что таким образом с обывателей

взымаемо будет, надлежит при делах ваших вести точную

ведомость и представлять оную ежемесячно ко мне.

Отдание приказа, однако же, недостаточно, а надлежит

наблюсти за точным оного исполнением, и сие есть

беспосредственная обязанность ваша. Объявите^ при отдании

приказа, что все полковые, баталионные и прочие частные

начальники должны будут ответствовать за нарушение тех

установленных правил; в случае же противного сему поступка,

я чрез сие вас уполномачиваю всякому начальнику, в команде

коего таковое преступление случится, отказать от команды

и мне об оном донести. Над нижними чинами, которые

окажутся в том виновными, велите тотчас, яко над ослушниками

закона и нарушителями общего спокойствия, на месте

произвести краткий на основании воинских узаконений суд, так

чтобы оный кончен был сколь можно поспешнее и ни в коем

случае далее 48 часов не продолжался; буде наказание

превышает меру власти вашей, тогда имеете об оном тотчас

представить мне, и вы без малейшего замедления получите

разрешение; во всех же случаях наказание должно быть

произведено в присутствии тех обывателей, которым

причинена обида и претеснение. Главное же при сем

обстоятельство состоит в том, чтобы никакое преступление сего рода

не оставалось без наказания, и я удостоверен, что два или

наиболее три примера самой большой строгости в наказании

воздержат и всех прочих.

Что принадлежит до селений турецких, и до обывателей

магометанского исповедания, то сии последние должны все

быть военнопленными; могущие у них найтиться воинские

снаряды, провиант m фураж составляют казенное имущество;

из скота обращается в казну только та часть, которая

нужна на

продовольствие войск мясною порциею. Строгим за

тем наблюдением уменьшится надобность в требованиях от

христианских обывателей, что всегда должно быть

предметом особенной попечительное™ вашей.

Прочее же все имущество турецкое, какого бы

наименования ни было, составляет добычь войска; остается вам

только благоразумным образом распорядиться, чтобы по сему

предмету не могли происходить раздоры между российскими

и сербскими войсками. При взятии турков в плен надлежит

строго возбранять отправлять их нагими, а следует оставлять

каждому одне сапоги, шаровары и куртку или что имеет;

ибо в противном случае казна же должна употреблять не

малые удержки на их одеяние.

Я строго запрещаю возбуждать болгар к поднятию оружия

противу турок, а следует только и беспосредственно и чрез

посредство их старейшин, особливо же чрез священников,

увещевать их оставаться спокойными! в их жилищах, обраба:

тывать их поля, пещись о их хозяйстве и доставлять

войскам российским те пособия, в которых они могут иметь

надобность. Но естьли бы случилось, что некоторые болгаре

сами собою захотят присоединиться к войскам сербским, то

сего во уважение к сербам возбранять не должно, однако

же с нашей стороны отнюдь к тому не поощрять.

Я остаюсь в полном удостоверении, что ваше

превосходительство исполните в точности все начертанные здесь мною

правила и преподадите мне тем самым случай об усердной

попечительное™, вашей к существенным пользам

государственным свидетельствовать пред престолом монаршим.

Генерал от инфантерии князь Багратион.

Всемилостивейший государь!

По возвращении моем из Браилова обратил я все мое

внимание на начатие ранней противу неприятеля кампании,

которая согласно высокомонаршей воле вашего императорского

величества должна быть решительна, и на сей конец

приступил я к составлению плана кампании.

Я при'знал в сем случае полезным пригласить к себе

корпусных начальников войск, сколько, с одной стороны, для

совещания и совместного рассуждения, столько, с другой, для

узнайия воинских понятий тех из них, с которыми я не

служил или которых я не видел действующими по собственным

предположениям,