Генерал Багратион

Коллектив авторов

воинскими требованиями невозможно, хотя приняты мною

меры, и судя по пространству, на коем сложен помянутый

хлеб и растянута кордонная стража, нельзя даже отвечать за

успех истребить оный при мгновенном втор'жении неприятеля

в границы наши у самых тех пунктов.

5-е. Кобринский казенный магазейн остается теперь под

прикрытием только нескольких казачьих полков, между собою

растянутых; а пути сообщений между 2-ю и 3-ю армиями

совершенно открыты, ежели

главнокомандующий оною 1 не

получил особенных повелений на сближение войск 3-й армии

к левому флангу предводительствуемой мною.

6-е. Политические обстоятельства, в отношении намерений

Австрии, мне неизвестны: но ежели держава сия сохранит

нейтралитет, то весьма бы полезно было переменить положение

3-й армии, и, взяв войски от стороны Галиции, сблизить

правый фланг оной к Кобрину, чем прикрыт будет и Пинск.

7-е. Чиновники обязанные службою вашего императорского

величества, могущие неприятелю дать понятие о земле и

способах к продовольствию во оной, будут увезены с

отступлением войск, и сведения, до предметов сих относящиеся, в их

архивах состоящие, не будут допущены в руки неприятеля;

но меры сей осторожности, по мнению моему, недостаточны и

нисколько не затруднят неприятеля,- поелику каждый помещик,

каждый эконом знает способы своего имения, состояние

крестьян, способы соседов, и многие из них состояние всего

повета. А кроме сих, сколько других частных людей,

имеющих обширные сведения о целом крае из живущих здесь и

даже в герцогстве Варшавском.

[Генерал от инфантерм князь Багратион.]

Я получил достоверное известие от употребленных мною

за границею людей, что князь Шварценберг, имевший свою

квартиру в Лемберге, восемь дней тому назад с 30 тыс.

австрийских войск был на марше в герцегство Варшавское.

О чем извещая вас, милостивый государь, с истинным

почтением и совершенною преданностию имею честь быть вашего

высокопревосходительства всепокорный слуга

кн[язь] Багратион.

Высочайшего повеления вашим высокопревосходительством

объявленного от 1-го июня под № 214-м в первом пункте

изображено: «В случае отступления вверенной вам армии, вы

заблаговременно обязаны озаботиться не оставлять неприятелю

ни малейших способов к продовольствию, транспортировке

его запасов и прочего».

Чтобы в точности исполнено было высочайшее повеление

на

всех пунктах, занимаемых войсками 2-й армии, я

предписал о сем литтерально корпусным командирам и отдельных

отрядов начальникам; но легко встретится, что у меня

потребуют разрешения: каким именно средством не оставить

неприятелю способов к продовольствию и транспортированию

его запасов? А я сам, быв в неведении насчет сего, буду

затрудняться в принятии мер на преграждение вышеизъяевен-

ных случаев., послужить могущих в пользу неприятеля?

Естьли' под словами не оставлять способов неприятелю к

продовольствию, транспортированию его запасов и прочего,

понимать истребление продуктов продовольствия огнем, а

лошад'ей и волов, употребляемых для перевозки, взятием с

собою при отступлении, то легко представить себе можете,

какой подножный корм найдет армия, после переходу вперед

ее, к пунктам отступления, значительного числа волов и

лошадей всего края; какие иметь нужно средства к прикрытию

того множества животных; время ли будет отделять для сего

нарочитые команды; и наконец, как степень сей

осторожности, так равно истребление продовольствия, не произведет

ли особенного оскорбления в народе; и мы, в собственном

краю, не сами ли приготовим неприятеля, вооружив против

себя, не говорю помещиков, но самый народ?

Ежели понимать под благовременного озаботливостию о

неоставлении неприятелю продовольствия меры посредством

перевозки оного за линию войск расположения во внутрь

земли, то найдете ли, ваше высокопревосходительство, хотя

сие возможным?* Магазейны казенные могли бы быть

перевезены, как зависящие собственно от распоряжений

непосредственных главнокомандующего; но где взять даже и для

сего подвод, занятых беспрестанно свозом реквизиционных

требований и другими воинскими надобностями при

движении войск, и какие принять меры против собственности тех

людей, которые, отдав следующее по реквизиционному

требованию за себя и за ншмеющих, в остатке еще что-нибудь

имеют? Легко быть может, что к тому времени, когда

обстоятельства принудят нас к отступлению, поспеет на нолях

хлеб, то какие меры должно будет распространить на сие

степень продовольствия; ибо посевы оного обыкновенно

бывают в разных местах, и в таких, где войски проходить не

будут и не могут. Я утвердительно сказать могу, что

недостанет никаких способов к отъятию и истреблению всего,

поелику и самые ужасные меры будут ничтожны пред про-

странством, по которому таковую операцию производить по-