Генерал Багратион

Коллектив авторов

Тормасов уважит мое предложение с тою поспешностию,

каковой требует настоящее положение 2-й армии, то легко

могут случится неожиданные выгоды от такового движения

незначительной части войск 3-й армии. Одной дивизии

пехотной и нескольких полков кавалерии достаточно бы было для

сей операции; а с отделением большей части войск можно

бы действовать наступательно.

Всемилостивейший государь! Я беру смелость думать, что

присоединение 2-й армии к 1-й,

сколько бы ни было благо-

временно, но оно едва ли могло быть полезно, ибо

неприятельское движение настоящее удостоверяет, что они и в том

случае нашли бы возможности обходить нас отовсюду. По

моему мнению, и теперь всего хорошего - надеяться можно,

если решительно атакован будет неприятель от 1-й армии.

В сем заключаю мое донесение к вашему императорскому

величеству, до того времени, в которое буду иметь щастие

доставить вам приятнейшие о вверенной мне армии сведения.

[Князь Багратион.]

Поспешая отправлением флигель-адъютанта его

императорского величества князя Волконского с донесением моим

к государю императору \ я не успел ни особенно писать к

вам, ниже доставить копии с упомянутого донесения, како-

вые со всех прежде посылаемых я отправлял й к вашему

высокопревосходительству.

Сие отступление от долгу моего по службе, естьли я

позволил себе вчера, то единственно с надеждою вознаградить

сегодня, что и исполняю сим: из донесений сих ваше

высокопревосходительство усмотреть изволите, что мое

положение не столь выгодно, сколько желательно иметь оное в

настоящее время.

Я уверен, что и дух и любовь к отечеству обязывают вас

также думать, что первая армия должна немедленно

атаковать решительно неприятеля.

Я не смею говорить, что метода войны в своих границах

вообще не выгодна по влияниям на народ, кроме прочих

видимых неудобств, и что наконец, естьли признано было не-

обходимостию не отражать неприятеля при самом его

намерении выступить в границы, но отступить с намерением

соединить армии, то, с другой стороны, позволяю себе думать,

что с отступлением первой армии к Свенцианам, соединение

наше без нападения первой армии на неприятеля соделалось

невозможным; а с удалением оной к Дриссе и невозможным

и даже бесполезным.

Войдите в мое положение и судите, можно ли было мне

достигнуть соединения, имея сильного неприятеля,

преграждающего путь, другого в тылу^1 и не менее сих важного —

голод, потерю больных, обозов и лишение

сношения. А

сближаясь к нам можно ли было быть уверенну, что от Дриссы

не сделается отступление далее, подобно как от Свенциан

к Дриссе?

Я уверен, что естьли бы удалось мне пройти Минск и быть

ближе настоящего положения к соединению с правою ар-

миею, тогда бы с большею дерзостию неприятель взял

направление во внутрь России, нежели теперь на сие

осмелился.

Мои чувства ведут меня к тому, что наше положение

было бы очень хорошо, естьли бы первая армия пошла

решительно атаковать неприятеля. Ваше мужество ручается

мне за успех в победе, а с тем мое положение взяло бы

Другой оборот и мы бы раздробили в части неприятельские

силы.

Говоря о сем, должен сказать наконец, что мое

отступление, толь непомерными силами преследуемое, почти 15 дней

продолжающееся, благодаря всевышнему, еще не

обескуражило вверенных мне воинов. Каждый желает подраться как

и я, .и каждый охотно прольет последнюю каплю крови за

государя и любезное отечество.

Генерал от инфантерии князь Багратион.

После того как неприятель успел прежде меня занять

город Минск, я, как вам известно, дал войскам, мне

предводительствуемым, направление от Несвижа к Бобруйску.

27-го числа июня, когда арьергард мой перешел местечко

Мир, то бригада польских улан под командою генерала

Турно, из 3-х полков состоящая, вышед из того местечка,

атаковала казачий отряд, ожидавший за Миром появления

неприятельских сил. Казаки встретили неприятеля с

свойственною им храбростию, и по упорном сопротивлении

неприятельских улан, опрокинув их, преследовали за местечко

Мир верст 20 и довершили победу. В сем сражении генерал

Турно и не более полутора эскадрон улан спаслись бегством,

а прочие погибли 0[г рук победителей или взяты в плен. В

числе пленных взяты подполковники Радзиминский и Сумин-

ский, 12 обер-офицеров и более 200 рядовых. С нашей же

стороны урон состоит в 25 казаках убитыми и ранеными.

28-го числа 6 полков авангарда из армии короля

Вестфальского, перешед Мир, атаковали отряд войск из моего

арьергарда, и после продолжавшегося восемь часов

сражения, более наступательного от нас, разбиты и едва не

истреблены совершенно. Поле, покрытое трупами мертвых

неприятелей, и взятие в плен 150-ти человек рядовых, 13-ти обери