Генерал Крузо

Суслин Дмитрий Юрьевич

А Краснобаев не стал времени зря терять, схватил свой широкий офицерский ремень, бросился чудовищу на спину, поднял ему морду и мигом скрутил пасть. Да так крепко, что у крокодила слезы его крокодиловы так и брызнули фонтаном. Смотрит он на Краснобаева и плачет, а на носу у него пряжка от краснобаевского ремня светится. И серп и молот на ней огнем горят.

— Плачь, плачь, — погрозил крокодилу пальцем Иван Иванович. —

Будешь знать, как на моего генерала нападать.

А тут и Бочкин опомнился, вскочил с места и на крокодила ногами затопал:

— А ну прочь отсюда, паразит ты этакий! И чтобы без приказа не входить в мой кабинет.

Да так грозно он это прокричал, и так громко, что все вокруг замерло, птицы перестали петь, обезьяны кричать, одна из них от страха даже упала с дерева, а пальмы перестали раскачиваться. А крокодил подпрыгнул и убежал. Только его и видели. Бочкин и Краснобаев ему пальцем вслед погрозили.

— Ну все, — удовлетворенно произнес Краснобаев, — больше ни один крокодил к нам теперь не пристанет. Можете быть спокойным, товарищ генерал.

А Бочкин представил, как его крокодил ест, а остатки в воде прячет, чтобы на ужин, значит, приберечь, вздрогнул всем телом и даже прослезился:

— Эх, Краснобаев, опять ты меня спас! Да где же я столько орденов для тебя найду?

— Ваше похвала, Василий Митрофанович, для меня дороже любого ордена.

Бочкин даже покраснел от удовольствия, а так как он был очень скромным человеком, то решил переменить тему разговора.

— Ну ладно, хватит друг другу похвалы воздавать, надо изучить обстановку. Какие есть предложения?

— У меня предложение подняться на гору и осмотреться. С высоты, оно, все видно.

Бочкину предложение понравилось.

— Тогда вперед! — скомандовал он.

И они стали собираться. И сразу выяснилось, что рубашка генерала уплыла вниз, ее ручей унес, а у Краснобаева одного ботинка не хватило, он у крокодила в пасти остался. И ремня тоже у него теперь не было.

Пришлось идти не в полной форме.

Глава пятая

МЫ НА ОСТРОВЕ, ТОВАРИЩ ГЕНЕРАЛ!

Гора была достаточно высокая, и самолет АН-24 был посажен смерчем на самой середине ее западного склона. Поэтому, чтобы оказаться на ее вершине, надо было совершить самое настоящее восхождение.

Ничего не взяли с собой Иван Иванович и Бочкин в дорогу. Только генерал наотрез отказался расстаться со своим портфелем.

— Там же секретные документы! — сказал он Краснобаеву и посмотрел на него с подозрением. — Целый портфель. Ты представляешь, что будет если он попадет во вражеские руки? — Бочкин даже вспотел от такой мысли. И сразу стал грустным и торжественным. — И запомни, Иван, если со мной что-нибудь случится, ты во что бы то ни стало должен сохранить этот портфель и вернуть его нашим. А если ситуация будет такой, что ты попадешь в плен вместе с портфелем, до этого ты должен будешь уничтожить все, что в нем есть. Лучше всего сожги. Но если не будет огня, тогда съешь. Все до последнего листочка. Понятно?

— Так точно! — отсалютовал Краснобаев

и с сомнением посмотрел на генеральский портфель. Он был такой толстый и разбухший от бумаг, что их все даже их знакомый крокодил, и тот, вряд ли съест. А если и съест, то сразу издохнет от заворота кишок.

— Съем все до последнего листочка.

И они стали подниматься.

Так как все вокруг было дико и безлюдно, то никакой тропинки они разумеется не нашли и поэтому пошли прямо через лес. Через густые заросли. Через джунгли. Впереди шел Краснобаев, босой на одну ногу, в мокрой свежевыстиранной рубахе и в штанах без ремня, за ним, пыхтя, пробирался Бочкин, голый по пояс, зато в генеральской фуражке, в брюках с лампасами и с толстым портфелем в руке.

Целый час пробирались они через джунгли. Устали как черти, да еще и казус один с ними приключился.

Бочкин шел и всю дорогу ворчал:

— Это безобразие, когда в лесу нет тропинки, Это никуда не годится! Ни в какие ворота не лезет. Эх, мне бы сюда роту курсантов, и мигом бы была здесь не только тропинка, а целая дорожка, да еще и с бордюром.

— Потерпите, товарищ генерал, уже немного осталось, — пытался успокоить его Краснобаев. — Вон уже просвет среди деревьев виднеется.

— Просвет виднеется! Нужен мне твой просвет. Мне тропинка нужна, а то я все туфли себе сбил об эти коряги. И лампасы испачкал листьями.

И тут Бочкин остановился, потому что увидел тропинку. Она вилась чуть слева от него.

— Ну вот, — удовлетворенно покрутил усы генерал, — то что мне и надо. За мной, Краснобаев.

Встал он на тропинку и пошел. Но сделал всего лишь три шага, как вдруг тропинка под ним дальше сама поехала.

— А так тут эскалатор поднимает! — обрадовался Бочкин. — Слышь, Краснобаев, а мы с тобой как дураки пешком тащимся.

Краснобаев как раз оглянулся и глазам не поверил. Генерал стоял, гордый и довольный, прижал к груди свой портфель, застыл, словно памятник и в то же время двигался вперед.

— Что с вами, товарищ генерал?

— Иди сюда, Краснобаев. Устраивайся рядом. Как видишь, научно-техническая революция добралась и до этих диких мест. Не иначе, как американцы здесь эту штуку смонтировали. Или японцы. Они же хитрые черти. Везде им комфорт подавай. А мы их эскалатором воспользуемся.

Говорил так Бочкин и продолжал двигаться вперед.

Хотел Краснобаев тоже на чудный эскалатор встать, да только подошел поближе и увидел, что вовсе это не эскалатор, а самая настоящая гигантская змея анаконда.

Она лежала себе среди деревьев и грелась на солнышке после того, как поймала и съела дикого поросенка, когда на нее встал генерал Бочкин. От неожиданности и страха, змея сразу же стала спасаться бегством. Только вот не больно то убежишь, когда у тебя на спине стоит такой толстячок, как Бочкин.

Понял Краснобаев, что надо спасать генерала. Змея вот-вот опомнится и обязательно разозлится.

А Бочкин уже далеко.

— Догоняй! — кричит. И даже ни о чем не подозревает.

— Слезайте, товарищ генерал! — кричит Краснобаев. — Это же змея!