Генерал Лебедь
Шрифт:
Последствия для самого Советского Союза были драматичны. Всеобщая деморализация и потеря веры не только в методы, но также в успех режима, под знаменем которого осуществлялся с такими большими потерями экспорт идеологии государства, уничтожили без остатка самоотверженность советского народа. Советский Союз все больше становился колоссом на глиняных ногах, крах которого был больше только вопросом времени.
Глава V
Последняя шлифовка: военная академия
В конце июля 1982 года, оправившись после ранения, Александр Лебедь начинает учебу в Военной академии имени Фрунзе. Он переезжает в Москву со своей семьей —
Вначале интенсивность обучения и экзаменов была очень высокой. Лебедь, как и другие, принимает участие в преподавании вооружения и военной техники. При этом большая часть времени проходит за зубрежкой цифровых кодов систем вооружения, которые он еще никогда не видел. Занятия автоматическими системами управления он считает намного интереснее.
С особым удовольствием Лебедь окунается в науку о военном искусстве: оперативное искусство, стратегию и тактику. Ему не мешает и то, что приходится работать и в неучебное время, так как списки обязательной литературы охватывают всю историческую военную литературу, вплоть до описаний походов Ганнибала.
Лебедь знакомится и с политическими теориями античных философов; при этом Платон становится одним из предпочитаемых им авторов, а его «Демократию» он интерпретирует по-своему. У него формируется свое индивидуальное понимание демократии: демократия ведет к олигархии, а в будущем к хаосу; ни для какой сферы она не будет иметь таких катастрофических последствий, как для военной: «Демократия — это конец армии, как мы видели в 1917 году. Когда в ней нет дисциплины и приказы не выполняются, одна половина дезертирует, а вторая половина пропадает…».
Лебедь считается одним из самых усердных слушателей, и скоро его назначают руководителем группы.
При изучении оружейных систем Лебедь обнаруживает слабости учебной программы, в которой все сконцентрировано исключительно на теории. Как могут молодые офицеры четко судить о результатах тактических решений, если они даже не знакомы с новыми достижениями военной техники? Так как испытание различных оружейных систем на практике по понятным причинам невозможно, то его, полагает Лебедь, нужно хотя бы заменить компьютерным моделированием.
Упражнений по многим дисциплинам, овладение которыми как раз необходимо на более высоком командном уровне, Лебедь тоже не увидел на занятиях. Зато во время интересных дискуссий по стратегии и тактике он получил неизгладимое впечатление от личностей некоторых преподавателей. Так, среди руководителей курсов ему особенно понравился полковник Александр Васильевич Романов.
Этот руководитель курса, кажется, объединил в себе такие качества, как совершенство знаний систематики и методики, дидактические умения, уверенная манера держаться, дипломатичность в конфликтных ситуациях, чувство собственного достоинства, строгость, последовательность, самообладание. Это производит большое впечатление на Лебедя и, очевидно, на других слушателей курса. Не удивительно, что Лебедь, который со своим непомерным честолюбием всегда искал образец для подражания, намеревается следовать самому главному принципу уважаемого учителя: сохранять и защищать офицерскую честь в любой ситуации.
В другом учителе, который преподает тактику, Лебедю импонируют спокойствие и способность заставить слушателей мыслить творчески. Нужно отметить и то уважение, с которым начальник обсуждает со своими подчиненными их предложения по решению той или иной задачи, терпение, с которым он их выслушивает, и последовательность, с которой он ведет их логическим путем к оптимальному решению. «Именно в этом различие между ремеслом и искусством», — делает вывод Лебедь.
Первый курс Лебедь оканчивает лучше
В мае 1985 года Лебедь оканчивает свое обучение в военной академии. По традиции выпускники отмечают это событие в ресторане в центре Москвы. Оттуда они маршируют строем по Красной площади и хором громко поют песни. Милиционер обращает их внимание на то, что пение на Красной площади запрещено. После короткого спора они меняют направление и в радостном настроении идут по Москве, уверенные в том, что их ждет блестящая карьера.
Глава VI
Командир в Костроме
Курс Лебедя был одним из самых лучших в истории академии, и некоторым из его товарищей действительно удалось сделать карьеру, как, например, И. И. Бабичеву или В. А. Востротину.
Когда Лебедь представлялся командованию Воздушно-десантных войск, он узнал, что его посылают в Псков заместителем командира полка. Однако против этого выступает первый заместитель командующего, предлагая отправить Лебедя начальником штаба полка в Прибалтику. Ему возражает генерал Сухорукое, командующий Воздушно-десантными войсками, который извещает Лебедя, что он откомандировывается в Тулу на должность заместителя командира полка. Еще до отъезда Лебедь узнает, что он будет исполнять эту должность, но не в Туле, а в Рязани. Когда Лебедь прибывает туда, место уже занято — отсутствует только занимающий эту должность. Все же должность остается за Лебедем. Но ненадолго. Уже через два месяца Лебедя назначают командиром 331-го воздушно-десантного полка, который стоит в Костроме. В середине сентября 1985 года он прибывает в расположенный на расстоянии более четырехсот километров к северо-востоку от Москвы старинный город на Волге.
Когда Лебедь прибывает в расположение полка, ледяной ветер дует ему в лицо. Этот ветер свидетельствует о раннем начале зимы. На маленький заасфальтированный двор, который как будто предназначен для занятий строевой подготовкой, вступает его полк. Командир дивизии коротко представляет Лебедя и передает ему поле «сражения» со словами, что у него десять секунд времени, чтобы войти в должность. Затем он поспешно уходит.
О том, что полк находится не в лучшей форме, было известно. Реальное же состояние казарм и всего остального подействовало даже на закаленного Лебедя шокирующе: запущенность, куда ни кинь взор.
Как могут хорошо чувствовать себя солдаты части, которая относится все еще к показательным полкам Советского Союза, если они живут в таких условиях? И как могут они достойно представлять Советскую Армию, если они содержатся как животные. «Бытие определяет сознание», — вспоминает Лебедь слова, много раз цитируемые в то время, и решает в корне изменить здесь все.
Когда он собирается покинуть здание, до его слуха доносятся мужские голоса. Выйдя во двор, он замечает группу подвыпивших прапорщиков, пытающихся петь песню о Стеньке Разине. Новый командир спокойно подходит к группе, объясняет, что нельзя сказать, что песня звучит красиво, — и сам подхватывает припев. Это доставляет ему, как он задним числом констатирует, особое удовольствие, так как именно его вступлению в должность соответствует отрывок из песни: