Гений АЗЛК
Шрифт:
Я аж привстал на постели. Понял, к чему клонит. Если ничего не получится, потеряю жалкий остаток старческого существования, но Валентина прожила бы лет 40–50! Ей по возрасту далеко до гробовой доски.
Она встала и включила свет. Лицо спокойное, сосредоточенное,
— Едем сейчас. Если стоянка не закрыта на ночь.
Ради возвращения к детям она способна на самоубийство? Более того — убить меня! Восхищаться или возмущаться? Позже решу, если останусь жив. Тоже хотел попробовать этот шанс, чуть более обдуманно, наверно. Не срывался бы в ночь. Но у женщин порой срабатывает интуиция, с виду ничуть не основанная на объективной информации, а результат точнее, чем у математического анализа…
Чёрт побери! Зачем я себя успокаиваю, пытаюсь обмануть, оба идём на верную смерть! Два раза меня спасло чудо, но чудеса, скорее всего, тоже устают. Магией не командуют как телевизором с пульта.
Колебался. Потом сказал себе: если не попытаюсь, больше жить не смогу. Ни с Валей, ни без. И так использую никем не обещанный бонус. А если ничего не получится? Об этом просто не успеем узнать. Вместе жили, вместе умрём.
Разумеется, взяли «людмилу», не «мерседес». Машина — часть того мира, как и Валя. Быть может, как-то повлияет.
Выкатились на шоссе. Я за рулём. Притормозил у обочины.
— Последний раз спрашиваю. Уверена?
— В тебе — как ни в ком другом. Тем более не останусь в мире,
Если бы другие жёны так доверяли своим мужьям… Вплоть до совместного самоубийства.
Правда, многие воспользовались бы доверием для походов налево.
Мелькнула вспышка фотофиксации. Пусть квитанцию о штрафе за полёт со скоростью 200 присылают… в 1981 год.
— Серёжа! Давай! Я люблю тебя!
Впереди быстро вырастал мост на белых бетонных опорах.
Всё ближе… Последняя секунда в этом мире или в жизни вообще…
И я влетел в одну из опор.
Ба-ба-ба-бах…
Капот машины вынырнул из тумана, колёса забарабанили по просёлке, на треснутое стекло брызнула липкая грязь. Мы вихрем пронеслись мимо холмов и указателя: Bucuresti 265 km. Валя ещё карту развернуть не успела, прикинул — до второго КП по Румынии осталось не более двух десятков километров.
Словно разжалась стальная рука, стискивавшая внутренности в комок. Чисто на волевых держал руки на руле, они норовили стать ватными. Были на волосок от гибели! Дважды!
«Я жив, снимите чёрные повязки!» (В. Высоцкий).
Надеюсь, с моментом возвращения попали точно. Всевышний, или кто там за тебя дежурит по грешной Земле, прости за наглость: раз уж спас от верной смерти, спасибо, конечно, но обеспечь и эту мелочь, что тебе стоит… Приведи без штрафа за опоздание на пункт контроля времени!