Гений
Шрифт:
Буссе указал стажеру на дверь, и тот мгновенно испарился.
— Пять тысяч крон! — Буссе с улыбкой покачал головой, потер пальцем нос и выбросил счет в мусорную корзину. — Ну ладно, хватит об этом! Итак, у нас пятнадцать минут.
Кристиан посмотрел на свои часы и сел за стеклянный стол для встреч. Он не возразил Буссе, хотя они договаривались на часовую встречу. Подать весь материал о проекте «Сехестед» за пятнадцать минут будет довольно сложно, но Кристиан весьма основательно подготовился к этому разговору. «Скандорама» как раз даст будущему проекту «Сехестед» возможность стать высококотируемым предприятием
Однако Кристиан молчал еще и по другой причине. Им овладела элементарная зависть: на руке у Буссе были часы от «Тимекса» — «Даталинк Интернет-мессенджер». Это были часы с автоматической установкой времени по спутнику, оснащенные электронной почтой и Интернетом.
— Извините, пожалуйста, — сказал Буссе и резко отодвинул бумаги на столе. — Я сейчас как раз занимаюсь планированием рыночной компании продвижения. И через четверть часа ко мне придут три представителя из «Курсива», изложат свои последние идеи. «Курсив» — это одно из крупнейших рекламных бюро, но легче от этого не становится. Боже мой! Они целых две недели потратили на размышления о принципиально новой концепции «Скандорамы». — Буссе скривился. — Я так устал от их идиотских предложений. Надеюсь, что в аду существует специальное место для рекламщиков. В прошлый раз они пришли с этой «патологически гениальной идеей» — как будто не я ее придумал. Почему, как вы думаете, я назвал три подотдела «Скандорамы» английскими словами «scan», «scope» и «scoop»[10]? — Буссе фыркнул и вытянул из кучи бумаг небольшую картонку. — Вот все, что они выжали из себя за две недели.
Он показал листок Кристиану. Зелеными буквами на бирюзовом фоне было написано: «Sc».
— Это все, что они придумали. Две недели в медиаотрасли! Это же огромный срок! Но на этот раз я позволил себе немного их опередить. Что вы скажете об этом?
Он поспешно повернулся, достал из ящика стола небольшой лист бумаги и гордо положил его перед Кристианом.
Наверху было написано: «Подсекции „Scope“». Ниже следовал длинный список имен и разъяснений: «Screen & Scene» (Кино, театр и концерты); «Score» (Спорт): «Scream» (Мода), «Scandal» (Сплетни) и «Science» (Научные факты).
— Да, здорово, — сказал Кристиан, — а последний пункт про факты вообще замечателен.
— Я не рассматриваю здесь наши секс-страницы, — сказал Буссе и радостно улыбнулся, он почти не слышал Кристиана, — но думаю, что они должны называться…
— Как? — Кристиан поднял брови.
— «Screw»[11], разумеется. Ты же знаешь, что я имею в виду, — и он игриво толкнул Кристиана в бок. — Возможно, мы вложим деньги в собственные страницы. В таком случае они будут называться… как ты думаешь?
Кристиан попытался вспомнить еще какое-нибудь английское слово, которое начиналось бы на Sc, но ничего не придумал.
— «Scrift»[12], — произнес Буссе триумфально.
— О’кей, — сказал Кристиан с наигранным энтузиазмом. — Кстати, о литературе. Именно поэтому я здесь. — Он достал из папки распечатку важнейших файлов встречи с Бьёрном и Конрадом, разложил ее перед Буссе, одновременно объясняя.
Но едва он смог просмотреть несколько страниц, как в дверь постучали
— Привет! Кажется, мы пришли немного раньше времени. Надеюсь, вы нас извините, — прощебетала женщина из-за бумаг.
Буссе спрятал веснушчатое лицо в ладонях и украдкой через пальцы посмотрел на Кристиана. Кристиан посмотрел на «Джи-Шок». Представители «Курсива» пришли на три минуты позже.
— Ну, Кристиан, тогда мы обсудим это позднее, — сказал Буссе и поднялся. Но на полпути он замер, словно ему пришла в голову идея. — Да, а вы не хотели бы присоединиться? А вашими делами мы займемся потом, где-нибудь здесь в Лёкке, за ланчем. У вас будет время?
— Естественно, — ответил Кристиан, хотя на самом деле очень разозлился, что его прервали прямо посреди речи.
Буссе Шенкенберг сначала представил его даме, которая была артдиректором, вернее, креативным директором. Она оторвала взгляд от бумаг и с улыбкой протянула Кристиану руку.
— Мадлен ля Руж, — прощебетала она с французским акцентом, — очень приятно.
Кристиан так смутился, что не запомнил ни ее должности, ни имен обоих ассистентов. В облике этой бледной женщины с африканскими косичками было что-то неприятное. Никогда раньше Кристиан не встречал белой женщины с африканскими косичками.
— Отлично, — сказал Буссе, перехватив инициативу после обмена приветствиями, — давайте посмотрим, что вы там нахимичили.
Они расселись на алюминиевых стульях вокруг стола. Мадлен представляла основную концепцию, а технические детали разъясняли молодые люди.
— Мы видим сотрудничество «Курсива» и «Скандорамы» в том, чтобы дальше развивать концепцию бренда и придать ему рыночное направление, — начала Мадлен. — Мы избрали путь построения общей концепции вокруг двух первых букв в слове «Скандорама»[13].
Ее версия была изложена на листочке бумаги и очень напоминала то, что Буссе только что показывал Кристиану. На этот раз бирюзовые буквы Sc стояли на зеленом фоне.
Буссе отвернулся и тихо застонал. Но Мадлен не заметила этого и продолжила с прежним энтузиазмом:
— Мы сделаем акцент на любопытстве, которое пробудится при виде этих двух букв. Эти две буквы образуют как бы иконку: общий знак и символ деятельности «Скандорамы». Sc стоит в точке пересечения между речью и текстом, между звуком и письмом, и мы думам, что это должно привлечь внимание широких целевых групп.
Буссе смотрел в окно.
— Поэтому, — продолжала Мадлен, по-прежнему улыбаясь, — мы решили сфокусировать все внимание на Sc. Но пока никто не знает, что означает Sc. Таким образом, для себя мы видим очень активную и настойчивую кампанию, в ходе которой мы разбудим интерес как основных, так и периферийных клиентов.
— Да-да, об этом мы уже говорили раньше, — перебил ее Буссе.
Мадлен поняла намек и обратилась к плакату номер два.
Кристиан воспользовался паузой и посмотрел на часы. «Курсив» потратил уже десять минут и не представил ничего нового.