Геомант
Шрифт:
И вдруг что-то ударило ее в спину, запястья заныли от железной хватки, и вот она уже в воздухе, увлекаемая раненой рукой Рилла. Их траектории сошлись в одной точке. Ветер приподнял веревки, свисающие с деревянного крыла. Тиане ни за что не удалось бы до них дотянуться, но длинные пальцы Рилла сомкнулись вокруг кожаной петли. Тиана подхватила вторую веревку и обвязала вокруг талии.
Под их тяжестью планер потерял скорость и стал плавно спускаться по спирали, подобно осеннему листку. Хватка Рилла несколько ослабла, и Тиана стала падать, но веревка
Дополнительная нагрузка легла и на крылья Безанты. Она все тяжелее взмахивала ими, и покалывание в висках говорило Тиане, что лиринкс снова прибегает к Тайному Искусству, чтобы удержаться в воздухе.
Тиана расплакалась, и слезы мгновенно замерзли на ее щеках. Рилл пробормотал что-то на своем языке, закрепился в свисающих петлях и отпустил уже ненужную веревку. Потом он привязал Тиану к груди и стал энергично махать рукой Безанте, но та не обратила внимания на его сигналы. Деревянное крыло все еще виляло из стороны в сторону и тянуло ее вниз. Они медленно раскачивались на веревках и направлялись прямо в сторону кланкера. Стрелок Ранд уже занял свое место и пытался прицелиться из арбалета. На таком расстоянии он не мог промахнуться.
Внезапно среди обломков скал появился еще один лиринкс. Одна нога его была в крови и почти не гнулась. Это очнулся один из часовых, раненный в самом начале боя. Лиринкс прыгнул, но недостаточно далеко. Симмо послал машину вперед, стараясь сбить врага, но лиринкс ухватился за пластины брони и взобрался на крышу кланкера. Симмо рванул рычаги, чтобы стряхнуть неожиданного пассажира. Раненый лиринкс поскользнулся в собственной крови, но успел схватить копье, торчащее из арбалета. В этот момент Ранд выстрелил, и вылетевшее копье утащило за собой ли-ринкса, бросив его на валуны под обрывом.
Кланкер быстро развернулся, и Тиана увидела, как Ранд поворачивает в их сторону заряженную катапульту. Она перестала дышать от страха, а Рилл безнадежно вздохнул. Раненый лиринкс снова поднялся с камней и метнул погнутое при падении копье. Ранд увернулся. Тогда лиринкс бросился грудью прямо на катапульту. Вылетевший снаряд пробил его тело насквозь, разлетевшиеся внутренности кровавым узором покрыли снег.
Рилл сдавленно застонал от боли за своего собрата. Они неслись прямо над кланкером. Ранд лихорадочно перезаряжал катапульту, но было уже поздно. Трое беглецов пронеслись мимо.
Рилл подобрал веревки управления и слегка опустил передний край крыла. И вдруг конструкция стала подниматься — они полетели! Тиане это показалось настоящим чудом. Все веревки расправились будто сами по себе, покалывание в висках исчезло. Безанта описала в воздухе еще два круга, а затем взяла курс на юго-запад, к Калиссину, что бы ни значило это название.
ГЛАВА 39
Ранд продолжал стрельбу до тех пор, пока Тиана была в пределах досягаемости оружия.
— Хватит!
Ниш
Экспедиция потерпела окончательный провал, и кто-то должен будет за это ответить. Многие, включая его отца, уже достаточно пострадали. Ял-Ниш, похожий на груду окровавленных лохмотьев, лежал совсем рядом, но Ниш не осмеливался далее взглянуть на него.
— Ну что ж, все кончено! — заговорила Иризис. — Мне, наверное, стоит скатиться со скалы.
Ниш схватил ее за руку.
— Не волнуйся, — успокоила она приятеля. — Я уже передумала. Мы с тобой вместе встретим свою судьбу, Крил-Ниш.
Ниш отыскал в бескрайнем небе удаляющиеся точки.
— Завтра к этому времени Тиана будет в сотнях лиг отсюда, и никто, даже Юлия, не сможет ее отыскать. Какое ужасное поражение!
Иризис пошевелилась, застонав от боли.
— Как ты себя чувствуешь?
— Благодарю за заботу! Сломанная нога болит так сильно, что я почти не ощущаю раны на другой ноге. — Иризис невесело рассмеялась. — Может, сломать и вторую? Тогда первая не будет так сильно беспокоить.
— Иногда я тебя совсем не понимаю, — сказал Ниш.
— Вот и хорошо.
— Давай-ка переберемся в другое место. Не нужно оставаться у обрыва.
— Мне и здесь хорошо, — запротестовала Иризис.
Но Ниш ухватил ее за плечи и потащил вверх по склону. Ноги девушки волочились по неровной почве, и к тому времени, когда он остановился, на глазах Иризис выступили слезы.
— Ты не очень ловок, Ниш.
Он даже не отреагировал на колкое замечание. Ниша сжигало чувство вины. Схватка закончилась, наступала реакция, и он начал дрожать от холода и одиночества.
— Иди проведай отца. Ему пришлось гораздо хуже, чем мне. Ниш в страхе посмотрел в ту сторону, где лежал главный следователь.
— Я пошлю кого-нибудь к ледяным хижинам за помощью.
— Не стоит, — ответила Иризис — Оттуда никто не придет. Ниш повернулся к ней, открыв рот от изумления.
— Да-да, Ниш. Все до единого человека погибли там, среди развалин.
— А лиринксы?
— Тоже мертвы.
Убито больше сорока человек! Ниш никак не мог с этим смириться. За прошедшие две недели он познакомился с каждым из них, со всеми разговаривал, шутил… Как же можно так грубо прервать жизни многих людей?
Отец Ниша негромко застонал. Значит, по крайней мере, он еще жив. Ниш бросился к нему, склонился над телом и замер. Ял-Ниш, его красивый и представительный отец, стал неузнаваем. Все лицо представляло сплошную рваную рану. Один глаз висел на ниточке, большая часть носа была снесена ударом когтя. Левая щека от уха до рта была разорвана тремя шрамами. Ниш отвернулся, не в силах вынести такого зрелища.