Герберт Франке

Брандис Евгений Павлович

Книги Герберта Франке переведены на многие языки, отмечены литературными премиями. Он охотно высказывается и пишет о проблемах фантастики, выдвигая приемлемые для нас положения. Так, в послесловии к сборнику радиопьес "Никаких следов жизни" (1982) он справедливо замечает, что "хорошие научно-фантастические произведения не могут ограничиваться научнофантастическими вопросами - они содержат обязательно человеческие конфликты, рассматривают вопросы, относящиеся к Земле и современности".

Хотелось бы напомнить и более раннее высказывание писателя - ответ на анкету журнала "Иностранная литература", опубликованный в подборке "Почему я стал фантастом" (ИЛ, № 1, 1967):

"Жанр утопии дает нам возможность создавать модель завтрашнего дня. При этом меня, как естествоиспытателя,

интересуют прежде всего те изменения во всех сферах жизни, которые будут обусловлены техникой, кибернетикой, психологией и т. д. Я рассматриваю фантастику не как пророчество, а как изображение благоприятных и неблагоприятных возможностей, над которыми следует задуматься. От решений, принятых сегодня, зависит и то, что ждет нас завтра. Прошлое нас только учит, на будущее мы еще можем воздействовать; вот почему будущее для нас интереснее прошлого, а утопический роман интереснее исторического.

Лично я придерживаюсь того мнения, что наука не только поставляет технические средства для избавления от нужды на Земле, но и создает основу такого образа мыслей, который предполагает терпимость и взаимное понимание.

Большие задачи, поставленные перед нами будущим, ответственность, ложащаяся на каждого, кто владеет научно-техническими средствами, требуют привлечь внимание как можно большего числа людей к проблемам, связанным со всем этим. Путь к этому открывает утопическая литература - science fiction, или, как говорят у вас, научно-фантастическая литература. Таким путем следовало бы прежде всего идти писателям, которые располагают основательными знаниями и широким кругозором, включающим в себя понимание хода развития".

Нельзя не согласиться с такими формулировками. Однако, к сожалению, даже у серьезных фантастов Запада подобные заявления чаще всего остаются всего лишь декларацией. Представления о возможных вариантах будущего, за редкими исключениями, не вселяют надежд на какие-либо перемены к лучшему. Путей к социальному обновлению фантасты западных стран, как правило, и не пробуют намечать.

Все сказанное выше, как нам кажется, поможет читателю лучше понять специфику произведений, вошедших в этот сборник. При их отборе составитель преследовал цель показать творчество Франке как бы в развитии. Не лишне заметить в этой связи, что книга "Зеленая комета", из которой в сборник вошли рассказы-миниатюры ("Авария", "Контроль над мыслями", "Пожиратель кальция", небольшой цикл рассказов о приключениях космонавтов Кая и Бена и др.), наряду с романом "Игрек минус" издана по лицензиям в ГДР, где Герберт Франке получил признание как крупнейший мастер и в последние годы оказывает известное влияние на развитие научно-фантастической прозы.

Миниатюрные новеллы в основном связаны с освоением космоса. Каждая из них по сюжету - парадоксальный эпизод, раскрывающий психологическую реакцию людей при встрече с каким-либо неизвестным явлением. Автор выдвигает морально-этическую проблему, вызванную неожиданной аварией, соприкосновением с инопланетным разумом, загадочной внеземной техникой и т. д. Уже в этих произведениях возникает постоянная в творчестве Г. Франке тема взаимоотношений человеческого и машинного разума ("Контроль над мыслями"), навеянная не "законами роботехники" А. Азимова, а профессиональным интересом Франке к кибернетике. Нередко он исходит из допущения, что высокий уровень интеллекта предполагает этичность, и там, где люди ожидают зла, представители внеземного разума проявляют доброжелательность, приходят на помощь ("Авария", "Самоуничтожение", "Спасение I" и др.). Динамичная новелла "Изобретение" отмечена антимилитаристской устремленностью.

По сравнению с рассказами 70-х гг. сборник "Зеленая комета" - не более чем проба пера, хотя талантливость автора и здесь очевидна. Но уже в двух последующих сборниках ("Наследники Эйнштейна" и "Заратустра возвращается") Герберт Франке предстает зрелым писателем со своим кругом тем и своей манерой письма. Почти все произведения, взятые из "Наследников Эйнштейна" и вошедшие в наш сборник, носят характер предостережений: предельно регламентированное бездуховное общество, ставящее героев перед

непреодолимыми морально-этическими дилеммами.

Вспомним рассказ "Наследники Эйнштейна", давший название целому сборнику. Полностью автоматизированное общество. Кибернетические механизмы не только производят материальные блага, но и обеспечивают технический прогресс. Для сохранения "стабильности" всякие научные исследования, индивидуальная творческая деятельность, какие-либо поиски нового строжайше запрещены. Героя рассказа Джеймса Форсайта заключают в психиатрическую больницу только за то, что он хотел починить стиральную машину, не запросив у автоматов новой. Его ждет "переориентировка" (т. е. стирание личности), но приговор откладывается: Джеймса отпускают, чтобы с его помощью выследить единомышленников. Сначала он наталкивается на тайное общество "разрушителей машин", своего рода луддитов, с которыми ему не по пути, потом на группу "наследников Эйнштейна" - лжеученых, прославляющих отвлеченные знания, но не способных совершать открытия. Когда же он наконец разгадывает тайну компьютеров и пробует доказать, что "программа исходит не от людей", приговор приводят в исполнение...

В этом обличительном рассказе Франке возводит к сатирической гиперболе реальные тенденции капиталистической системы производства.

Весьма злободневен рассказ "Мутация", где Франке моделирует общество, по сути фашистское, которое возводит генную инженерию до уровня государственной доктрины. Это рассказ-предупреждение.

В "Координаторше" представлена модель деспотического общества, основанного якобы на принципе "ненасилия" и состоящего только из женщин. Подозреваемых в агрессивности здесь испытывают в специальных камерах, провоцируя на выражение недовольства. Даже затаенные эмоциональные состояния, противоречащие принципу "ненасилия", регистрируются точными приборами. Не выдержавших проверку уничтожают.

Общество, состоящее из одних женщин, - не новость в фантастике. И автора меньше всего занимает проблема феминистских крайностей. Весь пафос этого сильного рассказа - в атаке на господствующую в этом женском царстве политику "Цель оправдывает средства", на маскировку реакционных режимов под демократию, на вопиющий разрыв слов и дел. В рассказе четко прослеживается антифашистская направленность.

Из сборника "Заратустра возвращается" заслуживает внимание рассказ "На Уран и обратно", хотя он написан по испытанной фантастами схеме, и мы можем найти в нем сходство с "Прелестью" К. Саймака, "Молотом" С. Лема и др. Компьютер, то есть корабль-система, наделенный возможностью действовать бесконтрольно, влюбляется в Командира, подменив собой образ Эвы, жены капитана, а затем хитроумными способами устраняет одного за другим "лишних" членов команды, чтобы остаться наедине с командиром. Осуществив свой коварный план, корабль-компьютер, вместо того чтобы вернуться на Землю, резко меняет курс и падает на Солнце.

Искусное построение и сюжетные находки делают рассказ интересным, несмотря на вторичность темы. К обоснованию оснащения и самостоятельных действий электронной автономной системы автор подходит с точки зрения профессионала-кибернетика.

К ярким образцам острой антимилитаристской сатиры относится рассказ "Маневры". На нем хотелось бы остановиться чуть подробнее.

Под эгидой мирового правительства на Земле сохранилась милиция и, скорее как дань традициям, - небольшая армия. А раз есть солдаты, их надо обучать. Решено провести маневры, разделив армию на две части по цвету волос. Но никто к этому серьезно не относится. И тогда генералы с помощью журналистов и спортивных тренеров натравливают обе стороны друг на друга. Маневры переходят в настоящую войну. Призывы покончить с кровопролитием ни к чему не приводят. Военная машина запущена, наряду с войсками уничтожается и гражданское население. Боевые лозунги, призывы печати, парадоксальный финал - на грани фарса. Из немногих уцелевших людей двое бывших солдат поселяются у моря в бамбуковой хижине. Волны выбрасывают на берег ящик, в котором оказывается... восстановитель волос. Когда один из солдат хочет воспользоваться находкой, другой возражает, сталкивая ящик в воду: