Герцог

Первухин Андрей Евгеньевич

В общем, грифон съел одну из косуль, остальные умчались в другой конец парка, только их это не спасло, он же полностью был огорожен, бежать некуда, он подхватил ещё одну и после своих тёмных дел грифон был таков. Кстати, добычу он приволок ко мне в новый дом, так что она попала в котёл, мои слуги уже привыкли к подобным выходкам питомца. К тому же он принёс ещё живое животное, а не мёртвое.

Проблему усугубляло то, что эта косуля была крайне редкая, что не могло повлиять на мой аппетит и аппетит моих людей, съели. Мы же не знали, что сегодня угощает император, тогда

бы вылечил несчастную животину, а не поступил бы так жестоко.

Всё это Рагон рассказывал со смехом, понравился ему переполох во дворце, который произошёл после того, как грифон улетел. Забегала стража как ошпаренная, хотя уже было поздно спасать господина. Даже появились идиоты, которые предлагали послать ко мне солдат и убить грифона, благо, что у императора мозгов побольше, чем у его ближнего окружения. Сейчас я ехал к главе государства очень грустный и думал, как бы мне отмазаться, думаю, он на меня зол как собака.

Долго держать меня в приёмной не стали, пригласили почти сразу. Грозный вид главы государства, который на этот раз был один, не сулил мне ничего хорошего.

— Ну что, господин герцог, понравилась моя косуля? — Даже не здороваясь, начал он разнос. — Мне сказали, что одно животное и тебе довелось попробовать. Ты хоть в курсе, что они очень редкие? Возможно, в моём парке последние гуляют.

Решив, что это риторический вопрос, я промолчал, только сделал грустное лицо и опустил глава в пол, показывая, что скорблю вместе с императором о такой тяжкой потере. Впрочем, пришлось мне всё же отвечать, потому что глава государства замолчал, ожидая ответа.

— Ваше императорское величество, — осторожно начал я оправдываться, — больше такого не повторится, я поговорил с грифоном, он больше не станет охотиться в Вашем парке.

— Спасибо, — ехидно сказал император, — удружил ты мне, герцог. Только что теперь делать с двумя убитыми косулями? Как у тебя совести вообще хватило вторую съесть, а не вернуть её мне?

— Я не знал, что этот зверь из Вашего парка, — позволил я себе пожать плечами. — Иначе бы никто трогать не посмел.

Император пристально на меня посмотрел, видно задумался, шучу я так или искренне говорю. После короткого молчания он продолжил меня отчитывать.

— Знаешь, герцог, я просто диву даюсь, как у тебя получается так лихо на уши столицу поднимать. Ты это специально так делаешь, привлекаешь к себе внимание? Каждый раз твой приезд оборачивается какими-нибудь проблемами или разговорами. Ты знаешь, что уже начали шептаться, что Стэн своего грифона на лужайку к императору пастись посылает? А это удар по моей репутации.

— Виноват, Ваше императорское величество, — покаянно произнёс я. — Больше подобного не повторится, вообще мой грифон охотится только на диких животных, вот и тут видно принял косуль за диких и атаковал. Но я ему запретил охотиться в городах и сёлах, сомневаюсь, что он прилетит сюда ещё раз. Это ведь животное, хоть и магическое, ему трудно понять, что просто так дикие звери около людей бродить не будут.

— Ладно, — вздохнул император, — надеюсь, что на самом деле мне больше не придётся созерцать твоего обедающего

питомца, теперь поговорим о другом. Только вот «о другом» мы начать беседу не успели, потому что в комнату ворвался гвардеец.

— Ваше императорское величество, грифон снова прилетел, — выдохнул он, видно бежал на доклад.

— И что он делает? — Поинтересовался император, при этом внимательно глядя на меня.

— Ничего, просто сел напротив входа, — пояснил гвардеец. — Что прикажете делать? Люди боятся мимо проходить.

— Ваше императорское величество, — я решил не ждать, пока император снова разозлится, — просто грифоны чувствуют состояние своих хозяев, наверное, прилетел меня поддержать.

— И зачем тебе его поддержка? — Даже удивился глава государства. — Ты думал, что я тебя казню за косуль, что ли?

— Нет, просто мне Вас лишний раз расстраивать не хочется, вот и переживал.

— Свободен, — обратился император к гвардейцу. — Герцог скоро уйдёт, надеюсь, грифона с собой захватит.

Воин поклонился и ушёл, а мы снова остались вдвоём, молчание нарушил император.

— Герцог, а тебе не кажется, что за свои пистолеты ты слишком много хочешь? — Поинтересовался он. — Или ты считаешь, что у меня казна бездонная?

— Нет, не считаю, — сделал я удивлённое лицо. — Вроде бы хорошая цена.

На самом деле я превысил стоимость пистолетов, ну а что, нужно же как-то покупку дома отбивать, да и как было сказано ранее, на строительство тоже уходило много золота. Вообще, я могу с гордостью назвать своё герцогство самым развитым в империи и самым красивым, причём без всякого преувеличения. Вот и решил, что неплохо будет, если император примет участие в его обустройстве. Конечно, будь у нас сейчас война, то не стал бы так поступать.

— Цена очень хорошая, — не стал спорить со мной император, — но только для тебя. Почему пистолеты, которые мало чем отличаются от твоих мушкетов и даже немного проще в изготовлении, стоят в несколько раз дороже?

— Металл на них идёт немного лучше, — стал объяснять я. — Да и красивее они и удобнее.

— Мне красота не нужна, — отмахнулся глава государства. — Моим воинам нужна эффективность оружия, они не на балы с ними ходить будут. В общем, казна пока закупит у тебя партию в десять тысяч штук, но по цене мушкетов. Если тебя подобное не устраивает, то оставь их себе.

— Устраивает, — тут же согласился я. — Плохо наживаться на имперской казне.

На самом деле пистолеты можно изготавливать быстрее, к тому же они дешевле, так что неплохо на этом заработаю. Надеюсь, что кавалерии моё новое оружие понравится и будут у меня их закупать дальше. Уверен, что тот же герцог Зоран полностью поддержит закупку нового оружия для воинов. Всё же они на самом деле смогут существенно снизить потери в войне с вадагами.

Гвардеец оказался прав, около входа в императорский дворец собралась большая толпа. Галдеж стоял как на базаре, все обсуждали необычное магическое создание, да ещё и крайне редкое. Многие до этого момента считали, что их вообще не осталось, даже Рагон раньше так думал, хотя бывал во многих краях.