Герцогиня
Шрифт:
В тот миг, когда длинные, чувствительные пальцы Дамиана легли на полированное дерево двери автомобиля, Максимус все же вспомнил, чем именно был занят племянник хозяина. Писал приключенческие романы, и их даже публиковали в литературном альманахе Перкоттских земель.
– Рад тебя видеть, дружище!
В ореховых глазах Дамиана плясали чертики.
– Куда собрался?
– В бордель, – солгал Максимус.
Он торопился к своему найденному Источнику, и проводить время в обществе повесы Дамиана в планы не входило.
– Ну так… Поехали вместе, напьемся.
– Тебе-то с чего?
Не
– Поехали, на месте расскажу.
– Тогда обойдемся без шлюх, – мрачно согласился Максимус.
Он очень, очень надеялся на здравомыслие девочки, когда та придет в чувство. А также на чисто женское умение матушки Каппы налаживать отношения.
***
Питейное заведение, куда они зашли, было неприлично дорогим. Подавали вина двадцатилетней выдержки и – в качестве экзотики – ром из Мелебра. После первой порции рома Дамиан закурил сигару и откинулся на спинку кресла, выпуская колечки дыма. Максимус терпеть не мог табачного дыма, но ведь не запретишь. В этот час посетителей не было, вышколенный официант принес заказ и упорхнул, неслышный точно мотылек. Зал плавал в полумраке, сквозь задернутые шторы пробивались редкие солнечные лучи.
– Ну, говори, что там у тебя, – Максимус демонстративно взглянул на хронограф.
– Ты выпей сперва, ну, давай же.
– Мне еще по делам ездить сегодня. Не могу.
– Фи, как ты скучен, – Дамиан налил вторую рюмку.
– Зато ты донельзя весел, – невзирая на разницу в занимаемом положении, Максимус особенно не церемонился. В конце концов, сам он тоже был не из самой захудалой семьи, ровно до тех пор, пока родители не погибли при странных обстоятельствах, и его не взял к себе дядюшка сидящего напротив человека.
– Злой ты сегодня. С чего бы??
– Я только что с задания твоего дражайшего родственника. Тебе рассказать, что именно я делал все это время?
– Фу, я и так в курсе, что ты кровавый мясник. В клубе тебя знаешь, как прозвали? Мистер Смерть. Никто ничего доподлинно не знает, но все догадываются… Кем ты состоишь при дяде. Не надоело?
– Надоело. Но что делать?
– Найди себе другой Источник. Я верю, что они еще где-то есть…Далеко отсюда. Да хоть в Мелебре, черт его побери. Думаю, тебе не откажут.
– Даже если я его и найду, вряд ли переживу еще подобную операцию, – хмыкнул Максимус, передергивая плечами.
– Прости… Не хотел.
– Ничего, я привык думать о том, что жизни мне отпущено ровно столько, сколько будет существовать лорд Вилмер. Если раньше не протяну ноги где-нибудь… Так о чем ты хотел рассказать?
Дамиан отложил сигару в хрустальную пепельницу, оперся на локти, придвигаясь ближе.
– Вчера… или нет, даже позавчера мне пришло анонимное письмо, в котором говорилось, что лорд Вилмер совершил слишком много преступлений, чтобы оставаться в живых. И что очень скоро дядюшка отправится прямиком в Пекло. Я это тебе говорю, как другу. Мне хочется, чтобы ты подольше топтал эту землю. На дядюшку плевать.
– Интересно, – пробормотал Максимус, – письмо мне покажешь?
– Я
– Мерзавца? А ты думаешь, твой дядя – весь шелковый? Не приходило в голову, почему Перкотт стал центром абраксовой цивилизации? Почему соседние герцогства очень быстро стали нищими сырьевыми придатками?
– У них Источники закончились, – пробормотал Дамиан, – ты что, думаешь, что их дядька?..
– Я ничего не думаю, – внезапно накатило такое чувство безнадежности, что хоть волком вой, – письмо давай. Я тороплюсь.
– Забирай.
Дамиан нырнул во внутренний карман сюртука и выложил на скатерть тонкий конверт из дешевой бумаги. Поинтересовался тихо:
– Что ты будешь делать?
– Еще не знаю, – Максимус провел подушечками пальцев по краю конверта, потом резко поднялся, – мне пора, Дамиан. Я бы посидел с тобой еще, но у меня дела. Давай в другой раз.
– Я устраиваю через месяц бал. Приходи. Ну, ежели герцог Вилмер доживет… А он, сволочь, доживет. И всех нас еще переживет.
– Подумаю над этим.
***
Переехав мост через Дэнай и оказавшись в нижнем городе, Максимус чуть сбавил скорость. Улицы здесь были не чета тем, что в верхнем городе: узкие, все в ямах да выбоинах. Брусчатка осталась за линией величественного Дэная, здесь – только земля, глубокие колеи и ямы. Можно было сколь угодно поносить и ненавидеть лорда Вилмера, но кое-что хорошего старый паук все же сделал: каждое утро улицы города чистились машинами-уборщиками. Поддевая скребками мусор с дорог, они забрасывали его в мусоросборник. И в этом было спасение для нижнего – да и для верхнего Перхешта, иначе уже давно все было бы погребено под кучами отбросов.
Путь Максимуса лежал далеко, за пределы Перхешта, в одну из захудалых деревень на севере Перкотта. Матушка Каппа была очень, очень слабенькой магессой-целительницей, ее умений хватало исключительно сращивать переломы да лечить мастит у коров. Но в данном случае оставить девчонку-Источник у слабенькой целительницы было куда более правильно, чем у кого-либо другого. Шансов на скорое выздоровление существенно прибавлялось.
Максимус вздохнул с облегчением, выехав на северную дорогу. За ним никто хвостом не следовал, навстречу промчалась пара машин. Дальше он встречал исключительно телеги, запряженные лошадьми: все-таки машина в абраксовом мире была изрядной роскошью.
По обе стороны от дороги потянулись ярко-зеленые поля. Далеко, у самого горизонта, белели в хрустальной синеве вершины Абреста. Пересечь хребет не удалось еще никому, и что там, за белоснежными вершинами, оставалось загадкой. Дирижабли так высоко не поднимались. По морю плыть тоже не удалось – как будто специально кто-то отгородил их цивилизацию от остального мира этой Сферы.
Оставшись в одиночестве, Максимус размышлял.
Его изрядно встревожило письмо, полученное Дамианом. Выходило, что на герцога Вилмера начата охота, и убийца может объявиться когда угодно и где угодно. Раньше Максимус плюнул бы на все это, дождался спокойно, когда старого паука укокошат, и спокойно бы сам отправился вслед, в небытие.