Герои и злодеи
Шрифт:
К счастью, Теон успел пригнуться, и она, пролетев над его головой, разбилась о стену позади него. Одноклассники заинтересованно наблюдали за развернувшимся спектаклем. А Рамси, тем временем, неумолимо приближался к нему, пинками сдвинув две парты, и перекрыв Теону путь к отступлению. Все попадающиеся на своём пути предметы, включая молоток, он швырял в Теона. У последнего пока получалось уворачиваться, не смотря на то, что кидал Рамси с завидной меткостью. Если бы существовал такой вид спорта, как бросание молотков в цель, то он определённо, завоевал бы золото.
Тем временем, Теон оказался зажат в углу, между партами и стеной, где Рамси и настиг его. Таким взбешённым
— Меня. Из-за тебя. Урода. Посылают к грёбаному психологу! Я тебе этого не прощу, сука!!! — завершил последнее предложение жёстким ударом в челюсть. Теон попытался оттолкнуть его, но Рамси держал крепко, и у него ничего не вышло. Рамси прижал его к стене и продолжал наносить методичные удары по лицу и корпусу. Наконец, Теон смог отпихнуть его в сторону, и ударил под дых, и, не дожидаясь, пока противник, сможет отдышаться, пнул его в колено.
— Ты… покойник, — выдохнул, тот согнувшись, но на удивление быстро оправившись, вновь кинулся на него. Именно в этот момент чьи-то сильные руки схватили обоих бойцов за шиворот, и расцепили их. Это был ни кто иной, как учитель труда, Сандор Клиган.
— Так! Что здесь происходит?! — гаркнул трудовик.
— Это он на меня накинулся, — жалобно залепетал Теон, прижимая руки к разбитому лицу.
— Он сам напросился! — пытаясь отдышаться, возразил Рамси.
Вытащив их обоих в коридор, подальше, от любопытной толпы, преподаватель сказал:
— Значит так, я не собираюсь выяснять, кто первый начал. Виноваты оба! И оба понесёте наказание за драку и нарушение техники безопасности. А теперь отправляйтесь в медпункт. После вернётесь в класс. И не вздумайте снова подраться! — хорошенько тряхнув за шиворот обоих, приказал учитель, и вернулся в класс.
Они, шагая по разные стороны коридора, отправились к медсестре. Рамси отделался ссадиной на скуле и разбитым коленом. Теону повезло меньше, Рамси как следует, разукрасил его лицо. Выйдя из медпункта, Теон направился обратно в кабинет труда на первом этаже. Проходя мимо зеркала в вестибюле, он остановился и с грустью рассматривал свою побитую физиономию. Он отметил, что у него не успели сойти ещё старые синяки и ссадины, как теперь добавилось новых, и его лицо украшали все цвета радуги. Он уже становится похож на героя фильма «Бойцовский клуб». Рамси, видимо думал о том же, потому, что внезапно возник за его спиной, и обхватил за шею в удушающем захвате. Ухмыльнувшись, сказал:
— Первое правило «Бойцовского клуба»: никому не говори о «Бойцовском клубе». Второе правило «Бойцовского клуба»: никому никогда не говори о «Бойцовском клубе». А ты нарушил их оба, Джек. Тебе должно быть стыдно.
Если бы Рамси не держал его так, будто бы, хочет сломать ему шею, то Теона даже повеселила бы вся нелепость ситуации. К тому же, на его памяти, этот психопат, впервые произнёс столь длинную фразу. Обычно он был немногословен. Теон попытался вырваться из его хватки, но Рамси лишь сильнее сжал руки, так, что ему и вправду, стало трудно дышать. Ситуация из нелепой превращалась в пугающую.
— Слушай внимательно, приятель. Ты больше никому жаловаться не будешь. А иначе, я тебе все пальцы на руках переломаю один за другим. А потом уж придумаю, что с тобой ещё сделать. Поверь мне на слово, я умею веселиться. Тебе всё ясно? — зловещим тоном предупредил его Рамси.
— Ясно, — сдавлено ответил Теон. — Отпусти, ты меня задушишь, — снова дёрнулся он.
Рамси разжал руки, и Теон смог, наконец,
— Знаешь, у меня никогда не было друзей, — Рамси состроил грустную мину.
— Что? — потирая шею, спросил Теон, он отказывался что-либо понимать.
— Будешь моим другом? — как ни в чём не бывало, предложил Болтон.
— Ты сумасшедший, — отойдя от него, подальше констатировал Теон.
— Если будешь послушным и хорошим другом, то я тебя не накажу, — улыбнулся Рамси и раскинул руки, словно хотел обнять его.
И тут у Теона сдали нервы, и он помчался по коридору, что есть мочи. Он услышал, как Рамси расхохотался за его спиной. Пробежав половину этажа, Теон остановился, чтобы отдышаться. А затем направился в уборную, чтобы успокоить свои нервы никотином. Когда он попытался прикурить, то руки у него изрядно тряслись. Признаться честно, он был в панике. Ему казалось, что либо он уже сам свихнулся, что немудрено с таким-то соседом, либо ему снится затянувшийся кошмарный сон. Иначе он не знал, как это объяснить. Пора было как-то закончить всю эту историю. Он попробовал попросить помощи у завуча по воспитательной работе, но всё стало только хуже. Леди Мелисандра сначала отмахнулась от него, а потом её вмешательство и вовсе привело к катастрофе. Он не представлял, как ему самому справиться с этим маньяком, но и обращаться к кому-то за помощью боялся. Он не знал, насколько двинутым окажется Рамси, и способен ли он претворить свои угрозы в жизнь, но и рисковать, надеясь на его благоразумие, он тоже не собирался. К тому же, так некстати вспомнилось, что у этого садиста есть нож. И тут Теону чертовский сильно захотелось домой. Он даже думал позвонить отцу и умолять забрать его отсюда, но в это время прозвенел звонок, и он поспешил вернуться в кабинет труда, чтобы, ни навлекать на свою голову лишних проблем. Звонок отцу он решил отложить до вечера.
Мистер Клиган объявил им наказание в виде мытья пола и уборки в кабинете труда, где они устроили бардак (точнее Рамси устроил, кидая в Теона всё подряд).
— Вы наказаны на все выходные без права выхода с территории школы. А для того, чтобы вы провели это время с пользой, отправитесь разбирать старый архив в подвале. Потрудитесь на благо школы, чтобы в другой раз думали, прежде чем драку затевать, — огласил наказание учитель и выдал из подсобки вёдра и швабры. — Рекомендую вам заключить мир, чтобы впредь таких инцидентов больше не повторялось, иначе приму более строгие меры, — закончил мистер Клиган.
Теон совсем упал духом: все выходные он будет заперт в подвале с каким-то садистом-психопатом с нестабильным настроением. Он даже не знал, какого Рамси он больше боялся: злого или весёлого. Его шутки и игры были, определённо, не для слабонервных. Теон надеялся на то, что отец смилостивится над ним, и заберёт домой, иначе он просто боялся, что не переживёт эти выходные. Мало ли, что может прийти Рамси в голову, а Теону совсем не хотелось умереть от разрыва сердца. И вот, с тяжёлым сердцем и тяжёлым ведром он потащился убирать класс.
Всё время, пока Теон собирал инструменты и отдраивал пол, Рамси сидел на стуле, нацепив наушники, и болтал ногами. Теон хотел бы возмутиться, но не стал дразнить зверя. Он решил, что как-нибудь переживёт, если один всё приберёт, лишь бы этот придурок его не трогал. На его адекватную реакцию он не рассчитывал. Когда Теон закончил с мытьём пола и устало потянулся, то Рамси встал со стула, и, сняв наушники, хлопнул его по плечу.
— Закончил? Молодец! — похвалил он и пнул ведро с грязной водой. — Не скучай, — бросил на прощание Рамси, и покинул класс труда.