Герой ее грез
Шрифт:
О, конечно, он был достаточно симпатичен и приятен в общении, а в последний раз не оставил сомнений, что обожает ее. Но он явно не был Роджерсом! Так же, как и не был человеком, сидевшим рядом с ней в такси, что везло их в ресторан на встречу с Мэгги.
— Волосы? Подстригла не так давно, — рассеянно ответила она.
— Со времени нашей последней встречи прошла лишь неделя, — насмешливо возразил Джордан.
— В самом деле? — остановила она на нем холодный взгляд голубых глаз. — А вот я дни не считала.
— Вас удивило, что я этим занимался? — вопросительно
— Снова приступаете к играм и словесному флирту, Эван? — поддела она его.
Он повернулся на сиденье, чтобы присмотреться к Дороти, и легко коснулся ее коленом.
— Похоже, с прошлой недели вы изменили не только прическу, — задумчиво пробормотал он.
Неделю назад Дороти вела себя предельно глупо с Джорданом и осознала это, как только увидела фотографию его жены. Он был прав: всего лишь за неделю она изменилась, повзрослела, перестала искать в нем Роджерса. Просто потому, что его не существовало. Даже в этом человеке, который так походил на бравого капитана.
— Новая прическа прелестна и к лицу вам, Дороти. — Эван легко коснулся ярко-рыжего завитка волос, что падал ей на щеку.
Она и сама знала это, поскольку не далее чем вчера, глядя на себя в зеркала парикмахерской, испытала глубокое удовлетворение своей новой внешностью. Судя по усиленному вниманию к ней Натаниела, тот тоже в полной мере оценил ее преображения.
Теперь и этот мужчина не скрывает своего восхищения.
— Благодарю вас, — сдержанно приняла она комплимент. — Так почему, вы говорите, Мэгги приехала в Бостон? — Дороти резко сменила тему разговора, и по тому, как решительно Джордан сжал губы, ей стало ясно, что он не испытывает удовольствия от заданного ему вопроса.
Но она всего лишь хотела увести беседу из опасной зоны, касающейся ее лично. Есть ли вообще такая тема, на которую они могут свободно рассуждать, не доставляя неприятностей друг другу? Можно поболтать о погоде, хотя, возможно, и тут они не найдут общего языка; она любила снег и прохладу, ибо жарким летом у нее высыпали веснушки и обгорала нежная белая кожа, а судя по загоревшему лицу Джордана, он обожал солнце.
— Я ничего не говорил о целях визита в Бостон, — отрезал он, сохраняя на лице замкнутое выражение.
Общению пришел конец, грустно подумала Дороти. Что ж, это в какой-то мере устраивало ее, потому что была еще одна тема, которую не хотелось затрагивать, — о смене редактора. В эти игры можно играть только вдвоем!
Она с подчеркнутым вниманием уставилась в окно.
— Очень хорошая погода для этого времени года, — не выдержав, завела она через минуту разговор. Услышав, как Джордан хмыкнул, она резко повернулась к нему. — Я сказала что-то смешное?
Он продолжал улыбаться. Раньше она не видела, что его лицо может обрести такое мягкое выражение. Эван с теплотой посмотрел на нее, собрав в уголках глаз смешливые морщинки и блеснув в улыбке белыми зубами.
— Мир, Дороти? — дружеским жестом протянул он ей руку.
Она уставилась на нее, не в силах выкинуть из памяти, как несколько минут назад он погладил ее по щеке, продолжавшей хранить тепло мужской
— Я не кусаюсь, — подбодрил он ее, поскольку она не сделала ответного движения.
Не отрывая взгляда от его руки, она представила себе, как он целует ей кончики пальцев, мочки ушей, впадинку у основания шеи. Дороти закрыла глаза, стараясь избавиться от чувственных видений. Но они стали еще ярче; по спине прошла тревожная дрожь, когда она чуть ли не физически ощутила его губы, приникшие к ее грудям…
Стоп! Она должна положить конец опасному полету фантазии, которая овладевает ею, стоит только оказаться в обществе этого человека.
— Так вы согласны, что стоит отличная погода для этого времени года? — решительно повторила она свой вопрос.
Он пожал плечами.
— Можно сказать, что для поздней весны она в самом деле… прекрасная, если вы так считаете.
Настала очередь Дороти насмешливо хмыкнуть.
— Наверное, мы должны отметить это событие в своих дневниках: Наконец-то персонажи хоть о чем-то договорились», — без особого оживления закончила она.
— Не сомневаюсь, что стоит лишь попытаться, и мы во многом придем к общему знаменателю, — хрипловато ответил Джордан.
Видно, он по-прежнему играл с ней, помня, как на прошлой неделе она таяла в его объятиях. Но Дороти не хотела быть случайной игрушкой в чьих-то руках. Пусть даже в руках человека, который казался героем ее грез, Роджерсом наших дней!
— Как выяснилось, у нас разные точки зрения по поводу вашего нового редактора, — поторопилась она напомнить.
— Отнюдь не разные, — небрежно возразил он. — Готов признать, что ваш брат исключительно одаренная личность. Но просто я не вижу необходимости в другом редакторе.
— На прошлой неделе у меня сложилось иное представление, — язвительно бросила она. — Во всяком случае, я не усомнилась, что вы предпочли бы видеть мужчину в Д. Уинтерсе!
Джордан пожал плечами.
— Это было на прошлой неделе. — Дороти не сомневалась, что за несколько дней не произошло ничего особенного, что могло бы изменить его позицию. Скорее, наоборот!
Разозлившись, она набрала в грудь побольше воздуха.
— Истина, Эван, заключается в том, что мне тоже больше не доставляет удовольствия развитие сюжетной линии Роджерса.
Он скривил губы в иронической усмешке.
— К ней не применимо понятие «развитие», Дороти, можно говорить о ее завершении. — И Дороти увидела холодок в синеве его глаз. — Вы пытаетесь объяснять авторам, как им писать книги?
— Порой я… Мне случалось подсказывать им правильное направление. — Она это делала, лишь когда автор сам обращался с подобной просьбой, если запутывался в развитии сюжета или не знал, как завершить его. Но к романам о Роджерсе относилась с таким личным пристрастием, что просто сомневалась, останется ли она. беспристрастным редактором, коль скоро речь зайдет об устранении главного героя; для нее это было то же самое, что призывать смерть на голову лучшего друга.