Герой

Плотников Сергей Александрович

Кривые Рожки, которые я в прошлый раз посчитал беднейшей деревней, на поверку не так уж плохо жили. Мощные заборы вокруг по-приграничному устроенных изб, множество чёрно-белых коров на пастбищах у мелководного плёса, одежда вполне себе добротная. Видать, сборщики податей местного барона сюда нечасто заглядывают. Если вообще заглядывают, предпочитая не соваться к границам Лида: огреют деревенские дубьём по голове, и придёшь в себя уже на рабском рынке. Доказывай потом, что стражник его благородия…

Поворот на Белую Лепку я проскочил. Будь у моей поездки какая-нибудь

другая причина - обязательно завернул бы к гостеприимным и весёлым гончарам. В прошлый раз они приняли меня за рядового Рубежника, а я не стал разубеждать. Мало того, что отлично провёл время, пережидая метель, так ещё и массу полезного и интересного узнал. Особенно полезной, как выяснилось сильно позже, была сказка про ведьму и её зелья. Я ещё, помнится, про себя посмеялся, насколько сильно крестьяне перевирают возможности магов. Кто ж знал, что я действительно встречу ведьму… ещё и женюсь на ней! Воспоминания, воспоминания… Кажется, лет десять прошло уже, хотя на самом деле меньше четырёх.

Поскольку из Нессарии я выехал в четыре утра, то сумел добраться до Вильи к пяти вечера. Даже не застрял на сломанном мосту, который, разумеется, местные власти так и не починили. Повезло - как раз вклинился между двумя по очереди переправляющимися группами. Следующая задержка могла случиться на границе между Балотом и Заром… если бы я стал ждать очереди как все. Вместо этого я сдвинул основательно пропылившуюся накидку на плечо и просто поехал вперёд: сначала мимо растянувшихся километровой змеёй вереницы крестьянских телег и повозок торгашей, а потом не постеснялся растолкать столпившихся кучей у пограничного заслона благородных.

Аристо, демонстрируя “выдающийся интеллект”, решили прямо перед капитаном королевской стражи выяснить, кто тут самый знатный и достоин пересечь брод первым, нимало не смущаясь тем, что задерживают не только чернь, но и сами себя. Уже почти дошло до перчаток в лицо, но тут я им обломал всю малину. Глядя на мою хмурую рожу, а больше - на капитанский знак Войска на рукаве, синеплащники все как один почтительно поклонились и расступились. Даже говорить ничего не пришлось. Всё! Дальше опять в галоп - и уже не останавливаясь до самого мрачного каменного дома, перестроенного из замка. Поместья Бертран.

Первые изменения, случившиеся после моей первой поездки в герцогство Берг (и в результате неё же), прошли мимо меня: выбраться из леса к моменту, когда окончательно стемнело, я успел - но и только. Яркие осенние звёзды давали достаточно света, чтобы химера уверенно видела дорогу, но мои глаза уже в паре метров не могли отличить черноту перепаханного на зиму поля от стены деревьев. Зато я сразу же понял, когда под копыта кобылы начала стелиться земля манора Бертран: в деревнях светились окна. Да, слабо, всего чуть сильнее всё тех же звёзд в вышине - но и это являлось немыслимой по крестьянским меркам роскошью! Жечь масло (потому что лучины и десятой доли яркости не давали) просто чтобы в доме можно было что-то делать!

Господский дом по сравнению с жилищами сервов ожидаемо блистал светом! Издали мне даже показалось, что в паре

мест задействованы алхимлампы - но нет, до столь вызывающей демонстрации богатства Милана всё же не рискнула дойти, ограничившись пусть и мощными, но всё же стандартными горелками на обычном топливе. И это правильно: герцог Эдмонт по местным меркам очень прогрессивный владетельный лорд, но даже он не поймёт столь показушного разбазаривания добра. У него-то самого крепость ночью снаружи погружается во тьму не хуже крестьянских мазанок - даром что внутри более-менее светло…

Вблизи оказалось, что площадь перед домом превращена в идеальный, мягкий даже на вид, газон, и именно её освещают две масляные лампы-переростка на чугунных столбах. И ещё изящную скамейку прямо между ними. Кто-то явно насмотрелся на республиканские порядки и пейзажи и решил замутить у себя копию “по кошельку”. Я раздумал стучаться в дверь главного входа, как было по статусу положено гостю моего уровня: связь Печатей связала меня со Вспышкой в стойле. И вообще, я ведь тоже Бертран, пусть и “побочный” в результате собственных же манипуляций - а значит, в каком-то смысле, дома. Потому сам, не чинясь, отвёл кобылу в конюшню, почесал морду моей белой химеры, засыпал овса (ну конечно, и тут всё по высшему классу) и только после этого перешёл в жилую часть усадьбы.

– Ой!

– Хозяйка где?
– поинетесовался я у налетевшей на меня ж-жутко деловитой смутно знакомой служанки с корзиной белья в руках. Правда, дела оказались моментально забыты.

– Т-та…там, - девушка, не оборачиваясь, мотнула головой себе за спину. И ладно бы на меня пялилась - прилипла глазами к шеврону Рубежников.

– Пыль вытряхни, - я со вздохом сгрузил ей поверх корзины плащ и оставил стоять столбом, направившись к гостиной. Ну и ну… Ладно, хоть узнал, что хотел.

Господский дом манора Бертран явно пережил в моё отсутствие капитальный ремонт. Добавилось светлых тонов, кое-где появилась скромная лепнина, шторы все были подобраны в тон, не то что при сэре Матиасе. Не забыла леди управляющая и про ковровые дорожки, отчего обитатели гостинной не услышали мои шаги.

– Две петли накидываешь, а третью - подцепляешь и протаскиваешь, - умиротворённо объясняла рыжая.

– Какая галиматья, - тяжелый вздох принадлежал Милане, - Тебе действительно нравится это простолюдинское занятие? Нет, понятно, что из соседей-знакомых никто даже за глаза вякнуть не посмеет, но… Благородной леди положено вышивать или в крайнем случае - шить. Держу в курсе на случай, если ты вдруг забыла, подруга.

– Меня успокаивает. И его - тоже, - в этот момент я вошёл в комнату, потому увидел жест Кары: ласковое касание собственного весьма выразительно выпуклого живота. Всё-таки успел.

– Арн?!
– две пары женских глаз уставились на меня так, словно призрака увидели. Потом красавицы одновременно вскочили, одна потеряв пряжу, а другая - рассыпав бумагу… вот только огненноволосая баронесса, покачнувшись, тяжело осела назад в кресло. Осела бы, если бы я не успел её подхватить и осторожно опустить.