Герой
Шрифт:
— Может, заварить тебе чай? Кофе? — внезапно спросил отец.
Чувствуя усилившуюся боль в животе, я кивнула.
— Чай, пожалуйста. И стакан воды. Нужно выпить «Перкосет».
Каким-то образом он удержался от осуждающего взгляда, поняв, что родительские нравоучения в его исполнении не приветствуются.
Он исчез за закрывшейся дверью кухни. Накатила усталость, наверное, от избытка адреналина. Я пошарила в сумке в поисках телефона. Нахмурилась, взглянув на экран и обнаружив десять пропущенных вызовов от Кейна. Он не видел
Я вздохнула, еще больше устав от мысли, что придется бороться с его упрямством. Человек был бы предельно рад попрощаться со мной, пока я выздоравливала у него дома! Идиот. Я бросила телефон обратно в сумку и плюхнулась на диван.
Грохот и последовавший тяжелый удар заставили меня подскочить.
— Пап? Ты в порядке?
Ничего. Сердце ускорило ритм.
— Пап? — я повторила громче и осторожно встала, чтобы не потревожить рану. — Пап, все хорошо?
Я подошла к кухне и толкнула дверь, замерев при виде отца, растянувшегося на полу. Бросилась к нему, но тут же меня дернуло назад к теплой груди крепкого тела. Сильные руки сомкнулись вокруг меня. Перед глазами сверкнула сталь.
По венам пронеслись ужас и адреналин, заставив без раздумий изо всех сил рвануться назад, впечатывая нападавшего в шкаф за спиной. Раздался мужской возглас боли, и хватка ослабла достаточно, чтобы я смогла вырваться.
Я бросилась в гостиную, но поскользнулась на полу. Буквально влетев в комнату, смогла удержаться за край стола. Рамки с фотографиями свалились на любимую мамину вазу, и я услышала звон разбившегося стекла. Бегом кинулась к выходу, но в нескольких шагах от входной двери взлетела в воздух.
Меня за волосы оттащили назад, из глаз брызнули слезы. Я брыкнулась, пытаясь высвободиться и крича от сильной боли, но слишком поздно, нападавший сомкнул руки на талии.
Каждая капля страха, который ощущала на протяжении последних недель, из чего-то холодного обернулась кипящей яростью. Я возмущенно закричала и, взмахнув рукой, резко двинула локтем назад и вверх. С удовлетворением услышала вопль и снова бросилась к двери.
Этого оказалось недостаточно. Он вцепился в мою кофту и дернул назад. Я кричала и пиналась, работала локтями, но он уворачивался и, наконец, пересилив, повалил меня на пол.
Я потрясенно замерла, когда увидела перед собой лицо в капюшоне. Жестокие темные глаза уставились на меня. Я их не узнала, а лицо скрывала лыжная маска. Я видела лишь эти глаза и бледные губы.
Ничего не выражавшее лицо и пустота во взгляде пугали. Я начала бороться еще яростнее и почувствовала теплую струйку крови из пореза на ладони. Он задел меня во время схватки.
— Тупая сука, — прошипел он и освободил одну руку, чтобы врезать мне кулаком по лицу.
Щеку обожгло огнем, быстро разлившимся по носу и глазам, моментально ослепив. Я сморгнула навернувшиеся слезы, пытаясь абстрагироваться от боли и сосредоточиться на мужчине.
Я снова увидела лезвие, на этот раз
— В прошлый раз промахнулся. Глупо резать в живот. Слишком много шансов.
Я не могла ни брыкаться, ни оттолкнуть его, боясь, что нож вопьется в кожу.
— Кто ты? — Я пыталась отвлечь его, чтобы дать себе время подумать.
«Думай, Лекси, думай, думай, ДУМАЙ!»
— Использовать пистолет не проще? — выдохнула я, удивленная собственными мыслями.
Но больше всего меня беспокоила мысль, что если бы он сразу воспользовался пистолетом, то я бы уже умерла.
«Лекси, прекрати!» — мысленно наорала на себя, чувствуя, что схожу с ума. Мне нужно выкручиваться из этого дерьма, а не размышлять о причинах выбора оружия!
В холодных глазах парня внезапно блеснули чувства.
— Пистолеты для слабаков.
С этими словами он вдавил лезвие.
Грохот за спиной заставил его обернуться к входной двери. Стоило ему это сделать, крепкий кулак с силой врезал ему по лицу, от чего его голову мотнуло назад, и на меня полилась кровь из сломанного носа. Вес исчез с меня, а нож со стуком упал на пол из ослабевшей хватки.
Я изумленно попыталась подняться, рука инстинктивно поднялась к маленькому порезу на горле, но взгляд не отрывался от урагана, только что ворвавшегося в дом. Кейн. Все его тело излучало такую ярость, какой я еще никогда не видела. Он схватил бандита за кофту и оторвал от пола. Так сильно швырнул об стену, что фотографии слетели с гвоздей.
Преступник замахнулся на Кейна и ударил его в челюсть. Я потянулась за ножом и попыталась встать, бросив быстрый взгляд на своего спасителя, игнорируя боль в животе и готовая помочь, если понадобится. Рукоятка ножа чуть ли не плавилась в ладони от жара моих эмоций.
Кейн нанес еще один удар, на этот раз в живот, заставляя парня скрючиться. Как только голова бандита наклонилась, он с размаху впечатал ему коленом в нос. Я услышала треск и мучительный стон.
Я в ужасе наблюдала, как Кейн избивает человека. Он бил его до тех пор, пока тот не мог больше держаться на ногах и упал. Тогда Кейн сорвал маску, открыв окровавленное лицо незнакомца, и ударил его снова. И снова. И снова.
— Кейн, — прошептала я, желая, чтобы он остановился. — Кейн, хватит! — Я поспешила к нему и положила ладонь на плечо, не задумываясь, как он на это отреагирует.
Прикосновение остановило его, заставив поднять на меня взгляд. На глаза навернулись слезы от увиденного на его лице страха, смешанного с яростью. За меня.
— Ты уложил его, — мягко произнесла я.
Кейн снова повернулся к задыхавшемуся человеку, из груди которого раздавались булькающие звуки. Он кашлял, рот приоткрылся, на губах пузырилась кровь.
— Кто ты? — рявкнул он.
Бандит застонал и покачал головой. Я протянула Кейну нож. Он взял его и направил кончик на ублюдка, прижал к горлу и повторил: