Геймер
Шрифт:
Я обошел кипящего Акулу. Он упустил последний шанс поджарить меня.
Я ушел.
Мен вели по коридору, я заметил Лисицу в зоне отдыха и помахал ей. Мне было не с кем прощаться. Кат-Аны не было, Рыжий ниндзя стал элитой неделю назад, одолев Брусера.
Опекун привел меня в зону тренировки.
Открылась 1-я дверь с плейподом, Аналитик стоял рядом.
— Это — особый проект? — спросил я, смутившись тому, что он готов подключить меня.
Аналитик кивнул, пристегивая меня.
— Разве это не в другом месте?
Я
— Не переживай, — сказал Аналитик. — Ты не вернешься.
Я не успел возразить, шлем оказался на голову.
Вспышка света. Парение.
Я оказался на яростной арене.
13
Не сбежать
Двор замка был полон участников. Они бились серьезно, кровь текла на брусчатку. Резня.
Массовое сражение. Как в ВС по телевизору, когда игроки со всего мира бились за корону.
Самурай бросился на меня.
Я остановил катану щитком. Ударил его в грудь. Он поднимался на ноги, и я ударил его ногой в челюсть. Он отчаянно взмахнул мечом, но мой удар по голове покончил с ним, его полоска жизни пропала.
Победа придала мне сил.
Жуткий воин-маори спрыгнул с башни, ревя. На его лице были черные татуировки, в руке было большое зубчатое копье.
Его боевой клич вызывал дрожь.
Стуча по груди, рыча, он приближался ко мне.
Я ударил его в живот, но без толку. Удар его кулака по моему лицу сломал мне нос. Полоска жизни снизилась до 80 %.
Голова звенела от боли, перед глазами все покраснело.
Воин ударил меня в бок. Ребро треснуло. Боль пронзила меня. 65 %.
Споткнувшись о тело самурая, я рухнул на землю. Воин-маори вонзил копье мне в живот. Я закричал. Агония была ужасающей.
Где болевой порог? Игра еще никогда не казалась такой реальной.
Полоска жизни сократилась до 50 %.
Я словно умирал. 45 %.
Я яростно ткнул красную кнопку выхода на поясе. 40 %.
Ничего.
Боль усилилась, воин вытащил копье. 35 %.
Я отполз из последних сил.
Но воин-маори схватил меня за лодыжку и отбросил в стену замка. 25 %.
Боль поднималась к голове как огненный шар.
Я терял сознание, но нажимал на кнопку.
Воин-маори заревел, поднял копье для Убийственного удара.
Но боец в шортах и футболке прыгнул между нами. Ее катана ударила по нему. Копье упало на пол с ладонями. Полоска жизни воина резко уменьшилась, Кат-Ана
Она убрала меч и запела:
— London Bridge is falling down, falling down, falling down…
Перед глазами возникали пиксели, сигнал прерывался.
Кат-Ана ударила меня по лицу.
— Будь со мной.
— Зачем это было? — пробубнил я, кривясь от боли.
— Думай о жизни. И хватит стонать. Пощечина была виртуальной!
Кат-Ана подняла меня на ноги.
— Нужно убраться отсюда, — сказала она, потащив меня к мосту. — И хватит жать кнопку. Выхода нет.
14
Проверка реальности.
— Это какая-то ошибка, — охнул я, Кат-Ана уложила меня на пол в пещере.
Она дала мне аптечку. Рана зажила за секунды, полоска жизни поднялась до 75 %.
— Никакой ошибки, — ответила она. — Мы подключены к главной арене.
Я уставился на нее в потрясении. Мир официальных сражений ВС2! Связанные арены, где бойцы боролись за Корону.
— Но меня звали на особый проект. Не сюда.
— Никто из нас не должен тут быть.
— Тут и остальные?
Кат-Ана кивнула.
Я сел, голова болела.
— Такое ощущение, будто мозг горел.
— Да. Ты там чуть не умер, — отметила она.
— Но это игра!
— Нет. Это реальность, — возразила Кат-Ана.
— Не понимаю.
— Вчера, когда я оставила тебя на тренировке…
— Кейт, тебя не было месяц, — перебил я.
Ее рот раскрылся от потрясения.
— В ВС теряешь счет времени, — объяснила она, опустившись рядом со мной.
Она смотрела вдаль, напевала снова «London Bridge».
— Ты в порядке? — спросил я.
Кат-Ана пришла в себя.
— Прости. Я направилась в зону тренировки. Дверь с ограниченным доступом была открыта. Мальчика уносили на носилках. Его голова была черной и дымилась. Аналитики сказали, что мощность была слишком большой, и это второй за неделю.
Холод пробежал по моему телу.
— ВС2 слишком много требует, — добавила она. — Мозг просто взрывается.
— И если умереть на арене, мы умрем в реальности?
— Видимо, да.
— Но почему ты не сказала?
Она виновато улыбнулась.
— Я пыталась, но они заперли дверь и не выпустили меня. Пристегнули к плейподу, а потом я уже билась за жизнь на арене, а кнопка не работала.
Я ударил стену.
— Так мы для Винса Силы лабораторные крысы!
— Наверное. Но мы не только проверяли игру. Мы — игра.
— Что?
— Видел в рекламе: «У каждого врага свой разум»?
Я медленно кивнул, не желая верить в то, что она скажет.