Гейзер. Дилогия

Дудко Олег Викторович

— Ну, что там у тебя? Я уже почти готова была кончить. Ты уже все что ли? — она почувствовала мужские руки у себя на бедрах и успокоилась. — Давай, а то я заждалась. Ого, какой он у тебя возбужденный даже крупнее кажется. Ооо…

Дальше говорить она уже не могла, его напор и желание сломали ее последний рубеж, и она улетела в мир оргазма, где и осталась на ближайшие часы. Болеслав не дал ей выйти из этих ощущений, он поднес руку к ее затылку и послал импульс постоянно вызывающий пик возбуждения. Через какое-то время ее накрывала волна экстаза, и все повторялось опять, самостоятельно девушка выйти из такого состояния не могла.

Молодое тело ведуна требовала соития

еще и еще, и он продолжал делать это, меняя позы, темп и вид секса. Девушка не могла сопротивляться, а может быть, уже и не хотела. Психика ее с каждой минутой подсаживалась на сладострастный наркотик, который теперь она будет хотеть повторить всегда и везде. Парень ее перестанет удовлетворять, она попробует заменить его сначала на другого, потом на несколько сразу, но такого эффекта добиться не сможет. Она даже наймет один раз пять ребят, чтобы один меняя другого, помогли достичь ей того незабываемого состояния, но не получила и десятой части тех ощущений. Но это будет позже, а сейчас она тихо спала и видела сон, навеянный ей ведуном. Болеслав придвинул к ней ее парня, укрыл их одеялом и удалился.

На следующий день туристы уплыли, и жизнь потекла своим чередом. Может для ведуна, это и осталось бы ярким воспоминанием о первой любви, если бы девушка не вернулась. На следующий год летом, играя в волка, он периодически выбегал к речке с надеждой, что может быть появятся новые туристы. И вдруг однажды он увидел костер, а, подобравшись ближе, он неожиданно для себя обнаружил свою первую любовь, и новая волна вожделения накрыла его.

Она правильно все высчитала, не списав свои ощущения на сон, а запомнившегося парня, почти мальчика, на сновидение. Девушка поняла, что ее поимели, причем во всех возможных вариантах, но при этом она хотела повтора. Она чувствовала себя как наркоман при ломке — чем дальше, тем хуже и перетерпеть это не получалось.

Она выбрала тот же маршрут, наняла ребят для помощи и вернулась на старое место стоянки. Ребята ей соорудили прочный домик и добывали пищу, девчата готовили и помогали коротать время, пока хозяйка была в ожидании, но жили они чуть дальше по течению. На пятый день появился он, неведомый мальчик, который за год превратился в прекрасного юношу. Началась любовь, постоянные занятия сексом с перерывом на еду и сон. Она готова была заниматься этим день за днем, так и получилось первую неделю. Потом Болеслав насытился и стал отлучаться в острог, все-таки там его работу никто не мог сделать. Приходы его были все реже, и оставался он на все меньшее время. Связь его с установившимся укладом жизни был намного прочнее, чем даже первая любовь.

Тогда она решила его заинтересовать цивилизацией и стала рассказывать про города, страны, людей, кино и о прочем. Ведун явно заинтересовался и стал приходить чаще, только сначала требовал рассказов, а потом занимался сексом. Но рассказы не смогли раскрыть цивилизованный мир, да и рассказчица она была плохая. И когда пришло похолодание ей пришлось уплыть лишь с надеждой на следующий год и его обещанием, что он придет.

Зато через год она подготовилась еще лучше. Ей не только поставили домик, но включили генератор, поставили спутниковую антенну и подключили телевизор и разную бытовую технику. Деньги она брала у папы, который занимал высокий пост в «Газпроме», и могла не задумываться о выборе лучших вещей.

С этого момента ведун, помогающий людям, стал перерождаться в обычного обывателя с необычными способностями. Естественно его поразило многообразие мира, он жадно впитывал информацию, которой был обделен с детства. Зато это незнание помогло ему стать профессиональным ведуном

и совершенствоваться в этом направлении, до этого момента.

В этот раз она опять не смогла уговорить его отправиться с ней, но рой сомнений уже летал в его мозгу. Зимой умер старец и теперь никто не мог ему что-то посоветовать или сказать, все слушали только его, а ему то было всего семнадцать лет.

А летом ему исполнилось все восемнадцать, но выглядел он на двадцать с лишним лет и был очень привлекательным как телосложением, так и лицом. И она сделала все, чтобы увезти его хотя бы на время и увезла. Он говорил себе, что только посмотрит и обратно, но город оказался Москвой, и он так сразил парня, что острог на долгое время выпал у него из памяти. Это потом он будет вспоминать, и тосковать по той жизни, которую хотел бы вернуть и не мог. А сейчас он купался в эмоциях ребенка, неожиданно ставшим взрослым и получившим, без ограничений, доступ ко всем игрушкам, сладостям и запретам.

Он не вернулся, но и в Москве себя не нашел. А что он умел делать? Ничего, что требовалось бы в обычной жизни людям. Да он умел колдовать, завораживать, наводить морок, целить и многое другое из этой области, но все это было востребовано уж очень небольшой частью населения или криминальными структурами. Самое востребованное могло оказаться целительство, и Болеслав пришел в один из оккультных центров.

— Что умеешь? — спросил его старший маг.

— Целить.

— Это понятно, но на целительстве много не заработаешь. Главный доход мы имеем, реализовывая каждый свою фишку. Я, например, могу снять родовое проклятие аж до седьмого поколения или помочь в бизнесе.

— Но ты не умеешь это делать, я это вижу! — удивился ведун.

— Ну и что? — не стушевался маг. — Зато платят за это много, да и проверить невозможно. Иди, докажи было или нет проклятье, а по бизнесу даю долгосрочные прогнозы и то аккуратно.

— Это же обман? — не поверил Болеслав.

— А ты что хотел? Честно работать? Так иди вон на стройку или в продавцы, только там будешь материалы тащить и покупателям лапшу вешать.

— Чего вешать?

— Ты откуда из деревни, что ли пришел?

— Нет, из острога в тайге.

— Мой тебе совет — езжай обратно или иди в криминал, тогда поживешь хорошо, только недолго.

— Почему?

— Убьют чудак. Ладно, если надумаешь, приходи, я тебя научу работать, и вместе будем рубить капусту. Чего так смотришь? А! Ну, денег зарабатывать вместе будем. Твоя непосредственность мне понравилась.

Конечно, он мог вообще не работать, его пассия денег из папы доила немерено и была привязана к нему прочней, чем к своей жизни. Он мог управлять ею как хотел и не только ею. Ведун довольно быстро вычислил, что его импульс, посылаемый любой женщине, сводит их с ума нахлынувшим вожделением. Где бы он не был, он мог выбрать любую женщину и, как бы случайно, дотронуться ей до затылка и все, дальше это была уже сексуальная рабыня. Вначале он так развлекался в кино, театре, транспорте, после чего имел этих девушек там же: в гардеробе, туалете, подсобке, на природе. Его еще очень забавляло зайти в ресторан, выбрать понравившуюся девушку и подсесть к ней за стол. Если она была не одна, то ведун внушал ее попутчикам необходимость срочно уехать по делам и те быстро удалялись. А Болеслав начинал диалог с девушкой, сразу заявляя, что неплохо было бы заняться сексом. И чем больше она высказывала в его сторону оскорблений, тем хуже ей приходилось потом. Самым безобидным было — это когда он после воздействия предлагал залезть ей под стол, что она и делала с удовольствием и где получала ярчайшие оргазмы за свою жизнь.