Гианэя
Шрифт:
Могучие магниты связали пришельца и корабли эскадрильи в одно целое.
Корабль был схвачен и не мог уже вырваться.
Сразу стало ясно, что двигатели пришельца противодействуют притяжению Земли.
Первая часть задуманной операции была выполнена, но встал вопрос, как поступать дальше?
Сила восьми звездолетов, вне всякого сомнения, могла справиться с силой двигателей гостя. Но что произойдет на Земле, после приземления?
Остановятся ли двигатели корабля гостей или будут продолжать так же бессмысленно работать?
Ведь
Нельзя же было приковать корабль к ракетодрому цепями. Да и какие цепи могли удержать космический корабль таких исполинских размеров?
Командир эскадрильи сообщил о своих сомнениях в штаб операции.
Там не долго думали.
Автоматы гостей — а было ясно, что в данный момент кораблем управляют не люди, а именно автоматы — казались «разумными». Правда, соответствовавшие им земные аппараты были «умнее» и не допустили бы бесцельной траты энергии, но все же они действовали с какой-то логикой, если в них была заложена программа ожидать команды при подходе к планете.
Значит, «почувствовав» землю, они должны были остановить двигатели.
В этом смысле Сабо и ответил командиру эскадрильи.
Восемь кораблей перестроились. Зачем было противодействовать двигателям «гостя», если можно было их использовать.
Заодно людям Земли хотелось проверить, насколько «разумны» автоматы пришельцев.
Прилетевший корабль можно было вести к Земле кормой вперед. Тогда его двигатели, если они будут работать по-прежнему, не помешают, а, наоборот, помогут. Ну, а если они начнут работать в противоположном направлении, тогда придется применить силу, хотя и жаль было тратить столько энергии. Оказалось, что «разум» на корабле гостей более совершенен, чем предполагали.
Едва началась буксировка, двигатели гостя перестали работать совсем. Центральный агрегат, видимо, почувствовал и «понял», что корабль управляется извне.
А может быть, и ничего не понял, но такая посадка была обычной.
Учитывая чудовищные размеры корабля, это было вполне возможно.
Как бы там ни было, это не имело уже большого значения; «гость» не противился, и через полтора часа на освобожденном от всех ракет пиренейском ракетодроме опустились восемь кораблей эскадрильи.
Между ними находилось что-то похожее на призрак.
Исполинское тело закрывало все, что находилось за ним, но было абсолютно невидимо, казалось непрозрачной пустотой.
Люди Земли впервые наблюдали подобное зрелище.
Пришельца встречали только работники космической службы. Элементарная осторожность заставила объявить ракетодром закрытым для посторонних.
Исключение было сделано только для двух человек — Муратова и Гианэи.
Вспомогательные корабли отделились и отлетели к краю ракетодрома.
Гость остался один.
Его надо было сделать видимым!. «Призрак» во многих отношениях был очень неудобен.
Никто
Но ведь на экранах эскадрильи движение видели. Почему же оно теперь прекратилось?
Те, кто находился внутри космического пришельца, словно затаились.
Люди Земли не боялись никаких угроз. Здесь, на Земле, корабль гостей не мог причинить большого вреда: он находился в полной власти хозяев планеты.
Но отсутствие движения невольно наводило на мысль о какой-то угрозе.
Экипаж корабля должен понимать, что попал в плен. Как поступит командир?
Если он вздумает подняться и улететь, — это не спасет. Четыре звездолета эскорта не опустились на землю, они ожидали высоко в небе, над ракетодромом, пристально наблюдая за гостем. При попытке к бегству корабль будет тут же уничтожен.
Люди тщетно старались догадаться, что происходит сейчас внутри корабля.
Как и раньше, никто, в том числе и Гианэя, не мог даже заподозрить истинное положение вещей.
9
Мериго и его три товарища не заметили и не почувствовали замедления полета. Они не знали, что происходит с их кораблем, не подозревали, что долгий мучительный путь закончен, что они благополучно достигли цели.
Безумная попытка, на которую никогда не смог бы решиться технически и научно грамотный человек, увенчалась успехом благодаря целому ряду случайностей… Но и этого они не знали.
Случайностью было, что четверо остались вообще живы. Наивные, они были уверены, что путь до другой планеты короток. И если бы звездолеты «ненавистных» не служили им складом продовольствия, если бы на этом корабле, готовившемся лететь вслед за первым, произвели выгрузку, четверо умерли бы от голода.
Если бы с корабля, когда было решено отменить его полет, убрали воду, приготовленную для бассейнов, четверо умерли бы от жажды.
Если бы вспыхнули тревожные сигналы малейшей неисправности в агрегате управления, четверо не смогли бы ничего исправить, не поняли бы даже значения этих сигналов и навсегда остались бы в космосе.
И много других «если бы» подстерегало их в пути.
Четверо совершили космический полет, который безусловно был единственным и неповторимым в истории любой планеты.
Они могли бы гордиться, но для этого надо было понять значение их подвига. А они ничего не понимали и даже не думали о том, что совершили подвиг — мужества, самоотверженности и человеколюбия.
Они не знали, что путь окончен. И, ощутив небольшой толчок при посадке, не поняли значения этого толчка.
Сила тяжести на корабле за все время полета оставалась обычной. Никакого изменения веса они не почувствовали и сейчас.
Ничто не могло указать им, что корабль больше не летит, а неподвижно стоит на планете.