Гибрид
Шрифт:
— И сколько здесь таких залов? — спросил я выходя на бетонное покрытие.
— Сто, — ответила Юля, подав рукой сигнал оператору за пультом. — И это только на этом уровне, — добавила она, пока оператор настраивал систему и вводил нужные для тренировки параметры.
— С какого количества начнете? — спросил оператор в микрофон.
— Давай с сотни мишеней, — ответила Юля.
— Принято, —
О каком оружие он говорил, я не понял, но плита под моими ногами дрогнула, заставив меня отойти в сторону. После того как я сошел с плиты она сдвинулась в сторону, а из пола поднялась панель на которой были закреплены четыре боевых ножа. Рядом с каждым черным лезвием имелось по одному браслету из того же материала.
— А какова суть браслетов? — произнес я беря один из них.
— Точно такая же как и у брони фениксов, — ответила она, надев браслеты на запястья.
Едва они оказались на руках Нестеровой, они плотно затянулись на запястьях. Для проверки, Юля встряхнула руками, но широкие браслеты даже не сдвинулись.
— Они возвращают тебе оружие, — добавила она, и два ножа лежащие на панели, мгновенно оказались у нее в руках. — Таким же образом у фениксов возвращается пистолет. Но в отличии от них у браслетов радиус действия гораздо выше.
Взяв браслеты, и надев их я едва подумал о том, каким образом я должен их активировать, чтобы притянуть ножи, как в тоже время почувствовал легкий удар в ладонях. Рукояти ножей удобно расположились у меня в руках.
— Браслеты улавливают мысленные импульсы, и притягивают оружие, — объяснила она. — Этот способ гораздо эффективней чем технология брони фениксов. А теперь приготовься для боя.
В дверях открылись проходы и в зал хлынула сотня манекенов. Их движения были поразительно точными и стремительными. Манекены напали на нас без какого либо предупреждения. Вот они неподвижно стоят, а спустя мгновение несколько из них уже наносят удар мне в голову.
И в этот момент активировался боевой режим. Мне было непривычно оказываться сразу в нескольких местах одновременно. Но благодаря этому, я мог выводить из строя в два раза больше противников чем раньше. Полоснув по шейным сочленениям
Бросив в них ножи, я опять оказался в другом месте и когтями пронзал тело следующему манекену, и такое повторялось раз за разом. Ликвидировав ближайшие цели, я метал лезвия в дальних, а затем чувствовал удар в ладони, когда ножи возвращались, чтобы вонзиться в следующие цели. Зачастую я даже не замечал, каким образом противники возле меня валились на пол выведенные из строя.
И лишь после того, как все цели были поражены и боевой режим отключился, я сообразил, что произошло на самом деле. Те противники, которые падали передо мной, но я не помнил, каким образом я их поразил, это было дело рук Нестеровой, находившейся в моем теле.
— Задание выполнено за четыре с половиной секунды, — сообщил в микрофон оператор.
Мы стояли посредине помещения усыпанного запчастями манекенов, и мне не верилось что мы разобрались с ними за столь короткое время. Мое тело источало жар, но быстро остывало. Я понимал, что подобный способ ведения боя не рассчитан на продолжительное время. Ведь даже за такое короткое время организм распалился до состояния, которое комфортным не назовешь.
— На сегодня достаточно, — произнесла Нестерова, снимая браслеты и возвращая оружие на выдвинувшуюся из пола панель.
Когда мы поднялись на поверхность и вышли на полигон, где я ранее наблюдал за развлечением фениксов и телохранителей, к нам подошла Сирена.
— Каменев нам выделил две недели, — произнесла она. — Через семь дней будут готовы первые пары пульсаров, еще через неделю, остальные. Но их все равно не достаточно. Слишком малое число людей пригодны для вживления нового органа, а дикие воспроизводят новых особей с умопомрачительной скоростью. Битва за планету будет очень и очень долгой.
— Мы бьемся за собственный дом, и один раз мы его отбили, отобьем и еще раз, — произнес я. — И не важно сколько времени это займет. Главное, что теперь враг не скрывается, а значит нам легче его уничтожить.
— Выходит я выбрала правильную сторону, — произнесла Сирена.