Гибрид
Шрифт:
— Барон ожидает сообщения о том, что ты сделал это.
— Где?
— Прямо здесь, в отеле. Он занял целый этаж, предпоследний сверху.
Странно, но это известие вызвало лишь небольшую волну гнева, и этого было недостаточно, чтобы заставить его действовать.
— Феликс, — сказала Бэт, — я думаю, мы должны выбраться отсюда немедленно.
— Согласен. Эй, вы, соберите все оборудование.
Бэт облизнула губы:
— Андреас?
— Да?
— Я должна тебе рассказать еще об одном. Когда мы с Феликсом обнаружили лагерь,
Пугающее спокойствие охватило Лоу.
— Это… неправда, — проговорил он хрипло.
— Лучше покажи ему видеозапись, Феликс.
Мэкэдо вытащил маленький магнитофон и покрутил ручки настройки. Экран посерел. Лоу узнал Голоз, отдельные скалы. На переднем плане, в цвете, он увидел пласторешетку стены лагеря. Камеры медленно уходили влево.
Два охранника из Колониального Корпуса прохаживались по периметру лагеря. Двое других присели на солнце, играя в какую-то азартную игру. Один спал. Они охраняли то, что больше не нуждалось в охране.
— Мы сняли это с выступа прямо над лагерем, — сказала Бэт.
Лоу едва ли слышал. Он пристально смотрел на сложенные рядами за оградой раздувшиеся трупы. Белые перья почернели. Красивые с хохолками головы неподвижны.
Снова зазвучал голос Бэт.
— Офицер, которого я подкупила, рассказал, что Сарк приказал применить Хлоргамму-5. Это вещество нервного действия, а также уничтожающее ткани, что-то типа процесса голодания, сжатого до нескольких часов.
Древнее солнце Голоза вспыхнуло. Тени безразличных охранников удлинились. На тыльной стороне руки Лоу почувствовал мягкую ладонь Бэт.
— Они умерли почти без боли, Андреас.
— Где, ты говоришь, находится Барон?
Мэкэдо тут же все понял.
— Мисс Доборенко, опасно позволять ему…
Лоу побежал к овалу двери.
— Андреас — нет!
Лоу отключил блокирующие лучи и выскочил наружу. Он мчался, как привидение, через мрак коридоров, добрался до посадочной платформы и бросился ко входу, отмеченному стрелкой, направленной вверх. Он вошел в пневмосистему.
277…
289…
301…
Этаж переговоров. Единение. Теперь вне опасности? Может быть — да, а может быть — и нет. Не имеет значения.
«Назовите себя», — гаркнул один из трех вооруженных служащих Контроля Мира на посадочной площадке 349 этажа.
Лоу транслировал.
Тепло щеки Снежной Птицы, переходящее во всеобъемлющую теплоту — приобретает красную окраску — касается его тела — со вкусом прекрасных дней — хорошего вина — промозглого утреннего ветра Голоза — молния и гром…
В висках заболело. Лоу открыл глаза.
Служащий, приказавший ему назвать себя, ползал на четвереньках по полу, поглаживая заклепки на платформе. Поглаживая каждую заклепку, он плакал. Его язык свисал, вывалившись изо рта.
Другой лежал
Лоу, спотыкаясь, пошел к дверям из безупречной слоновой кости, искусно инкрустированной бронзовыми полосками. Двери были в три раза выше его.
Все цвета здесь были пастельными: и желтые, и синие, и нежно зеленые. Лоу, шагнув сквозь поле наслаивающихся друг на друга цветов, ощутил их исцеляющее тепло на обнаженной шее.
Только очень богатый человек мог использовать себе такие теплые целебные тона. Только очень богатый человек мог позволить себе свалить в кучу тела любимых тобою людей, подобно скошенной траве.
Двери на идеально подогнанных шарнирах отошли внутрь и в сторону. С тихим шуршанием они прокатились по ворсу богатого ковра. Лоу всматривался в яркий свет путаницы огней огромных апартаментов.
Он выкрикнул имя Барона.
Его пронзительный крик разнесся над поверхностью утопленного в центре главной комнаты бассейна. В прозрачной зеленой воде плавали серовато-зеленые растения с оранжевыми сердцевинами. Лоу вглядывался в бассейн, словно ожидал увидеть там Барона, прячущегося среди плавающей растительности. Но увидел только свое отражение: безобразное, растрепанное, безумное.
— Барон! — Он схватил табурет и швырнул его в бассейн. — Барон!
Сэр Роберт стоял под аркой, ведущей на наружную террасу. Он прислушивался к шуму толпы: это было видно по напряженному выражению его потного лица. Нервно облизывая губы, он вытащил из кармана пиджака серебряный щуп и нажал на его кончик.
— Если вы хотите вызвать свою охрану, то это бесполезно, — сказал Лоу. — Я убил их.
Барон отказывался верить тому, что услышал.
— Ты уничтожил Вистерлинга. Это так, да? Ты покончил с ним и пришел доложить…
— Насколько мне известно, Вистерлинг в полном здравии. Я не атаковал его. Но думаю, Сарка я убил. Теперь я могу испытать свои способности и на тебе.
Губы Барона беззвучно двигались вверх — вниз, вверх — вниз. Лоу направился к нему.
— Тебе не кажется, что ты сам заслужил возможность опробовать мои способности на себе, Сэр Роберт? В конце концов, это ты убил моих людей.
— Это… это была идея Сарка. Чрезмерное усердие…
— Генерал Сарк только осуществлял то, что задумывал ты.
Лоу прошел по шкуре носорога, лежащей на полированном паркете. Затем в полдюжине шагов от толстяка остановился. Пастельные пузыри света парили в воздухе, меняющимися узорами ложась на щеки и подбородки Барона, покрывая их пятнышками, отчего те становились похожими на гниющее на открытом воздухе мясо.
Лоу чувствовал себя на удивление спокойно. Он вытер ладони о штанины потрепанных серых брюк.