Гипнотизер
Шрифт:
— Мы прошли через слои снега.
— Как это? — спросил Эрик.
— После двенадцатого было пять снегопадов, так что мы искали следы в пяти слоях снега.
— Молодцы, — похвалил Йона.
— Это заняло кое-какое время.
— Но там ничего не было? — спросила Симоне.
Мужчина покачал головой.
— После двенадцатого — не было, я уже говорил.
— Вот черт, — тихо выругался Йона.
— Будете возвращаться? — спросил спасатель.
Йона мотнул головой.
— Мы из Стокгольма
Мужчина пожал плечами.
— Ну, как хотите.
Они помахали спасателям и свернули на восток.
— Радиотень, — прошептала Симоне. — Но ведь Юсси звонил из дома.
Они продолжали ехать в молчании. Симоне думала о том же, что и все: поездка могла оказаться роковой ошибкой, их, может быть, заманили на ложный путь, прямо в кристальный мир снега и льда, в болота и тьму — а Беньямин между тем лежит в каком-нибудь совершенно другом месте, без защиты, без лекарств. Может быть, его уже нет в живых.
Была середина дня, но чем дальше на север, чем глубже в леса Вестерботтена, тем больше день в это время года напоминал ночь. Непроглядную ночь, без обещания рассвета. Ночь такую могущественную и суровую, что ее сумеречная тень раскинулась почти на весь декабрь и январь.
К дому Юсси подъехали в глухой тяжелой темноте. Ледяной воздух был неподвижным и ломким. Последний отрезок пути прошли по насту. Йона вытащил оружие, подумав, что давным-давно не видел настоящего снега. От крепкого мороза пересохло в носу.
Три домика были расположены полукругом. Снег пышными сугробами лежал на крышах, снежные барханы намело у стен до самых окошек. Эрик вылез и огляделся. Отчетливо виднелись параллельные колеи от колес машины спасателей, за ними — множество человеческих следов вокруг строений.
— О боже! — прошептала Симоне и рванулась вперед.
— Подождите, — сказал Йона.
— Здесь никого нет, здесь пусто, мы…
— Нам кажется, что здесь пусто, — перебил Йона. — Это единственное, что мы знаем.
Симоне, дрожа от холода, ждала, пока Йона шел к дому по скрипящему снегу. Он остановился возле одного из низких окошек, нагнулся, разглядел деревянный ларь и несколько половиков. Стулья на обеденном столе, холодильник с открытой дверью, вычищенный и выключенный.
Симоне посмотрела на Эрика — он вдруг повел себя странно. Порылся в снегу, провел рукой по губам, остановился посреди двора и несколько раз огляделся. Она хотела было спросить его, в чем дело, но тут он громко и отчетливо сказал:
— Это не здесь.
— Здесь никого, — устало отозвался Йона.
— Я хотел сказать, — произнес Эрик странным, почти пронзительным голосом, — я хотел сказать, что вороний замок — не здесь.
— Как это?
— Это не тот дом. Вороний замок Юсси — светло-зеленый,
Йона взмахнул руками:
— Но это его адрес, он здесь записан.
— Но место не то.
Эрик еще раз прошелся вдоль дома, потом серьезно посмотрел на Симоне и Йону и упрямо сказал:
— Это не вороний замок.
Йона выругался, достал телефон и чертыхнулся еще раз, вспомнив, что они находятся в зоне радиотени.
— Здесь мы вряд ли найдем, у кого спросить, так что придется ехать, пока не поймаем сигнал снова, — сказал он и сел в машину. Они задом выбрались на въезд и как раз собирались вывернуть на магистраль, когда Симоне увидела между деревьями темную фигуру. Фигура стояла неподвижно, опустив руки, и смотрела на них.
— Там! — закричала Симоне. — Там кто-то был.
На опушке с другой стороны дороги густо росли деревья, там было темно, снег плотно лежал между стволами, деревья казались тяжелыми, обремененными снегом. Симоне выскочила из машины, услышала, как Йона просит подождать. Дальний свет фар отразился в окнах дома. Симоне пыталась рассмотреть что-нибудь между деревьями. Ее догнал Эрик.
— Я видела какого-то человека, — прошептала она.
Йона остановил машину, торопливо достал оружие и подбежал к ним. Симоне быстро пошла к опушке. Она снова увидела мужчину между деревьями, немного дальше.
— Э-эй, подождите! — закричала она.
Пробежала несколько шагов и остановилась, встретившись с ним взглядом. Это был старик с морщинистым и совершенно спокойным лицом. Малорослый, едва доходящий ей до груди, он был один одет в толстый, застывший на морозе анорак и джинсы. В руке у старика был бледно-голубой мобильный телефон. Старик закрыл его и сунул в карман.
— Простите, что помешала, — извинилась Симоне.
Старик неразборчиво ответил, опустил глаза и что-то пробурчал. Осторожно подошли Эрик и Йона. Йона успел спрятать пистолет.
— Он говорит как будто по-фински, — сказала Симоне.
— Подождите, — попросил Йона и повернулся к старику.
Эрик услышал, как Йона представился, увидел, как тот показывает на автомобиль и произносил имя Юсси. Финская речь звучала протяжно и негромко. Старик медленно кивнул и вытащил пачку сигарет. Потом, слушая, поднял лицо, словно что-то высматривал. Вытряхнул сигарету, посмотрел на нее, о чем-то спросил мягким, мелодичным воркующим голосом, получил от Йоны ответ и с сожалением покачал головой. С состраданием посмотрел на Эрика и Симоне и протянул им пачку. Эрик хладнокровно вытащил сигарету, поблагодарил, взял у хозяина зажигалку с изображением Бетти Буп.