Гладиатор
Шрифт:
Пес тоскливо воет, но в сердцах мучителей нет ни капли жалости. Они безжалостно выламывают ему лапы, скручивают их веревкой. В пасть запихивают кляп. Грудь сводит удушьем...
Василий Андреевич глухо застонал и проснулся. С превеликим ужасом он понял, что действительно крепко связан по рукам и ногам, а во рту у него – скомканная грязная тряпка. Над кроватью склонилось знакомое лицо. Завадовский пригляделся и обмочился со страха.
– Вижу, ты узнал меня, сволочь, – с ненавистью прошипел Рюмин.
– Му-у-у, – ответил глава «фирмы».
Алексей усмехнулся:
– Сейчас я изложу тебе свои условия, если согласен – подашь знак
Пленению Завадовского предшествовали следующие события. Перед смертью белобрысый охранник подробно рассказал Алексею о планировке дома, о расположении постов охраны. Всего их было три. Один около входной двери, другой рядом с покоями главы «фирмы», а третий – в подземелье, возле камер, где содержались «гладиаторы». С наступлением темноты Рюмин подобрался к дому рабовладельцев, подступы к которому тщательно изучил накануне, затаившись в густых зарослях кустарника неподалеку, выждал несколько часов и в середине ночи, когда обитатели особняка либо заснули, либо очень этого хотели, перешел к активным действиям. Труднее всего пришлось с первым охранником. Тот сидел в холле, за запертой дверью с крохотным смотровым оконцем и, похоже, вылезать наружу не собирался. Рюмин долго ломал голову, как его выманить. Просто позвонить в дверь и попросить открыть под каким-нибудь предлогом? Нельзя, опознают. Поднимут шум. Но, видимо, бог сильно разгневался на рабовладельцев и лишил их разума. Охранник, которому приспичило по-маленькому, вышел на улицу, хотя свободно мог сходить в один из туалетов, расположенных на первом этаже, и повернулся спиной к Рюмину. Дальнейшее было делом техники: Алексей бесшумно подкрался сзади, ударил прикладом по затылку, свернул охраннику шею и затащил труп в дом.
Охранявший апартаменты Завадовского рыжеволосый тип дрых на посту и, даже не успев проснуться, отправился в преисподнюю. Рюмин осторожно вошел в спальню, связал главу «фирмы» заблаговременно припасенными веревками и запихал ему в рот грязную тряпку, подобранную ранее на обочине шоссе. Затем, увидев, что Завадовский проснулся, приступил к выполнению обдуманного до мельчайших деталей плана...
– Ну, как, согласен? – с угрозой повторил Алексей.
– У-бу-бу-бу!
– Неужто нет? Гм, придется применить пытки!
– Му-у-у-у-у!
– Ага, боишься? Будешь меня слушаться? Если да – хлопни глазами!
Глава «фирмы» усиленно заморгал. Рюмин вытащил кляп.
– Мои люди разорвут тебя на части, – прохрипел Завадовский.
– Возможно, – равнодушно пожал плечами Алексей, – но ты этого не увидишь!
Именно равнодушие Рюмина, безразличие к собственной жизни и напугали больше всего Василия Андреевича, между нами говоря, мужичка трусоватого и истеричного.
– Что я должен делать?! – жалобно проскулил он.
– Сперва ответишь на несколько вопросов.
– С-спраш-шивай, то есть с-спрашивайте.
– Сколько в доме твоих прислужников?
– Ш-шесть ох-хранников, т-ри на посту, т-три спят!
– Один на посту, – с сарказмом перебил Рюмин. – Двух других уже черти в аду поджаривают! Ладно, продолжай!
– Об-ба инст-рук-ктора, «черных» и «красных»!
– Разве они живут здесь?
– Н-не в-всегда, н-но сегодня ос-стались...
– Дальше!
– П-палач с помощником и б-банщик Ф-филиппыч, он по совместительству завхоз!
– А где остальные: «доктор», ментяра-«ассистент»
– Он-ни ж-живут в г-городе...
– Ладно, ими займемся после, а сейчас я тебе развяжу руки, и ты обзвонишь тех, которые имеются в наличии. Пусть все соберутся в спортзале. Скажешь – экстренное собрание, и не вздумай глупить, в случае чего – сдохнешь первым!..
Надрывный визг телефона вырвал Валентина Степановича из цепких объятий сна.
– Да, – хмуро сказал он в трубку.
– Срочно приходи в зал, будет собрание, – послышался на другом конце провода взволнованный голос шефа.
– Хорошо, – послушно сказал инструктор и, лишь когда Завадовский отсоединился, злобно выругался. «Чертов псих, – думал Валентин Степанович, натягивая спортивный костюм. – Приспичило среди ночи заседания устраивать! На кой хрен я тут остался? Лучше бы домой поехал! Правда, этот козел и оттуда вытащить способен. Хватит ума. Твою мать!»
Надо сказать, что сам факт проведения собрания в половине четвертого утра инструктора не удивил. От взбалмошного шефа можно было всякого ожидать. Когда он пришел в зал, там уже собрались остальные вольнонаемные сотрудники «фирмы». На лицах всех читалось плохо скрытое раздражение. Палач тихо матерился, протирая заспанные глаза.
– По какому поводу сборище? – спросил Валентин Степанович Чингиза Бахтиярова.
– Понятия не имею! – пожал плечами инструктор «красных».
– Может, что-нибудь случилось?
– Скоро узнаем.
Томительно тянулись минуты ожидания. Наконец появился господин Завадовский. За ним следовал по пятам высокий мужчина с автоматом «АКС-74-У» на изготовку.
– Все пришли? – осведомился он.
– Да-а, – проблеял шеф.
– Тогда подвинься! Привет, козлы, узнаете?
Присутствующие дружно ахнули. Затем загрохотали автоматные очереди.
«Вот тебе и бомжара!» – успел подумать перед смертью Валентин Степанович. Потом когтистые лапы демонов грубо схватили его тушу и поволокли в ад...
– Не трясись, поживешь еще! Ты мне пока нужен. Будешь отвечать на телефонные звонки, – бросил Алексей зеленому от ужаса Завадовскому и одиночным выстрелом добил пытавшегося приподняться Бахтиярова...
Глава 11
Какой мерой мерите, такой же отмерится и вам.
Сержант Семен Лазарчук вместе с «доктором», действительно являвшимся врачом одной из московских клиник, ехал к вилле Завадовского в состоянии крайнего возбуждения. Сегодня ему наконец-таки удастся удовлетворить свои давнишние тайные мечты, причем в полной безопасности и за солидное вознаграждение. Мог ли надеяться на такое незадачливый коллега Лазарчука, попавшийся как кур в ощип? Семен ухмыльнулся. Будущее представлялось ему в радужных тонах, ведь Завадовский обещал, что сегодняшний «аттракцион» не последний. В случае успеха «фирма» включит «аттракцион» «Маньяк» в постоянную программу, а в успехе Лазарчук не сомневался. Ох, как растерзает он эту сучку, как покуражится! Семен с детства отличался садистскими наклонностями – мальчишкой мучил кошек, в армии безжалостно издевался над молодыми, устроившись на службу в милицию, самозабвенно лупцевал арестованных, а попав в «фирму», испытывал величайшее наслаждение, отрубая головы поверженным «гладиаторам».