Гладиатор

Парамонов Сергей Вячеславович

– Да, товарищ подполковник, с отбытием наказания в колонии строгого режима, где-то под Ростовом, – ответил Герасимов.

– Значит, дело в нем, все коришь себя за него. Послушай совета, мальчик: никогда в жизни не принимай работу близко к сердцу, сгоришь. Насчет увольнения я понял, но все равно подумай – уйти никогда не поздно. А кстати, ты ведь родом из Ростова-на-Дону… Всегда мечтал попасть в Ростов-папу, да все как-то не получалось. Говорят, очень красивый город. Возможно, когда уйду на пенсию, приеду к тебе в гости. Ты, я думаю, не будешь против? –

спросил, протирая очки, подполковник.

– Конечно, приезжайте, товарищ подполковник, буду рад видеть, – ответил Герасимов.

Еще какое-то время они сидели, болтая на разные темы, потом подполковника вызвали на экстренное совещание в штаб.

Глава 24

Ростов-папа

Тишину сонного вокзала нарушил поставленный голос дежурного по вокзалу:

– Скорый поезд Владикавказ – Москва прибыл на третий путь, платформа номер два. Стоянка поезда тридцать пять минут. Повторяю…

Из вагона номер шесть вышел парень двадцати пяти лет, с легким румянцем на щеках. Достав из кармана пачку сигарет, он на мгновение задумался, затем, щелкнув зажигалкой, затянулся. Докурив сигарету, закинул на плечо спортивную сумку и двинулся по направлению к вокзалу. На привокзальной площади стояли несколько такси.

– Куда ехать, командир? – обратился к нему кавказец преклонного возраста.

– Да пока не знаю, – ответил Герасимов, это был именно он.

– Ну, тогда садись в машину, а там разберемся. А сумку можно в багажник поставить, – посоветовал таксист.

Герасимов поставил сумку в багажник и уселся на пассажирское сиденье рядом с шофером. Водитель завел двигатель, включил передачу и нажал на педаль газа.

– Так куда едем, командир? – спросил он.

– Давай на набережную, шеф.

За окнами мелькали старые постройки улицы, называющейся Большая Садовая. Глядя на эти старинные постройки, можно было представить себя едущим в карете по выложенной камнем мостовой. Герасимов снова затянулся дымом сигареты и вспомнил свою юность. Он с друзьями часами бродил по этим местам, предавался мечтам и верил, что они обязательно сбудутся. Герасимов воспитывался в интернате и был лучшим в своей группе. Пользовался уважением товарищей и в любой ситуации отстаивал справедливость. Не раз ему приходилось участвовать в уличных драках с местной шпаной. Он припомнил такой случай. Как-то вечером он прогуливался по набережной Дона и увидел, как подвыпившая компания пристает к девушке, пытающейся пройти мимо них. Один из парней схватил девушку и стал обнимать. Девушка пыталась вырваться, но силы были неравны.

– Ну, что, красавица, вот ты и нашла приключение на одно место… Кто же в такой коротенькой юбочке шарахается по Ростову-папе в безлюдную ночь? Наверное, ты что-то ищешь. Ну так вот, ты нашла то, что искала. Я думаю, наша дружная компания тебе понравится. Правда, бродяги? – обратился обидчик к своим товарищам, коверкая язык на блатной манер.

– Законно, брат, – ответили его спутники.

– Мороз, заводи-ка машину, сейчас в сауну поедем,

попарим, как говорится, молодые косточки, – проговорил парень.

Герасимов поравнялся с подвыпившей компанией.

– Парни, отпустите девочку. Она же, наверное, домой спешит к родителям, а вы ее тут задерживаете, нехорошо это, – произнес он.

– Опаньки, а вот и принц датский нарисовался. Чего тебе надо, баклан? – обратился к нему один из толпы, выкидывая перед собой раскладной нож-бабочку.

– Девочку отпустите, и поговорим, – ответил Герасимов.

Небольшого роста крепыш взмахнул стальным клинком, но выпад был перехвачен умелым приемом, и нож отлетел в сторону. Началась потасовка, и через минуту все обидчики лежали на земле. Дело в том, что Герасимов уже восемь лет занимался в секции самбо и мог постоять за себя. Очаровательная незнакомка лишь моргала своими длинными ресницами, обрамляющими большие голубые глаза.

– Меня Олегом зовут. Разрешите вас проводить, чтобы к вам снова не пристали какие-нибудь хулиганы?

– А я Маша, – девушка, улыбаясь, протянула ему руку.

– Очень приятно.

В тот вечер они еще долго гуляли по старому и красивому городу.

– А вот мой дом, – сказала Маша и остановилась.

– Жаль, что наше знакомство так быстро закончилось, – признался Олег.

– Глупенький, наше знакомство только начинается. Вот мой номер телефона. Позвони завтра, – проговорила девушка и, чмокнув в щеку, поспешила в подъезд, махнув на прощание рукой…

– …Эй, парень, уснул что ли? Набережная, приехали.

Олег, очнувшись, посмотрел на сидящего рядом таксиста.

– Сколько я вам должен?

– Триста.

Олег достал из кармана деньги.

– Спасибо, шеф.

– Чего ты сюда приперся? Все еще спят, все закрыто. Какой-то ты не от мира сего, парень, – сказал таксист.

Олег молча достал из багажника сумку, перекинул ее через плечо и зашагал по набережной. Подойдя к одной из скамеек, он сел на нее, достал пачку сигарет и закурил. Вновь нахлынули воспоминания…

– …Добрый день, а Машу я могу услышать?

– Уже слышишь, Олег, добрый день.

– Маша, мы увидимся сегодня?

– Конечно, увидимся. Ты еще спрашиваешь! Записывай адрес… впрочем, ты его знаешь. Подъезд известен, квартира номер тридцать три. Жду, приезжай сейчас. Родители будут после восьми вечера, так что нам никто не будет мешать.

– Взять что-нибудь с собой?

– Бери лишь себя. Хотя возьми пива, «Невского светлого», если нетрудно, – попросила Маша.

Через час он стоял перед квартирой номер тридцать три.

– Заходи, мой спаситель, – улыбаясь, пригласила Маша.

Олег зашел и оказался в шикарной квартире. Роскошь поражала. На мгновение ему показалось, что он находится в каком-то замке или, по крайней мере, в музее. Заметив его взгляд, девушка сказала:

– Не обращай внимания, мой папа – дипломат и неровно дышит ко всякого рода экзотике. Обувай тапочки и проходи на кухню.

Об ноги Олега терся огромный дымчатый кот.