Гладиаторы
Шрифт:
Плотный воин в доспехах легионера и красном плаще подбежал к стратегу.
– Солдаты готовы к бою! – доложил он.
– Отлично, Регул! Готовься к схватке и пиратами! Они первыми станут атаковать наше судно, когда мы сблизимся. Я понял, к чему клонит этот пират.
– Вы думаете, они решаться атаковать? – удивился легионер.
– Еще как решаться! Этот старый негодяй отличный воин и моряк.
– А я говорил, что одного корабля мало для охоты за Тимагором! – громко вставил свое слово клевст Фаномах. – Я много слышал о его подвигах на море!
–
– Нет, – спокойно ответил клевст. – Не боюсь, но наши шансы на победу снизились практически вдвое, когда залп наших катапульт не достиг цели. И я считаю, что нам стоит его повторить, а не идти на сближение с кораблем Тимагора.
– Ничего! Поговорим жалами наших мечей! – уверенно заявил Регул и посмотрел на своего начальника.
Фаномах отвернулся от этого сухопутного вояки. Уж ему было хорошо известно, как умеют сражаться пираты.
– Сразу видно сухопутного, – произнес он. – В морском бою это совсем не на земле! Здесь совсем иные факторы победы! И нам стоит смести с их палуб воинов, а только затем идти на сближение!
– Нет! – Метел отмахнулся от Фаномаха. – Мы не станем вилять пред пиратами. Мы римская триера!
Вражеское судно приближалось и теперь стало видно людей на его носовой части. Пираты готовились к битве. Но их было совсем немного. Большинство сидело на веслах и гребло.
– Их мало! – воскликнул Регул. – Смотрите, как их мало и на палубе!
– Это пираты, а не изнеженные купцы, Регул! – возразил Фаномах. – И не стоит говорить, что их мало. В схватке на море один из таких людей стоит трёх или пяти! Да и не всех они вывели на палубу!
– Не вериться мне в их искусство сражаться, – засомневался римлянин. – Они не родились воинами. Разбойник не может быть достойным солдатом.
– А сейчас мы с вами в этом сможем убедиться….
Пиратская триера приближалась к римскому боевому кораблю. Тимагор громогласно повелел в нужный момент втянуть все весла левого борта внутрь, и они в несколько мгновений исчезли в деревянном чреве корабля.
Римское судно не сумело так же быстро выполнить этот же маневр. Прикованные к скамьям запуганные рабы не сумели действовать в критической ситуации так же слаженно, как и свободные люди. Нос пиратского корабля стал крушить попавшиеся ему на пути весла как тростинки. Послышался треск ломаемого дерева и дикие крики гребцов, которых в этот момент крутило в гигантской мясорубке нижней палубы.
Длинные и крепкие весла, поддаваясь мощному напору, проходящего корабля, изворачивались и лопались, издавая страшный и могучий треск словно чрево корабля возмущалось такому насилию. Надсмотрщики дико орали требуя быстро выполнить команду, но куда там! Все вышло из под контроля. Деревянные остатки торчали из животов рабов и внизу валялись тела в неестественных позах с вывороченными руками и ногами, с разорванной и кровавой плотью.
– Всем прочь от этого борта! Смерть! – заорал некто и его голос тут же прервался.
Послышался звон лопнувшей
– Сюда, друзья!
– В нашу сторону!
– Проклятые олухи! Бросайте…!
В этот момент раздался новый треск дерева. Это корабль Тимагора бортом ударился о борт римского судна. Суда поравнялись и пошли теперь борт о борт. В этот момент Тимагор отдал приказ о начале абордажа:
– На римское судно! В бой, пираты! – и первым, несмотря на свой возраст, прыгнул на палубный настил римской триеры.
В его руках был меч, и как только его ноги коснулись палубы, он с размаху вонзил его в живот бывшего рядом Регула, пробив бронзовый нагрудник римлянина. Пролилась первая кровь!
Вслед за своим предводителем на палубу римского судна посыпались пираты. Они так же ловко и уверенно прикончили ближайших римлян. Сработала выучка сражаться в подобных условиях.
– Скиньте их в море! – послышался голос Метела. – Лучники сбейте их стрелами!
Но этот приказ было легче отдать, чем выполнить. Тимагор знал куда прыгать, и теперь его люди были среди римлян и вели сражение, очищая площадку для остальных. Прицельная стрельба из луков в таких условиях была невозможна – слишком высока вероятность попадания в своих.
Децебал ринулся на вражеский корабль одним из первых, сразу после Тимагора. Он ловко орудовал привычным большим топором и в первые же минуты свалил двоих легионеров. Римляне сразу попятились от него, и дак увидел испуг на их лицах!
– А! Побежали гордые легионеры! Покорители мира! – заорал он во весь голос на родном языке. – И вас можно побеждать!
Он с размаху опустил свое оружие и пробил щит врага. Лезвие топора врезалось в плоть солдата. Тот дико завыл от боли и упал на колени. Но дак не пощадил его. Следующий удар снес врагу голову.
– Там римский военачальник! – послышался крик одного из пиратов рядом.
Децебал огляделся и рядом увидел римского стратега. Вот его шанс прикончить первого знатного воина империи и заодно спасти от гибели своих новых товарищей – пиратов! Это настоящий римский патриций! Дак стал прорубать себе кровавую просеку к Марку Метелу.
На его пути стали еще три легионера. Дак ловко сделал обманное движение в сторону и враг решился на выпад, думая, что пират открылся. Однако топор воина снова метнулся в сторону и отразил вражеский меч. Обух страшного оружия, ударив легионера в челюсть, снес ему нижнюю часть лица. Воин упал на колени, но у дака не было времени его добивать.
Следующий удар раскроил второму легионеру голову и Децебал бросился на последнего противника. Им оказался небольшого роста молодой солдат. Ему было не больше 20 лет. Дак прочитал в его глазах ужас пред неминуемой смертью, и ему стало жаль этого мальчишку. Но не убить теперь он уже не мог. Топор отрубил легионеру руку с оружием и тот дико заорал. Второй удар избавил его от мучений.
– Чего вы топчитесь, как старые бабы?! – орал на своих солдат Марк Метел. – Перекройте им путь! Не давайте расколоть ваши порядки!