Гленнкилл
Шрифт:
Внезапно налетевший ветер пронесся над лугом с жалобным, протяжным воем. У Моппла и Клауд сдали нервы, и они галопом понеслись по холму, но опомнившись, снова постарались выглядеть естественно.
Лили упала на колени рядом с телом, не замечая, что трава после ночного дождя еще мокрая, и зарыдала. Ее пальцы судорожно мяли норвежский свитер и куртку Джорджа, дергали за воротник и были похожи на больших ползающих насекомых.
Мясник грубо рванул ее за руку. Овцы затаили дыхание. Мясник двигался быстро, как кошка. Он что-то сказал Лили. Она посмотрела на него так, словно только что очнулась от глубокого сна.
Отелло оглянулся, прося помощи: ведь если он останется около Габриэля, то не услышит того, что происходит между мясником и Лили. Большинство овец поняли, что происходит, но ни у кого из них не было желания оказаться рядом ни с трупом, ни с мясником: и там и там пахло смертью. Лучше уж сосредоточиться на своей задаче и выглядеть естественно.
Выручила Мисс Мапл — она взяла на себя наблюдение за мясником. На носу у нее все еще оставалось подозрительное красное пятно, но она потерлась о мокрую траву и теперь выглядела просто очень грязной овцой.
— …отвратительно, — говорил мясник Лили. — Этот свой театр можешь приберечь для себя. Поверь мне, теперь у тебя будут другие заботы, детка.
Он приподнял ее подбородок толстыми, как сосиски, пальцами, заставив посмотреть ему в глаза. Лили заискивающе улыбнулась.
— А почему меня должны подозревать? — спросила она, попытавшись освободить голову. — Мы с Джорджем всегда хорошо ладили.
Мясник крепко держал ее за подбородок.
— Хорошо ладили! Вот именно. Им этого довольно. А кому же, как не тебе, с ним ладить? Подождем завещания и посмотрим, насколько это вы хорошо ладили. У тебя ведь не слишком много денег, а? На всех этих духах и помадах состояния не сколотить, да и с распутством в нашей дыре тоже далеко не уедешь. Но если придешь к Хэму, то обо всех своих делишках можешь не беспокоиться.
Габриэль что-то крикнул. Хэм круто повернулся и тяжело зашагал к остальным. Лили осталась на месте. Улыбка сползла с ее лица. Вздрогнув, она потуже затянула шаль на плечах. На мгновение показалось, что она сейчас заплачет. Мапл отлично ее понимала. Когда к тебе прикоснулся мясник, это все равно, что смерть дергает тебя за ухо.
Мужчины перебрасывались словами, но овцы были слишком далеко, чтобы разобрать что-нибудь. Затем воцарилось смущенное молчание. Габриэль повернулся и зашагал в направлении деревни, едва не наступая на пятки Тощему. Лили на секунду задумалась и поспешила за мужчинами.
Хэм же подошел к Джорджу вплотную. Одна из лап мясника медленно поднялась и, как жирная мясная муха, зависла над телом. Палец провел в воздухе две черты. Одну длинную, от головы Джорджа до живота, и короткую, от плеча до плеча. Обе линии пересекались. Только когда Габриэль еще раз его окликнул его, мясник последовал за остальными.
Потом пришли трое полицейских и стали фотографировать. Они привели с собой надушенную журналистку, которая тоже фотографировала, причем более основательно. Она подошла к скале и сняла Зору на уступе, потом Ричфилда и Моппла. Хоть овцы и привыкли к вниманию рюкзачных туристов, назойливость прессы скоро стала им надоедать. Моппл не выдержал первым и с громким блеяньем побежал
Остальные, поддавшись панике, последовали за ним, в том числе Мисс Мапл и Отелло. Через мгновение все они столпились на холме, смущенно переглядываясь.
Полицейские не обратили на овец никакого внимания. Они освободили тело от лопаты, упаковали и то и другое в пластиковые мешки, поползали немного по земле и исчезли внутри белого автомобиля, который сразу уехал. А потом начался дождь. И очень скоро луг выглядел так, словно ничего и не случилось.
Овцы решили вернуться в овчарню. Они пошли все вместе, ведь теперь, после смерти Джорджа, сарай казался им мрачным и неуютным. Только Мисс Мапл задержалась под дождем, смывая с себя грязь и кровь.
В сарае овцы окружили Отелло. Они забрасывали его вопросами, но баран отмалчивался. Хайде возбужденно блеяла:
— Неужели ты не боялся мясника? Я умерла бы со страху, я чуть не умерла, еще только завидев его на тропинке!
Мисс Мапл повела глазами. Однако, к чести черного барана, надо отметить, что эмоции отары не произвели на него особого впечатления. Он деловито обратился к Мисс Мапл:
— Мясник заговорил первым. Он сказал: «Свиньи!»
Овцы были удивлены. Они еще никогда не видели свиней на своем лугу. К счастью! И в словах мясника нет никакого смысла! Но Отелло настаивал:
— От него пахло злобой. И страхом. Но в первую очередь — злобой. Тощий боится его. Габриэль — нет. — Отелло на мгновение умолк, пытаясь понять причины бесстрашия Габриэля. Потом продолжил: — Лили не сказала ничего толкового. Всё только «Джордж», «ах, Джордж», «почему именно теперь», «что ты со мной делаешь». Всё с Джорджем разговаривала. Наверное, не поняла, что он умер. Мясник потом оттащил ее за руку. «Никто до него не дотронется», — сказал он. А она очень тихо: «Прошу, дайте мне побыть с ним наедине». Все промолчали, и тогда мясник сказал: «Если у кого и есть такое право, так это у Кейт». Прозвучало это очень враждебно, и потом он ее оттащил.
Овцы кивнули. Они и сами все это видели. Подозрение сразу же пало на мясника — просто потому, что любая овца в отаре была уверена, что он способен воткнуть лопату в живое существо. Но Мисс Мапл недоверчиво покачала головой, и Отелло продолжил:
— Когда мясник отошел довольно далеко, Тощий стал убеждать Габриэля. От него странно пахло — виски и «Гиннессом», но не перегаром несло… Нет, пахли скорее тело и одежда. Но больше всего — руки.
— Это он! — заблеял Рамзес, очень молодой баран с богатым воображением. — Он лил себе на руки виски, потому что не переносит запаха крови!
— Возможно, — неуверенно протянула Мисс Мапл.
Мод, у которой было самое лучшее обоняние, затрясла головой:
— Нет, люди не чуют так кровь, как мы. Они вообще плохо чуют запахи.
— Мы вообще не знаем, были ли у убийцы руки в крови, — произнесла Мисс Мапл. — Мы вообще ничего не знаем.
И вопросительно посмотрела на Отелло.
— «Он столько всего собирался сделать, Джордж, в голове у него было столько сумасшедших планов, — сказал Тощий очень тихо Габриэлю. — Но с этим уже ничего не поделаешь, правда?» Он заговорил быстро, так быстро, что я даже не все успел запомнить. Все время говорил о планах Джорджа. Мне кажется, он хотел что-то выудить из Габриэля. Но Габриэль промолчал.