Глоссарий

Распопов Дмитрий Викторович

что лечись. Ой чую я, еще не раз мне придется вмешиваться, чтобы поддержать своё

реноме как Величайшего из кураторов.

– Как он? – спросил я, волнуясь.

– Я даже не буду спрашивать, как тебе удалось дважды его ранить, на моей памяти

такого не было, да еще и заставить применять в бою магию, - принц неодобрительно

покачал головой, - чем ты его так взбесил?

– Высказал свое мнение, - хмуро сказал я.

Принц заразительно рассмеялся, не умолкая несколько

минут.

– Пойду, расскажу старшему, - похохатывая он направился к двери, - пусть тоже

посмеется, а то он там в таком же недоумении, что и отец. Они только вчера узнали, что

брат был ранен две недели назад и обращался к услугам целителей. Теперь рвут и мечут, требуя подать им того, кто ранил особу императорской крови.

– Ваше высочество, - взмолился я, - ну я же пообещал вам одно желание.

– Хорошо, я подумаю, - ответил он и посвистывая веселый марш, вышел.

– «Гад, сам вылечил все свои раны и теперь как огурчик, - подумал я, - а меня

специально только подлатали, заставляя проходить все стадии выздоровления самому».

Еще две недели спустя

Девушки, стараясь не смотреть мне в глаза, быстро выполнили утренний моцион

и одев меня, быстро удалились. Даже они чувствовали, что надвигается гроза. Я

волновался, но старался держать себя в руках, принц впервые за недели моего

выздоровления позвал меня к себе. Зайдя в его комнату, я замер. Сердце бешено

заколотилось, а в глазах помутнело. Я едва не упал. Обстановка комнаты была точь в точь, как той ночью, а на его кровати лежала не шевелясь та самая девушка, что и была тогда.

Только в этот раз она не закрывала лицо, а лишь тихонько всхлипывала.

Принц сидел рядом на кресле и как ни в чем не бывало, обратился ко мне.

– Ну что продолжим? На чем мы там остановились?

Я сжал зубы, но промолчал. В первую очередь я испугался не за себя, а за

девушку. Если он целый месяц держал её взаперти, только ради того, чтобы унизить и

отомстить мне, то что будет, если я откажусь во второй раз? Лучше уж было не злить его, мы оба могли не пережить этой ночи.

Стиснув кулаки я подошел к её разведенным ногам.

– Отлично, теперь коснись колена, проведи рукой по бедру.

Месяц спустя

– «Приветствуем вас дорогой Анри.

Спешу вас уведомить, что дело, которое вы поручили мне, выполнено и все ваши

просьбы улажены. Я взял на себя смелость попросить вашего отца подписать документы с

вашей стороны, чтобы не ожидая вас мы все выполнили. Мы все знаем причины вашего

нежелания быть здесь, поэтому надеюсь вы меня простите.

Баронесса умоляет вас и

я присоединяюсь к её просьбе, остановиться у нас, когда

вы посетите родные места следующий раз.

Искренне Ваши, чета де Кисси».

Короткое письмо, что мне доставили, обожгло и заставило выйти подышать

воздухом на балкон. Подзабытые чувства выплеснулись бурным потоком, заставляя меня

задыхаться.

– «Натали? Как она там? – думал я, едва не срываясь с места, - надо написать

Сарени, чтобы писал чаще. С услужением у принца, я не только её, себя скоро забуду».

Еще раз прочитав письмо, я улыбнулся, барон и баронесса постарались написать

его так, чтобы я понял, что они искренне извиняются. Обращаться ко мне по имени, при

том, что мы виделись от силы раз десять, было верхом открытости и доверия к

собеседнику. Но действительно не на Натали, ни тем более на её родителей я не держал

зла. Если и был монстр, которого хотелось придушить, так это мой текущий господин, вот

уж кого я бы с удовольствием убил, была бы такая возможность.

С той памятной ночи прошел месяц, я посещал каждый день бедную девушку,

которая не знала об участи ей грозившей и благодаря каждодневным урокам принца,

который приводил мне каждый вечер на тренировку по новой девушке, я заставлял её

вздрагивать и краснеть, когда касался в тех местах, которые заставляли её учащенно

дышать. Я методом проб вычислил, что у неё очень чувствительная шея и когда я начинаю

целовать её, девушка плывет. Так что еще максимум неделя и я уложу её в кровать, в этом

я не сомневался, слишком хороший у меня был учитель. За это время, что мы занимались

кроме всего прочего и этим злосчастным письмом наследного принца у меня побывало

столько девушек и женщин, что я даже перестал запоминать их лица.

Две неделю спустя

Я протянул изрядно замусоленный конверт принцу. На душе было гадко, а

чувствовал я себя как последний негодяй. Даже то, что если бы на моем месте был принц, девушке было бы гораздо хуже, никак меня не оправдывало.

– Отлично! – заметил он со своим каменным лицом, не выражающим ничего,

поэтому я не понял, действительно это так и или он просто от меня отмахнулся, -

предлагаю отпраздновать вашу первую победу виконт. Готовы отметить с размахом?

– Нет, - я был спокоен, - не вижу повода отмечать что-то.

Принц скривился и его маска поползла.

– Как же ты мне надоел Анри, вот ей Богу. С тобой даже не развлечься.

– Можно было сделать это проще, - угрюмо сказал я, - я бы подкупил слуг, узнал