Глубь 2
Шрифт:
Хреновый из него навигатор выходит. То, что не запомню весь путь, мне стало ясно почти сразу. Так что будем надеяться, что связь с моим самым лучшим другом, на данный момент, я не потеряю.
Все это время я не стоял на месте, а крался вдоль стеночки к выходу. Морф совершенно на меня не реагировал и продолжал растекаться по полу, захватывая все больше территории.
Подойдя к распахнутой двери, заглянул и обомлел. Вся комната была покрыта шевелящейся плотью, полностью скрывающей за собой стены, пол и потолок. Словно все коврами обшили. Правда выглядящими омерзительно и жутко
Я посмотрел на комнату, потом на свои босые ноги. Потом вновь на комнату, в которой что-то влажно хлюпало и шевелилось. Сука…
— Комбинезон, точно! — неожиданно пришла мысль в голову. Я же могу им частично управлять. Вдруг получится покрыть ноги тонкой пленкой ткани.
Напрягся и мысленно представил, как на моих ногах появляется тонкая, почти невесомая обувь. Облом. Затылок, в районе которого сейчас находился проклятый комбинезон, нестерпимо закололо.
В свое время, пока приходил в себя после сражения в ангаре, я ради интереса несколько раз вызывал комбинезон. Скорее ради любопытства, чем из-за практических соображений. И каждый раз возникало ощущение, что под кожей что-то шевелится. Но ощущение непротивное, скорее было просто щекотно. Сейчас же эта сволочь словно отказывалась вылезать наружу, и, казалось, цеплялась крохотными коготками прямо за мой мозг.
— Ну, и пошел лесом, одни проблемы от тебя, падла! — произнес в сердцах я, когда после очередной попытки спрятать ноги, почувствовал, что вот-вот грохнусь на пол.
— Виктор, с вами все в порядке? — раздался встревоженный голос профессора.
— Нет! — именно так мне захотелось крикнуть в ответ, на его глупый вопрос, но я лишь утвердительно угукнул и погрузил ногу в шевелящуюся массу.
Замер, ожидая, когда множество мелких когтей, зубов — или что там внутри может быть — вопьются в мою конечность. Ничего такого. Лишь ногу сжало, словно попал в бочку с густым медом. Вот только пахло тут отнюдь не цветами.
Шагнул вперед, перенося вес на другую ногу. Болото, гиблая топь, именно такое ощущение возникло у меня, пока я шагал до ступенек широкой лестницы, ведущей на второй этаж. В начале биомасса даже пробовала задержать, выпуская ложноножки вверх по моим ногам, но я успевал вырываться быстрее, чем они успевали сковать меня.
Добравшись до первой свободной ступеньки, с радостью почувствовал под ногами ребристую, неудобную, до одури холодную металлическую поверхность. Не выпуская из руки пистолета, стряхнул всю ту налипшую дрянь, что осталась на ногах.
— Вы заметили, что существо в этой комнате фактически не проявляло к вам агрессии? — зазвучал голос профессора.
— Естественно, куда ему. Судя по всему, у него совсем другая задача, вот только меня напрягают вон те пуповины что тянутся в верх по лестнице. Как бы там меня не поджидали менее гостеприимные товарищи, — медленно ставя на ступеньки ноги, пытался рассмотреть, есть ли кто на верхней площадке.
Внезапно снизу раздался хлопок, и я от неожиданности чуть не покатился кубарем вниз, неудачно поставив ногу. Больно приложившись коленом об острый угол, с трудом сдержался, чтобы не заорать. При этом, надо отдать себе должное, пистолет из руки не выпустил, умудряясь
Нападения не последовало. А вот лопающиеся звуки не прекращались. Коря себя за разыгравшееся любопытство, не удержался и, перегнувшись через перила, посмотрел вниз.
На поверхности дергающейся массы образовались небольшие кожаные наросты. Многие из них были лопнувшие, но мне все-таки «повезло» увидеть, что из них вылуплялось.
Крохотные, вряд ли больше сантиметров десяти в высоту, а в длину — двадцать, существа были похожи на муравьев с лицами людей. Тонкие щупальца, расположенные на макушке, постоянно находились в движении.
Передними лапками, имевшими по пять пальцев, они срывали верхний слой плоти, лежащий на полу. Набрав необходимое количество, они относили эту затвердевавшую прямо на глазах массу и принялись строить из нее какую-то конструкцию.
— Чувствую, не в мою честь они статую сооружают, — глядя на то, как невероятно быстро из кусков биомасы неутомимые работники собирают человекообразную фигуру.
— Виктор, я бы на вашем месте поторопился, — почти прошипел мне в ухо профессор. — Могу предположить, что этот псевдоорганизм, или как вы его называете, морф будет более сложно сконструирован, чем видимые мной до этого. И какие в него модели поведения будут вложены, боюсь даже представить.
— Ксенофоб вы, господин Лахтинен, хочу заметить. А вдруг он вот сейчас очнется и скажет, что все, что было до этого, одна сплошная ошибка? — говорил я это, естественно, несерьезно. Чтобы подумать о таком, нужно быть неисправимым оптимистом, при этом еще и сидеть на каких-нибудь веселящих таблетках. Просто лицо профессора, вытянувшееся после моих слов, дорогого стоило. Когда вокруг один негатив, хочется хоть как-то разбавить гнетущую атмосферу.
— Надеюсь, вы шутите? — видимо, все же у меня был слишком серьезный тон, когда шутил.
— Конечно, — успокоил я его, — пока вы подбирали слова, я уже почти достиг второго этажа. Кстати, «муравьи» стали разбирать лестницу, расплавляя ее какой-то дрянью, выделяемой из отверстий на теле.
— Они слишком быстро эволюционируют, это плохо. Вам как можно быстрее нужно добраться до системы дезинфекции и привести ее в действие.
— Легко сказать, это же не вам приходится ползти по темным лабиринтам лабораторий, — огрызнулся я, слегка выглядывая над последней ступенькой. Вроде пусто. — Кстати, а почему вы не можете ее сами активировать?
— В целях безопасности, режим изоляции и дезинфекции запускается только с центрального пульта после подтверждения моим кодом, либо дежурным охранником, — пояснил профессор.
— И то, что охранник не сделал этого, предполагает, что там тоже не все в порядке? — на полусогнутых ногах я зашел в большой зал.
Со второго этажа были видны множество рабочих мест. Некоторые из них имели вид обычного офисного места. Кипы каких-то бумаг, большие мониторы, где-то стояли приборы не поддающиеся идентификации при беглом осмотре. Это с одинаковым успех могла быть как и обычная кофеварка, там и какой-нибудь квантовый компьютер. Что для меня, собственно, было одинаково полезно.