Глушь
Шрифт:
– А ты сам ничего не хочешь рассказать? – Сергей подошел вплотную к Богорадову.
Тот слегка попятился. Глаза снова забегали.
– Ты к чему, начальник?
– К тому, что ты темнишь. Ты же с дружками не так давно с зоны вернулся. А тут своевременно и людей убивать начали. Странно, верно?
И тут произошло то, чего не ожидал никто. Над лесом пронесся собачий вой. Один голос взвыл на высоких нотах, затих на секунду, и снова зазвучал, подхваченный десятком глоток других собак. Костя и Сергей от неожиданности обернулись на звук. Этим воспользовался Королёв. Он стоял ближе
– Санёк, валим!
Воспользовавшись заминкой, гопники бросились наутёк.
– Стоять! – Сергей мигом вскочил, – стоять, сукины дети!
– Догоним! – Костя кинулся за ними. Чувство стыда за такую оплошность подгоняло его, злило, жгло за рёбрами.
Напарники ринулись за беглецами. Те бежали меж крестов в сторону лесополосы. В сумерках бежать было тяжело: ноги путались в сорняках и цеплялись за оградами. Гопникам было легче, они-то знали эти места.
– Стоять! – Сергей выхватил пистолет, – стрелять буду!
Грохнул предупредительный выстрел…И он подействовал. Беглецы разделились. Королёв бросился в сторону, к домикам хуторов. Богорадов же рванул напрямки, к лесополосе.
– Давай за мелким! – скомандовал Сергей, – я займусь Богорадовым!
Костя среагировал мгновенно. Бросился наперерез Королёву, через кресты, ловко перепрыгивая через ограды и лавируя между надгробиями. В жилах вскипела охота. Адреналин погони захлестнул с головой. Костя почувствовал себя гончей, преследующей дичь.
Королёв скрылся за углом. Костя уже преодолевал ограду кладбища, до угла оставалось метров двадцать. Вспомнив, как в школе бежал стометровку, Костя припустил за ним. Подняв пыль подошвами, он затормозил на повороте. Впереди мелькнула серая олимпийка.
– Стоять! – рявкнул Костя, точь-в-точь повторяя интонацию Сергея, и понесся следом.
Королёв убегал ловко. Несколько раз Костя терял его из виду. И лишь быстрота ног позволяла продолжать преследование. Несколько раз Костя почти настигал беглеца. Но каждый раз тот умело уходил, оставляя за собой препятствия, то юркнув между сидящих на лавочке старушек, то прошмыгнув сквозь кучку гуляющих мальчишек. Костя же порой задерживался, то помогая подняться задетому в пылу погони пацану, то на ходу успокаивая ошарашенных пенсионерок. Но вот вроде бы прокуренные легкие Королева стали сдавать. Всё ближе подбирался Костя. Всё тяжелее тому давались преграды, всё чаще он стал хвататься за бок, в котором кололо. Когда он в очередной раз завернул за угол, Костя уже думал, что победа у него в руках. Воодушевленный скорой победой, он припустил быстрее. И тут же поплатился за свою беспечность, когда получил дрыном по лбу. Коварный Королёв подхватил валяющуюся рядом палку, брошенную детворой, и притаился за углом. Не вспыхнула боль, не полетели искры из глаз, а только палка глухо отрикошетила ото лба, оставив после себя такую же глухую пустоту. Ноги взлетели кверху, небо вдруг перекатилось, оказавшись перед глазами, а в лопатки ударила земля. Костя лежал.
– Тьфу, сука! – выругался тяжело дышащий Королёв, доставая заточку из
Замахнулся. Блеснуло в закатном небе тупое лезвие. Костя толкнул землю за себя, откатился в сторону, не видя оврага, и полетел вниз. Заточка вонзилась в пыль, где только что лежал он. Королёв закашлялся, сплюнул надоедливую мокроту. И вприпрыжку поковылял прочь, надеясь скрыться.
Костя же покатился, упав с обрыва, ударился спиной о камни. Вылетел воздух из лёгких, сжал дыхание. Еще удар. В этот раз в грудь. Еще – в спину. В грудь-в спину – в грудь – в спину. Костя катился вниз, встречая телом все холмики и камни. В очередной раз, подлетев на маленьком обрывчике, он успел спружинить руками, чтобы не приземлиться лицом в камни – пригодились отжимания. Щека мягко легла на гравий и лишь тогда он понял, что сил гнаться больше нет. Лишь тогда почувствовал боль и тяжесть в голове, лишь тогда ощутил теплую кровь на рассеченном лбу, лишь вздохнув ощутил боль во всем теле от ушибов и ссадин (а может и переломов), оставленных неудачным падением. С минуту полежав, попытался подняться, но боль прошлась током по всем внутренностям, и он упал без сил…
Сергей гнался за Богорадовым. Проводив взглядом бегущего Костю, он на миг задумался, а стоило ли его одного отпускать?
«Ерунда! У него пистолет, справится!»
Сейчас важнее было нагнать Богорадова. Если тот сбежал, значит, что-то знает.
Когда Сергей перемехнул ограду, Богорадов уже был у деревьев. Теперь бы только не упустить! Пулей пролетев полянку, Сергей стремглав помчался по посадке. Куртка гопника мелькала впереди.
Вдруг откуда-то справа послышался собачий лай. Сергей остановился как вкопанный…и едва успел закрыться рукой: прямо на него летели раскрытая пасть. Зубы вцепились в пистолет, чудом не задев пальцы. От неожиданности фаланги сами собой разжались и Кольт полетел на землю вместе с собакой. В полете Сергей успел ударить шавку по вытянутой морде. Та, заскулив, упала на землю, перевернулась, но пистолет выпустила. В ту же секунду Сергей нырнул в сторону и вниз, попутно в развороте ударив в горло ещё одну собаку.
Обернувшись, он понял, что вокруг собралась целая стая. Шесть или семь псин разного размера и окраса ходили вокруг него, скаля зубы и примериваясь для удара. Сергей отступил в сторону, к открытому пространству, стараясь держать собак в поле зрения и попутно выискивая какой-нибудь дрын. Собаки обходили его полукругом, стараясь прижать к деревьям. Этого допустить было нельзя. Сергей осторожно сделал ещё несколько шагов в сторону, стараясь выйти в прогал между зверем и деревьями. И тут вся свора лавиной ринулась на него. Сергей, мгновенно среагировав, юркнул вправо, отчего пара бешеных псов, не взвидя света, встретили мордами стволы сосен. Ещё две отлетели в стороны от мощных ударов кулаками. Ещё одну охотник отшвырнул на сородичей, задержав их на пару секунд. Всего в паре метров лежал Кольт, но до него ещё надо добраться. Под руку попалась толстая ветка. Подхватив её, Сергей замахнулся, огрев по голове ещё одну псину и отогнав остальных.
Конец ознакомительного фрагмента.