Глюк

Акуленко Евгений

Покликал мышкой - добыл чугуний. Покликал еще - превратился чугуний в топор. Покликал топором по балде какому-нибудь козлокрылу и снизошла на тебя благость. Максимум эффекта при минимуме усилий, да еще качается кликательный палец. А в реальной жизни, пока на ту же квартиру накликаешь - поседеешь.

Мы стали встречаться с Ликой регулярно. Виной тому, конечно, не мое невозможное обаяние, просто часам к двум даже самые стойкие обитатели "Континета" парковали своих персонажей в безопасных локациях и отходили баиньки.

Лика оставалась. Она легко находила меня в огромном мегаполисе, подхватывала в кабриолет, и мы мчались по пустынным автобанам. Или гуляли в парке. Или сидели в кафе. Ночи напролет мы болтали обо всем на свете.

Ладно я, с моей особенностью экономить на интернет-трафике. Мне-то удавалось параллельно высыпаться. А вот Лике на сон оставались лишь дневные часы. Тогда я не придал этому факту значения.

Мы не знались наяву, но, видясь еженощно, привыкли друг к другу, будто сослуживцы в одном кабинете. Хотя, в известном смысле, я даже мог утверждать, что с Ликой спал.

– Мы можем встретиться в реале?
– однажды попросила Лика.

Не предложила, не пригласила в гости, а именно попросила.

– Можем, - пожал плечами я.

– А не боишься что я мужик?
– Лика усмехнулась.

Я не боялся. Сквозь нарочитую грубоватость цветными бисеринками проблескивали романтические финтифлюшки. А девичий наив не мог утаиться за эдаким мрачным цинизмом первокурсника медицинской академии. Без всяких сомнений, передо мной была девушка лет около двадцати трех. Вот только тоска, глубинная ненаигранная тоска, что прорывалась временами из картонной игрового образа, вводила меня в ступор. В такие моменты мне хотелось прижать к груди это несчастное существо, закрыть от всех, от всего, подуть в волосы... Но я не мог даже взять ее за руку.

– Ты откуда сам?

– Та эта... москвач я...

– Хорошо. Здесь не далеко, три часа на электричке.

Лика продиктовала адрес.

– Спросишь Катю, это подруга. Она отведет...

– Почему так сложно?
– удивился я.

– По кочану!.. Ты приедешь? Отлично!.. Цветы не забудь!..

Зачем я потащился тогда в эту тьму-таракань? Надеялся, что обладательница выпуклых виртуальных полупопий бросится мне на шею с предложением всей себя и сердца?.. Надеялся, конечно. Но не особо. Скорее, мне было просто интересно. Чем-то зацепила меня Лика. Чем-то, чего я не встречал в других.

Катей оказалась полная дурнушка с жидкими, давно не мытыми косичками. На вид ей было едва ли больше двадцати пяти, значит Лике, стало быть, тоже. Я не ошибся. Катя запахивалась в засаленный халатик, всем своим видом выражая неудовольствие моим неожиданным визитом.

– Мне бы Лику увидеть...

– Какую?
– Катя сморщилась, нисколь себе этим привлекательности не добавив.

Действительно, какую? Ни фамилии, ни...

– Лику, -

повторил я, беспомощно дернув букетом.

– А-а, - Катя посмотрела на цветы.
– Ладно. Сейчас. На улице подождите...

Больше часа я ждал, пока Катя нарисует лицо, преимущественно черными тенями. Потом мы долго тряслись в маршрутке, доехав до конечной, до городского кладбища. Катя уверенно запетляла между оградками. Я шел следом.

"Куда я вляпался?", думал я, "Что это, сатанинская секта? Или молодежная субкультура, настоенная на покойниках?", я перебирал варианты, - "Готы, некроманты, некрофилы?.."

Все оказалось хуже. Гораздо хуже.

– Вот, - Катя остановилась.

Вначале я не просто понял.

– Что "вот"?

– Вот ее могила.

– Чья?

– Лики. Вам нехорошо?..

А потом отказывался верить.

"Воробьева Елена Геннадьевна, 3.VII.1984 - 18.II.2008", убеждала табличка. Свечной огарок, засохший букетик в стакане, две карамельки... С овала фотографии на меня смотрела чуть насмешливо русоволосая девушка. Худенькая, с большими серыми глазами. Вся какая-то болезненно-светлая, хрупкая. Лена - Лика...

– Отчего она?..
– спросил я.

И приготовился услышать что-то вроде: "Передоз" или "Сама".

– Да не знает никто, - Катя дернула плечом.
– Врачи говорят: сердце. Им же надо что-то говорить, а Лика не жаловалась никогда... Просто нашли дома мертвой. И все.

– Родители есть?..

– Мать.

Я наклонился и положил на надгробие розы. "Цветы не забудь!", всплыло в памяти.

– Почему три?
– спросила Катя, и, видя мое непонимание, добавила, - Три розы почему? Обычно же четное количество приносят...

– Для меня она жива, - ответил я.

Конечно, это мог быть просто дурацкий розыгрыш. Некоторое время назад мой природный скептицизм даже на секунду не позволил бы в этом усомниться. Но сейчас я знал, что это не розыгрыш. Я просто это знал.

Не в силах дождаться ночи я зашел в игру из интернет-кафе, как все нормальные люди, посредством компьютера. Регистрация заняла десять минут.

"gluk>>>Panda_66: Это я..."

Лика ответила сразу:

– Как там Катька?

– Неряха твоя Катька.

– Всегда такой была...

Обычный ежедневный треп миллиарда людей. Я не знал, что сказать. Мигал курсор, отсчитывая пульс.

– А где я... там?
– спросила Лика.

– Двенадцатый ряд, правая сторона. В Лебедево.

– Вот так вот, все-таки, да?.. Я-то надеялась, что в коме... Или, на крайняк, что крыша поехала...

– Так ты не знала?!
– изумился я.

– Откуда?.. Вот, тебя подослала... Катька по-любому бы отвела или в больницу, или в психушку, или... Правда ведь?