Гоблин-герой
Шрифт:
Коротышка напрягся, внезапно остро осознав, как ему не хватает утраченного меча. Хотя, даже успей он подыскать ему замену, много ли проку от клинка против Векиной магии?
Но колдунья только вздохнула и отвела взгляд. Казалось, ее громадное тело слегка поопало.
– Джиг, Браф рассказал мне, как ты провел гоблинов сквозь гнездо и убил царицу пикси.
Джиг кивнул, по-прежнему не уверенный, куда она клонит. На мгновение он едва не запаниковал: вдруг Века каким-то образом до сих пор находится под чарами пикси и явилась отомстить ему за царицу.
Она сглотнула, ее глаза
– Как ты это сделал? – спросила она негромко. – Я уцелела только благодаря магии, да и то… да и то Шраму пришлось мне помогать. Без помощи хобгоблина я не прожила бы достаточно долго, чтобы прикончить гигантского змея и уничтожить портал. У меня в кончиках пальцев таилась огромная сила, а у тебя не было ничего. Я знаю, ты не мог разговаривать со своим богом. Ни божества, ни магии – ничего, кроме кучки гоблинов да кое-какого старого оружия против целой армии огров и пикси, не говоря уже о самой царице, – и ты победил. Ты убил ее.
Джиг поправил очки.
– Мне повезло.
Века так яростно замотала головой, что ее волосы хлестнули Джига по лицу.
– Не бывает такого везения, – Она охлопала свой передник, словно искала что-то, и сгорбилась еще сильнее. – В «Тропе героя» Джоска перечисляет сто героических деяний. Я читала этот перечень столько раз, что первые десять могу перечислить хоть во сне. – Она прикрыла глаза. – Про подвиг номер один Джоска писал: «Знак истинного героя, деяние, превосходящее все остальные в отношении проявленных мужества, силы, ловкости и чистого благородства, есть убиение злого дракона». – Устало вздохнув, она посмотрела на него и сказала: – Ты герой, Джиг. Тощий, полуслепой, хилый заморыш, не обладающий сколь-нибудь достойной упоминания магией, и тем не менее – герой.
– Спасибо, – брякнул Джиг.
Она снова покачала головой.
– Ты не понимаешь.
Рассказать ей, как он уцелел при встрече с царицей пикси исключительно благодаря очкам? Или посоветовать проверить каждую из его так называемых побед: тогда она выяснит, что жизнь ему сохранили не сила или благородство, а откровенная, неприкрытая трусость?
Века прихлопнула очередного жука.
– Я всегда считала тебя слабым. Прячешься в своем храме, позволяешь Кралк издеваться над тобой, обходишь стороной более крупных гоблинов. Я никогда не мечтала походить на тебя. Но с тех пор как ты вернулся из своего приключения, я хотела… – Последние слова она произнесла совсем тихо.
Джиг не был уверен, но ему послышалось: «Я хотела быть тобой».
– Века, что…
– Я потеряла свою волшебную книгу. Я потеряла книгу Джоски. Я даже потеряла свой дурацкий плащ. – Она склонила голову набок. – Последнее, может, и к лучшему. Слишком тяжелая штука для здешних пещер. Ткань совсем не пропускала воздуха, и я всегда обливалась потом. Но, Джиг, что мне делать теперь?
– Уверен, Грелл не станет возражать, если ты возьмешь один из нарядов Кралк.
Века закатила глаза.
– Я думала… я хотела отправиться на поиски приключений, и спасти наш народ, и открыть древние сокровища, и все такое. Но герой ты, а не я. Не я убила царицу или прикончила дракона. Я…
– Века,
Она застыла с полуоткрытым ртом.
– Что?
Коротышка, морщась, напел кусочек из «Песни о Джиге»:
– «Все бежать, а он дротик метнул». В песне не говорится, кто именно убил Штраума.
Века часто-часто заморгала, и Джиг подумал, не попал ли ей в глаз один из этих оранжевых жуков.
– Не понимаю. Ведь Штраум мертв.
– Он мертв, но я не убивал его.
– Я знаю, что он мертв, Джиг. – Она показала длинную ссадину у себя на руке. – Это я заработала, когда взорвались его кости!
Джиг потер голову. Неужели гоблины вправду такие тупые?
– Да, я метнул дротик, как поется в песне. Я действительно попал Штрауму прямо в глаз, но глупый дракон моргнул. Дротик застрял у него в веке. Он как раз собирался мной закусить, когда некто другой схватил дротик и довершил начатое.
– Но ты ведь Джиг Драконоубийца.
Он нетерпеливо замотал головой.
– На самом деле – нет.
У Веки сделался такой обалделый вид, что Джиг испугался, как бы она не рухнула в обморок. Вместо этого она прислонилась к стене туннеля и прошептала:
– Ты не убивал дракона.
– Именно.
На ее дрожащих губах обозначилась улыбка.
– А как насчет Некроманта?
Джиг пожал плечами.
– Ну, да, его я убил.
– Но… убиение Некроманта даже не включено в первую сотню героических деяний и побед. Ближе всего сокрушение темного властелина, восставшего из мертвых в виде духа или части тела. Это, по-моему, номер восемьдесят три. Хотя, коли верить сноске, можно набрать дополнительные очки, если больше никто не верит в возвращение темного властелина и все дразнят тебя из-за твоей, так сказать, озабоченности.
– Части тела? Как бесхозный нос? – Джиг поежился, вообразив стайку светящихся пиксячьих носов, гоняющихся за ним по туннелям.
– Там говорилось о черной ноге Септора, – сказала Века. – По легенде, она появилась в сапоге повелителя ветров Дезирона, и когда он попытался натянуть сапог, черная нога отрастила зубы и…
– Века, прекрати. – Слишком поздно. Как будто ему не хватает пищи для кошмаров. – Хочешь отправиться на приключения – отправляйся.
– Но я не…
– Не что? Не герой? Только потому, что не нашла «разрушение портала пикси в заброшенном драконьем логове» у Джоски в списке? – Джига воротило от собственных слов. – Разве настоящая героиня позволит какой-то старой пыльной книжонке диктовать ей, что она может, а чего не может делать?
– Наверное нет.
– А гигантский змей, с которым ты сражалась? Шрам мне немного о нем порассказал. Пламя, и чешуя, и крылья, и зубы… По мне, самый что ни на есть драконский вид.
Толстуха просияла.
– Точно.
– Века, нам нужны такие гоблины, как ты. Гоблины, которые полезут изучать брошенные туннели и пещеры нашей горы или отправятся наружу исследовать остальной мир.
– Но ты запечатал вход в гору. – Глаза у нее округлились. – Ты собираешься снова его открыть?
Джиг стиснул зубы. Звездотень некоторое время помалкивал, но он знал, что бог слушает.