Год 2103
Шрифт:
Сейчас он прошел через дополнительную секцию личного контроля и, просвеченный насквозь всевозможными сканерами, получил разрешение открыть дверь ведущую в аппартаменты Ригоберта.
– Ишь ты! Как они свою марионетку оберегают, - скривился про себя Фуксмайер, - впрочем не марионетку, люди взаимозаменяемы. "Имущие" оберегают символ. Символ власти, такой же марионеточный как и фигура президента.
Изобразив подобострастную улыбку Штефан шагнул в кабинет. Худощавый человек с отудловатой физиономией повернулся к вошедшему.
– Что там у тебя?
– властно спросил президент.
– Ты уже успокоил
– Они не согласятся на добровольную отсортировку пенсионеров, - Фуксмайер пожал плечами.
– Этих отбросов общества, не приносящих промышленности более никакой пользы и оттягивающих на своё содержание кучу денег из госбюджета.
Собственно это и послужило основным поводом для волнений, точнее поводом стало решение правительства о принудительной сортировке стариков на еще работающих, им разрешили идальше "клеить коробочки", и неспособных платить налоги, тем должны были имплантировать "хранителей жизни". Решение нужное и своевременное, но так бездарно было подано народу, что вызвало протесты. А ведь можно было оформить все как заботу государства, создать купола для стариков, отправить их туда с почетом, на "полное попечение государства", а уж потом спокойно ввести пошаговое внедрение "хранителей".
Штефан взглянул на экран монитора. Камера наблюдения показывала крупным планом лицо какого-то оратора.
– Уже почти все зачинщики у нас под колпаком, - ответил он президенту.
– Над последней парой еще идёт работа. И потом...- он сделал паузу, - Как только начнутся регулярные чистки и отправки пенсионеров под купола, люди начнут воспринимать это как должное, и через какое то время успокоятся. Главное сейчас вот эти, - Штефан снова кивком головы указал в сторону окна.
– Я собственно почему пришёл, - Штефан наклонился вперед.
– Мы разрешим демонстрации, за отдельный налог разумеется, а потом ужесточим правила общественного порядка и за нарушения будем нещадно штрафовать этих баранов. Представляете сколько денег осядет в бюджете? И все это под лозунгом борьбы за демократические права.
Президент однако особого интереса к предложению председателя кабмина не проявил.
– Это ерунда все, - отмахнулся он небрежно.
– Ты лучше свои соображения выкладывай поповоду сокращения безработицы. Сто двадцать девять миллионов безработных, и это при трехстах снебольшим, миллионах работающих. А ведь кормить то надо ещё и стариков и детей....
– Ну со стариками мы скоро разберемся, - улыбнулся Фуксмайер.
– Их всех с имплантатами отправим в приюты, всем остальным вовсе не обязательно знать, что в домах для стариков, содержание кислорода будет пониженно. Ну а если при этом "хранители" будут расчитанны за здорового, молодого человека, то нетрудно предположить, что весь ресурс количества ударов сердца выработается несколько быстрее. Вы же знаете... У старых, людей сердце часто слабенькое, бьется быстро.... Главное сначала загнать их всех в дома для престарелых, а потом облегчение госбюджету наступит. Вот ещё бы что нибудь против безработных придумать.....
– Безработные - потенциальные налогоплательщики, - возразил Ригоберт.
– Согласен, - кивнув головой, Штефан огляделся в поисках подходящего кресла, и заметив его направился в дальний конец комнаты. Кресло однако,
– Присаживайся поближе, - радушным голосом предложил президент и указал, жестом гостеприимного хозяина, на выскочившее из стены, как по мановению волшебной палочки кресло.
Проглотив обидную шутку, Штефан вернулся назад и уселся в кресло. От президента его теперь отделяло только полтора метра полированной дубовой поверхности столешницы. Скользнув взглядом по столу, премьер-министр поднял глаза и встретился с холодным блеском водянистых, насмешливых глаз Ригоберта.
– Заехать бы тебе по морде вон той, мраморной подставкой , чтобы мозги по стенам, - Вяло подумал Штефан и улыбнулся подобострастной улыбкой.
Он прекрасно знал, что это не возможно, слишком рьяно его оберегают, и с десяток ядовитых игл тотчас воткнется ему в спину, сделай он только намёк на неверное движение.
– По поводу безработных, я тоже подумал.
– Фуксмайер закинул ногу на ногу и сложил руки на колене.
– Однажды в библиотеке, ещё будучи ребёнком, я наткнулся на интересный рассказ о моряках. На кораблях того времени водились огромные крысы и моряки, это такие рабочие на кораблях, наловили этих крыс и посадили в бочку. От голода эти животные начали убивать друг друга, пока не осталась только одна из крыс. Я все это к тому, что мы можем использовать этот же принцип. Более молодые и сильные, получат работу по надсмотру над более старыми неудачниками.
Тех, в свою очередь можно переселить в коммуны, сэкономив при этом на отдельном жилье, мебели и прочая. Разумеется платить безработные нужда отпадает. Государство ведь о них и так позаботится, даже с учетом зарплаты для надсмотрщика мы столько сэкономим, что о дефиците бюджета можно будет забыть. А надсмотрщики ведь ещё и налоги платить будут... Разумеется всякое недовольство должно подавляться ещё в зародыше и самым беспощадным образом, с последующим переводом виновных в нелояльности к государству, под купола на вполне законных основаниях. Понимаете, господин президент?
Мы успокаиваем толпу, там внизу, обещаниями скорых реформ. Затем объявляем о создании тысяч новых рабочих мест, а так же о новой программе по обеспечению малоимущих самым необходимым за счет государства. А дальше начинает раскручиваться машина государственного аппарата и под этот каток под разными предлогами, в первую очередь мы затянем организаторов нынешних беспорядков. В качестве кости можно будет бросить толпе Смаленски на растерзание, нашего министра финансов. Он уже изрядно проворовался.
А если вдруг что ни будь пойдет не так как надо, то на организаторов "Нового Порядка" все и свалим. Я думаю, что лидеры из этих, - Штефан кивком головы указал на окно, - подойдут, для роли такого масштаба. На двоих зачинщиков у нас компромата нет пока, зато авторитет у них в толпе имеется. Это же безпроигрышная лотерея. Вы не находите?
– Это всё красиво на словах, - отмахнулся президент, - но мне нужны расчеты и выкладки. Цифры мне нужны, цифры.
– Да, да, разумеется, - закивал Штефан.
– Если прикажете, я в течение недели подготовлю докладную со всеми расчетами, и все распланирую, останется только подписать...