Год Героя

Важин Александр

— Йон, — обратился Краф к стоящему у двери управляющему. — Подбери сапоги чужеземцу.

Йон кивнул и исчез. Алексей снова присел за стол.

— Угощайся, — провел Мастер рукой над горшками с различной снедью.

Алексей поблагодарил хозяина и приступил к трапезе. Краф налил гостю из кувшина в железный кубок, потом наполнил свой. Они молча выпили.

— Ну, как тебе вино? — осведомился Мастер.

Это было хорошее виноградное вино, и Алексей кивнул:

— Отличное.

— Это с виноградников Маннеда. Нужно много времени, чтобы хорошее вино дозрело. Это дешевое вино не требует выдержки, и его можно пить почти сразу же. А ведь оружие точно так же.

Хорошее оружие быстро не сделаешь. Нужно время, надобно много дней и ночей, чтобы клинок «дозрел». Да ты ешь, — сказал Мастер внимательно слушающему Алексею. — Давай кушай. И расскажи мне, кто ты и откуда. Ты ведь не олавич?

И подал Алексею пример, отломив большой кусок каравая и намазывая его каким-то паштетом.

— Ты прав, Мастер, я не олавич, — согласился Алексей и тоже приступил к ужину. — Я из далеких краев… и даже не знаю, как далеко они находятся отсюда.

Вдруг Краф резко вскочил и схватил жующего Алексея за руку.

— Идем, я покажу тебе меч.

Они проследовали по освещенному факелами коридору в одну из мастерских комнат, в которой даже ночью не прекращалась работа. Алексей шлепал босыми ногами по каменному полу, еле поспевая за большими шагами долговязого мастера. Краф нырнул в следующую комнату, Алексей зашел следом и огляделся.

Повсюду стояло или висело оружие. Чего тут только не было — мечи большие, средние и маленькие, прямые и кривые, алебарды, различные кинжалы, сабли и топоры. Пока Алексей завороженно разглядывал всё это сверкающее богатство, Краф взял со стола в углу меч в черных ножнах и поднес его Алексею. Судя по характерной рукояти, это была катана.

Мастер медленно освободил клинок от ножен и тот сразу же заиграл полированным лезвием в свете ламп. Краф покрутил катану туда-сюда перед глазами.

— Вот уже более пяти поколений наш род кует лучшее оружие в этой части света. И я стал достойным продолжателем дела моего отца и деда. Правители многих стран и народов жаждут заплатить немало золота, чтобы у них была моя сталь. — Долговязая фигура Мастера излучала гордость. Не бахвальство, но гордость. — Но такого оружия мне делать еще не доводилось. — Краф потряс катаной. — Да, — покачал он головой и перевел взгляд на Алексея, — задал ты мне задачу. Много бессонных ночей провел я, чтобы сделать этот клинок. За это время я понял, что ты хорошо знал, о чем просил. И такой меч не будет просто игрушкой или украшением на стене у изголовья. Но также я понял, что изготовить такой меч за столь короткий срок нельзя. Я бы его ковал не меньше года. И я его выкую! Сейчас же я сделал всё, что в моих силах. Я сделал тебе меч, — голос Мастера стал тише, — но через год я тебе изготовлю такой же меч, но гораздо лучше. Пока же этот будет служить тебе.

Краф вложил меч в ножны и протянул катану Алексею.

Алексей обнажил клинок и сначала осторожно осмотрел лезвие, потом попробовал несколько раз рубануть воздух. Поxoже, этому мастеру всё-таки удалось изготовить самурайский меч, которого он никогда не видел. Ну что же, может, это и не была настоящая катана, которую он раньше не так уж часто держал в руках, но, во всяком случае, меч выглядел достаточно надежным. И такое оружие было по крайней мере привычным.

— Ну что же, Мастер, спасибо тебе. Это то, что мне нужно.

— И тебе спасибо, чужеземец. Ты тоже меня кое-чему научил. Я открыл для себя новые грани своего искусства. Как мне тебя называть?

— Алексеем.

— Лекс, — по-своему переиначил имя Краф, — в твоей стране все вооружены такими клинками? Какие мастера их делают? — задал Мастер вопрос.

— Такой

меч называется «катана». — Хоть Алексей и знал, что на самом деле катана — это не название такого клинка, а способ ношения длинного самурайского меча, который носится в ножнах, заткнутым за пояс лезвием вверх. И его выхватывают из ножен, обнажая движением сверху вниз. Именно так самураи начали носить свои мечи, когда стали в основном воевать не конными, а пешими. Но Алексей для себя по привычке называл меч катаной. — Этими мечами дрались воины одной маленькой далекой страны.

«Хотя какой далекой, если сравнивать со „здесь“…» — добавил Алексей уже про себя.

Зашел Йон с несколькими парами отличных, добротных сапог, одна из которых как раз пришлась Алексею впору.

Утром после завтрака Алексей протянул Мастеру деньги за меч.

— Не надо. Работа, которую я потратил на изготовление этого меча, стоит гораздо больше, чем двадцать фолей. Надеюсь, что мое оружие тебя не подведет. А через год я сделаю такой же, но еще лучше. Тогда и расплатишься, — чинно произнес Краф.

— Ну что же, я настаивать не буду. Спасибо. Ну, раз такое дело, посоветуй мне какой-нибудь хороший кинжал, — попросил Алексей.

За полфоля он выбрал в оружейной Мастера узкий трехгранный кинжал и собрался прощаться.

— Краф, позавчера в таверне я спас от рук бандитов девочку. Куда ее можно пристроить? — решил Алексей спросить совета.

— А ну-ка, расскажи поподробнее, — попросил Мастер. Алексей поведал о происшествии в таверне, стараясь ничего не упускать.

— Интересно, что в Анкоме делал потворник? — сам у себя спросил Краф. — Где эта портовая крыса? — обратился он уже к Алексею.

— В комнате, где я ночевал.

— Их трудно перевоспитать… — Мастер что-то взвешивал про себя. — Моей домработнице нужна помощница. Она и займется воспитанием девочки.

— Я должен сказать спасибо тебе еще раз. Но я скажу тебе, Мастер, что ты просто хороший человек.

Долговязая фигура как-то даже поникла от слов Алексея.

— Не благодари меня. Скорее всего через пару дней эта воровка сбежит обратно в порт. Йо-он!

Прибежал управляющий. Толстяк наверняка рассчитывал, что Мастер поручит ему затребовать причитающиеся деньги с клиента, на которого и так уже изрядно потратились. Да и уж очень долго трудился Мастер над заказом этого бродяги, в ущерб другим делам.

— Йон, — обратился Мастер к управляющему. — Девочку, которая пришла с ним, — он кивнул на Алексея, — передашь под опеку Клиссы. Она будет ей помогать. Выделишь ей всё необходимое.

— Но Мастер… — начал было толстяк.

— Йон, ты же знаешь, я своих решений не меняю. — В глазах Крафа начал зажигаться огонек недовольства. — Ступай, я сам закрою.

Управляющий грустно вздохнул.

— Понял, — пролепетал он и убежал исполнять наказ Мастера.

— Ну что же, чужеземец Лекс. Удачи тебе на поле твоей битвы. Пусть мой меч хранит тебя. В свидетели я призываю всемогущего и всевидящего Анию.

— И твои дела пусть процветают. Я думаю, что мы еще свидимся. Если я тебе в этот раз не сильно докучал, — улыбнулся Алексей.

— Не сильно, — засветилась ответная улыбка на вытянутом лице бранна.

Алексей вывел Малышку на улицу, обернулся и напоследок крепко пожал руку Мастеру.

«А вот здесь на нас напали бандиты», — вспомнил Алексей, проезжая по дороге в памятном леске. Воспоминание тут же отозвалось давней болью в раненом тогда плече. Меч за спиной хоть и придавал толику уверенности, но всё же следовало быть осторожным.