…И мир, как море пред зарею,И я иду по лону вод,И подо мной и надо мноюТрепещет звездный небосвод…
ПУСТЫНЯ
Монмартр… Внизу ревет Париж —Коричневато-серый, синий…Уступы каменистых крышСлились в равнины темных линий.То купол зданья, то соборВстает из синего тумана.И в ветре чуется просторВолны соленой океана…Но мне мерещится порой,Как дальних дней воспоминанье,Пустыни вечной и немойНенарушимое молчанье.Раскалена, обнажена,Под небом, выцветшим от зноя,Весь день без мысли и без снаВ полубреду лежит она,И нет движенья, нет покоя…Застывший зной. Устал верблюд.Пески. Извивы желтых линий.Миражи бледные встают —Галлюцинации
Пустыни.И в них мерещатся зубцыСтаринных башен. Из туманаГорят цветные изразцыДворцов и храмов Тамерлана.И тени мертвых городовУныло бродят по равнинеНеостывающих песков,Как вечный бред больной Пустыни.Царевна в сказке, — словом властнымСтепь околдованная спит,Храня проклятой жабы видПод взглядом солнца, злым и страстным.Но только мертвый зной спадетИ брызнет кровь лучей с заката —Пустыня вспыхнет, оживет,Струями пламени объята.Вся степь горит — и здесь, и там,Полна огня, полна движений,И фиолетовые тениТекут по огненным полям.Да одиноко городищаЧернеют жутко средь степей:Забытых дел, умолкших днейНенарушимые кладбища.И тлеет медленно закат,Усталый конь бодрее скачет,Копыта мерно говорят,Степной джюсан звенит и плачет.Пустыня спит, и мысль растет…И тихо всё во всей Пустыне:Широкий звездный небосводДа аромат степной полыни…
1901
Ташкент — Париж
В ВАГОНЕ
Снова дорога. И с силой магическойВсё это вновь охватило меня:Грохот, носильщики, свет электрический,Крики, прощанья, свистки, суетня…Снова вагоны едва освещенные,Тусклые пятна теней,Лица склоненныеСпящих людей.Мерный, вечный,Бесконечный,ОднотонныйШум колес.Шепот сонныйВ мир бездонныйМысль унес…Жизнь… работа…Где-то, кто-тоВечно что-тоВсё стучит.Ти-та… то-та…Вечно что-тоМысли соннойГоворит.Так вот в ушах и долбит и стучит это:Ти-та-та, та-та-та… та-та-та… ти-та-та…Мысли с рыданьями ветра сплетаются,Поезд гремит, перегнать их старается…Чудится, еду в России я…Тысячи верст впереди.Ночь неприютная, темная.Станция в поле… Огни ее —Глазки усталые, томные —Шепчут: «Иди…»Страх это? Горе? Раздумье? Иль что ж это?Новое близится, старое прожито.Прожито — отжито. Вынуто — выпито…Ти-та-та… та-та-та… та-та-та… ти-та-та…Чудится степь бесконечная…Поезд по степи идет.В вихре рыданий и стоновСлышится песенка вечная.Скользкие стены вагоновДождик сечет.Песенкой этой всё в жизни кончается,Ею же новое вновь начинается,И бесконечно звучит и стучит это:Ти-та-та… та-та-та… та-та-та… ти-та-та…Странником вечнымВ пути бесконечномСтранствуя целые годы,Вечно стремлюсь я,Верую в счастье,И лишь в ненастьеВ шуме ночной непогодыВеет далекою Русью.Мысли с рыданьями ветра сплетаются,С шумом колес однотонным сливаются,И безнадежно звучит и стучит это:Ти-та-та… та-та-та… та-та-та… ти-та-та…
Май 1901
В поезде между Парижем и Тулузой
КАСТАНЬЕТЫ
Е. С. Кругликовой
Из страны, где солнца светЛьется с неба жгуч и ярок,Я привез себе в подарокПару звонких кастаньет.Беспокойны, говорливы,Отбивая звонкий стих, —Из груди сухой оливыСталью вырезали их.Щедро лентами одетыС этой южной пестротой;В них живет испанский зной,В них сокрыт кусочек света.И когда Париж огромныйВесь оденется в туман,В мутный вечер, на диванЛягу я в мансарде темной,И напомнят мне онеИ волны морской извивы,И дрожащий луч на дне,И узлистый ствол оливы,Вечер в комнате простой,Силуэт седой колдуньи,И красавицы плясуньиСтан и гибкий и живой,Танец быстрый, голос звонкий,Грациозный и простой,С этой южной, с этой тонкойСтрекозиной красотой.И танцоры идут в ряд,Облитые красным светом,И гитары говорятВ такт трескучим кастаньетам,Словно щелканье цикадВ жгучий полдень жарким летом.
Июль 1901
Маllorса. Valdemosa.
VIA MALA
Там с вершин отвесныхЛедники сползают,Там дороги в тесныхЩелях пролегают.Там немые кручиНе дают простору,Грозовые тучиОбнимают гору.Лапы темных елейМягки и широки,В душной мгле ущелийМечутся
потоки.В буйном гневе свирепея,Там грохочет Рейн.Здесь ли ты жила, о фея —Раутенделейн?
1899
Тузис
ТАНГЕЙЗЕР
Смертный, избранный богиней,Чтобы свергнуть гнет оков,Проклинает мир прекрасныйСветлых эллинских богов.Гордый лик богини гневной.Бури яростный полет.Полный мрак. Раскаты грома…И исчез Венерин грот.И певец один на воле,И простор лугов окрест,И у ног его долина,Перед ним высокий крест.Меркнут розовые горы,Веет миром от лугов,Веет миром от старинныхОстрокрыших городков.На холмах в лучах закатаКупы мирные дерев,И растет спокойный, стройныйПримиряющий напев.И чуть слышен вздох органаВ глубине резных церквей,Точно отблеск золотистыйУмирающих лучей.
1901
Андорра
ВЕНЕЦИЯ
Резные фасады, узорные зданьяНа алом пожаре закатного станаПечальны и строги, как фрески Орканья, —Горят перламутром в отливах тумана…Устало мерцают в отливах туманаДалеких лагун огневые сверканья…Вечернее солнце, как алая рана…На всем бесконечная грусть увяданья.О пышность паденья, о грусть увяданья!Шелков Веронеза закатная Кана,Парчи Тинторето… и в тучах мерцаньяОсенних и медных тонов Тициана…Как осенью листья с картин ТицианаЦветы облетают… Последнюю дань яНесу облетевшим страницам романа,В каналах следя отраженные зданья…Венеции скорбной узорные зданьяГорят перламутром в отливах тумана.На всем бесконечная грусть увяданьяОсенних и медных тонов Тициана.
<1902, 1910>
НА ФОРУМЕ
Арка… Разбитый карниз,Своды, колонны и стены.Это обломки кулисСломанной сцены.Здесь пьедесталы колонн,Там возвышается ростра,Где говорил ЦицеронПлавно, красиво и остро.Между разбитых камнейЯщериц быстрых движенье.Зной неподвижных лучей,Струйки немолчное пенье.Зданье на холм поднялосьЦепью изогнутых линий.В кружеве легких мимозОчерки царственных пиний.Вечер… И форум молчит.Вижу мерцанье зари я.В воздухе ясном звучит: Ave Maria!
1900
Рим
АКРОПОЛЬ
Серый шифер. Белый тополь.Пламенеющий залив.В серебристой мгле оливУсеченный холм — Акрополь.Ряд рассеченных ступеней,Портик тяжких Пропилей,И за грудами камений,В сетке легких синих теней,Искры мраморных аллей.Небо знойно и бездонно —Веет синим огоньком.Как струна, звенит колоннаС ионийским завитком.За извивами КефизаЗаплелись уступы горВ рыже-огненный узор…Луч заката брызнул снизу…Над долиной сноп огней…Рдеет пламенем над ней он —В горне бронзовых лучейЗагорелый Эрехтейон…Ночь взглянула мне в лицо.Черны ветви кипариса.А у ног, свернув кольцо,Спит театр Диониса.
1900
Афины
ПАРИЖ
1 С МОНМАРТРА
Город-Змей, сжимая звенья,Сыпет искры в алый день.Улиц тусклые каменьяСиневой прозрачит тень.Груды зданий как кристаллы;Серебро, агат и сталь;И церковные порталы,Как седой хрусталь.Город бледным днем измучен,Весь исчерчен тьмой излучин,И над ним издалека —По пустыням небосклона,Как хоругви, как знамена,Грозовые облака…И в пространство величаво,Властной музыкой звуча,Распростерлись три луча,Как венец… (Твой образ — Слава!)И над городом далечеНа каштанах с высоты,Как мистические свечи,В небе теплятся цветы…
<1904–1905>
2 ДОЖДЬ
В дождь Париж расцветает,Точно серая роза…Шелестит, опьяняетВлажной лаской наркоза.А по окнам, танцуяВсё быстрее, быстрее,И смеясь и ликуя,Вьются серые феи…Тянут тысячи пальцевНити серого шелка,И касается пяльцевТоропливо иголка.На синеющем лакеРазбегаются блики…В проносящемся мракеЗамутились их лики…Сколько глазок несхожих!И несутся в смятеньи,И целуют прохожих,И ласкают растенья…И на груды сокровищ,Разлитых по камням,Смотрят морды чудовищС высоты Notre-Dame…
