Голод
Шрифт:
— Ну, оставь ты это мужикам. У нас завтра сдача практики по уколам. Препод зверь!
Василиса нахмурилась, но кивнула. Что-что, а благоразумие в ней осталось, тем более что опасности, вроде так и не было.
— Ладно, — кивнула
Остальные казались Макару слишком симпатичными.
Она отняла свою руку от Макара и потянулась в его лицу.
— Не целуй, — попросила она, когда он нахмурил брови. — Просто отнеси в машинку.
— В машинку, — закатил глаза Макар и под улюлюканье поднял на себя Василису. За задницу. Вот не дебил ли? Нашел время.
— Иди двери открывай, чего стоишь? — кивнул он Паше и тот сразу подорвался.
Эта парочка, все-таки соприкоснувшись губами, шла за ним.
— Ну что там? — спросил Макар, когда Паша вместо того, чтобы открыть двери достал из кармана телефон.
— Да помехи какие-то, — сказал он небрежно и вдруг резко вскинул на Макара испуганный взгляд.
Тому потребовалось всего две доли секунды, чтобы оценить ситуацию и принять решение.
— Борис из тачки! — рявкнул он на всю улицу и рванул в сторону, даже не думая отпустить, замершую Васю.
Паша тоже рванул от машины.
Все происходило одновременно. Все происходило почти в одну растянутую секунду.
— Ложись! — крикнул Данил, сам
Машина полыхнула огнем, взрывной волной огромной силы. Всех отбегающих отбросило в стороны, а Борю водителя под визг Василисы сожгло заживо.
Но Данил почему-то знал, что кричит она не из-за этого.
— Мака-ар! — орала она, как раненая волчица над дитем, дергая недвижимую тушу, когда все начали подниматься из укрытий. — Мака-ар! Сделайте же что-нибудь! Сделайте! Скорую! Паша быстро!
Она рвала на себе платье, приговаривая:
— Сейчас, сейчас милый, я же врач! Будущий правда. А я и забыла, представляешь? — истерично засмеялась она, подкладывая ткань под голову Макара. — С тобой я обо всем забыла. Только умирать не смей. С тобой лягу. Не смей, понял?! Паша, скорую!
— Вызываю!
Данил подбежал и тут же отпрянул. По груди шефа растекалось ярко красное пятно, а по лицу расползлась болезненная бледность, кроме тех мест, где от удара об асфальт повредилась кожа.
И в голове набатом торкнула мысль, что все надежды ревущей и оказывающей первую помощь Василисы зря. Смерть уже пришла за Макаром. Значит, будет преследовать снова и снова.
Конец первой части