Голод
Шрифт:
– Нет, сынок, нет, я не об этом, - щеки мамы покрылись смущенным румянцем, когда она мягко улыбнулась, выглядя при этом потерянной и жутко виноватой, - Просто ты же помнишь, что ты не можешь общаться с ДРУГИМИ девушками….
– …я не причиню никому вреда.
– Я не об этом, родной мой! Я знаю, что не причинишь! – отпустив мою руку, её ладони опустились на мои холодные щеки, когда мама улыбнулась с огромной нежностью глядя в мои глаза, - Ты самый добрый и искренний мужчина из всех, кого я только знаю, сынок мой! Я вижу это! У тебя
– …но? – сипло выдохнул я, с грустью глядя на маму.
Я знал, что услышу дальше.
– …но миссис Гаррет, она постоянно спрашивает о тебе… её дочь…
– Мам! Давай поговорим об этом завтра, пожалуйста! У меня был чертовски тяжелый день, и я жутко не выспался.
Если лава внутри меня могла стать ледяной, то она такой стала в тот момент.
Я ненавидел эти разговоры, которые каждый раз заканчивались ничем, потому что я просто в очередной раз сбегал.
Я нес бремя своего отца, понимая, что меня зажали обстоятельствами, как дикого хищника в клетке, и сколько бы я не скалился и не рычал, жизнь была не на моей стороне. Дважды.
– Конечно, милый мой! Конечно!
Мама грустно улыбнулась, наклонившись, чтобы прикоснуться своими ласковыми губами в моему лбу, и я окунулся в её такой родной и самый любимый запах, - Просто знай, что я люблю тебя, сынок! И что я безмерно рада, что ты смог приехать! Сладких снов тебе, мой синеглазый мальчик!
В её словах была невысказанная боль, потому что мама знала, что скоро я уеду снова.
Я знал, что она как всегда не скажет мне и слова против, просто крепко обнимает и произнесет, что её сердце всегда будет со мной, где бы я не был. И я уеду, терзаемый болью и своей беспомощностью.
– Спасибо, мам. И тебе, - поцеловав её в теплую ладонь, я улыбнулся ей как можно жизнерадостнее напоследок, когда мама вышла, тихо закрыв за собой дверь.
Чертова жизнь!
Проклятый я!
И весь этот безумный мир, который делал все, чтобы на моем пути были одни препятствия и боль.
Я откинул подушку с ноющих и подрагивающих бедер.
ЧЕРТОВА ЖИЗНЬ!!!
Ну почему именно сейчас?
Почему именно она?
Соня была слишком маленькой, слишком беззащитной предо мной и, к сожалению, это заводило меня ещё сильнее, когда рычание пробуждающегося зверя внутри меня, отдавалось шумом в ушах и начинающейся головой болью.
Глава 62.
Не смей! Просто не смей даже думать об этом, Генри!
Выброси телефон! Удали её номер и забудь её!
Ты стоишь на грани, Генри! Не подвергай девочку ещё большей опасности!
Всё было так, всё было правильно, но я не мог оставить её.
Пусть не сегодня. Завтра.
Да, завтра я сделаю это! Я удалю её номер и больше никогда не покажусь рядом с ней.
Мне была нужна лишь эта ночь, совсем немного, чтобы насладиться ею в последний раз.
Я не прикоснусь к ней, всего лишь услышу её сладкий голосок и всё.
На этом я поставлю точку.
Потому
Она ДОЛЖНА была быть МОЕЙ круглосуточно.
Должна. Но не будет.
Только один звонок.
И точка.
Телефон скрипнул в моих руках, когда я отрывисто дернулся, схватив его в ладонь, набирающуюся новой волной удушливых желаний, выжигающих моё сердце дотла.
Кого я пытался обмануть?
Даже удалив её номер из телефона, я не смогу стереть его из своей памяти!
Пальцы предательски дрожали, когда я быстро тыкал на круглые кнопки сенсорного экрана, набирая сладкие циферки и нажимая кнопку вызова.
Гудки были длиннее моей жизни, заставляя моё сердце яростно трепыхаться внутри, расталкивая удушливую темноту, завладевающую моим телом все сильнее и сильнее.
Может она уже спит?
Сладкая, маленькая, обнаженная, свернувшаяся на своей кровати.
Животный рык зарождался в моей груди, когда я отчаянно тряхнул головой, приложившись затылком о спинку кровати позади себя.
К несчастью она оказалась мягкой и нужного эффекта просветления мозгов не получилось!
Я покосился на часы на тумбочке, которые показывали почти час ночи.
О ком она думала, когда засыпала? Кого видела во сне?
– Да?
И наверное этот исход был бы самым предпочтительным в этой ситуации, потому что мой контроль истончался подобно тающей сахарной вате под палящим солнцем в знойный день.
Мышцы пресса сжимались невообразимым образом, скручивая тело, оставляя лишь одну пульсирующую точку на пике своего безудержного желания.
Я словно подхватил тропическую лихорадку!
– Соня, привет, - хрипло выдохнул я, понимая, что ожидание затянулось, и возможно девочка понятия не имела, кто ей позвонил, - Прости, кажется, я разбудил тебя….
Я снова тряхнул головой отгоняя от себя мысли о её обнаженном теле на кровати, запустив руку в мягкую шерсть КалЭла, спящего у моего бока.
Он был единственным живым существом, способным остановить мою обезумевшую животную натуру, рвущуюся на свободу.
– Генри!
– радостно выдохнула девушка, и от её эмоций мне не стало легче ни на секунду, - Нет, я не сплю! Ещё работаю!
Чтобы отвлечь себя от мыслей об её обнаженном теле, я прислушался к приглушенным звукам на заднем фоне. Работал телевизор, но так тихо, что было невозможно понять потоков речи.
– Ты дома?
– нахмурившись, уточнил я, надеясь, что мой голос не прозвучал излишне грозно и напористо.
– Конечно!
– задорно хохотнула девушка в ответ, и смешинки в её голосе были самым чудесным и сладким звуком, который я только мог слышать в своей дикой жизни среди зверей, заставляя задуматься над тем, как бы звучал её голос в момент стона? Когда её тело было бы покрыто потом и мной? Вбивающимся в неё отчаянно и безумно? – Где мне ещё быть в такое время?