Голос гнева
Шрифт:
Спуск прошел без происшествий. Только оказавшись у подножия скал, охотники выдохнули.
— Знаете, я тут подумал. Одно дело ради еды собой рисковать, другое ради чужого эго, — Таврион кивнул на связанную тяжеленную шкуру.
Ника передернула плечами.
— Больше всего платят, меньше всего вопросов, если не преуспеешь.
Нерей вздохнул.
— Пойдемте. Скоро закат, я замерз и хочу есть, а нам еще ужин готовить.
Таврион и Ника вдвоем взялись за шкуру, и только сейчас женщину пробила дрожь — конкретно этот зверь был раза в полтора больше тех, на которых
***
— За неделю уложились, значит, — задумчиво проговорил Нерей, глядя на город с пригорка. — А столько всего произошло.
Ника передернула плечами, чувствуя острое неудовлетворение. Они выполнили все задачи: вынесли Афин в схрон, часть реликтов спрятали неподалеку от городских стен, она потренировалась. И все же, все же.
— Могла еще пару дней потренироваться, — буркнула Ника.
Таврион тяжело вздохнул. Его прогресс был и того меньше — ни эскизов, ни идей, как их достать, где проводить эксперименты, у кого учиться. Только пара оленьих шкур и руда, тоже прикопанная рядом с городом.
— Неделя, — вдруг странным тоном, словно учительским, начал Нерей. — Неделя, дети мои, это семь дней. Семь дней по двадцать четыре часа, из которых восемь нужно потратить на сон, еще пару часов минимум на еду и готовку. Остается двенадцать по семь. Эборос, сколько это будет?
— Восемьдесят четыре.
— Ага. Восемьдесят четыре, из которых два дня мы в пути, то есть минус еще двадцать четыре. Осталось шестьдесят, минус еще двенадцать на охоту на барсов, и в сухом остатке сорок восемь, за которые мы нашли руду, кожу, Ника увеличила свой прогресс на сорок два процента, Таврион и я разобрались с Афиной и научились ей пользоваться. И из которых уже минут пять мы потратили на стенания о том, как мало мы сделали, — фыркнул Нерей. — Ника, хватит.
Та отвернулась, поджав губы.
— Нам и правда пора в город, — буркнула она и двинулась к городским воротам.
Таврион вздохнул и как-то беспомощно посмотрел на Нерея, после чего поторопился ее нагнать.
— Молодежь, — ворчал себе под нос старый охотник, догоняя пару.
На северных воротах их встретила новая охранница. Высокая, мощная кригерша — самое главное, с весьма проницательным взглядом.
«Человек Наарбака», — Ника натянула отрешенное выражение лица. — «Ждет нас? Или вообще решили взять ворота под контроль?»
— Вот шкура, — она протянула добычу ей. — Копье сейчас сдам.
— Одна, — женщина одной рукой небрежно приняла шкуру, которую они попеременно тащили на спине, отдуваясь. — Всего одна.
— В горах выпал снег. В этом году рано, — спокойно ответила Ника, глядя ей в глаза.
Кригерша прищурилась и мотнула головой в сторону комнаты с арсеналом, Ника выдохнула и зашагала туда.
— Почему втроем? — кригерша развернулась к Нерею и Тавриону.
— Так Ника в прошлый раз чуть не померла, — простодушно ответил Нерей. — Сорвалась со скалы. Мы подумали, что может
— И как?
— Чуть не сожрали, — Нерей натянул простоватое выражение лица, надеясь, что не переигрывает.
Таврион кашлянул.
— А оплата будет? — поинтересовался он. — Я пошел, потому что обещали сильно больше, сезон охоты на бизонов закончился, остались варианты только на волков ходить или на барсов.
— С барсами уже тоже все, — буркнул Нерей. — Холодно.
— Вот ваши деньги, — небрежно ответила кригерша, скривившись. Многие из кригеров высокомерно относились к деньгам.
— Прекрасно, — Таврион взвесил мешок в руке и удовлетворенно кивнул.
Вернувшаяся Ника напряглась. Что-то в лицах людей было не так, и она решила просто запомнить выражения и позы, чтобы обдумать их после.
— Идем, — сказал ей Нерей, и они зашагали прочь от ворот.
— Странно это, — сказал Таврион, чем заслужил два предупреждающих взгляда и вздохнул. — Остановимся, деньги поделим и по домам. В душ хочу нормальный, смыть все это.
Пазуху Ники буквально жгли три спрятанных в рукаве контейнера с Афинами, в душе пело предчувствие скорой встречи с братом и обмен новостями — днем он не встречал ее, кригеры никого не пускали с работы пораньше независимо от повода.
Она быстро шагала по городу, привычно стараясь не смотреть по сторонам. Насколько хорошо и свободно она себя ощущала в лесу, также напряженно и скованно в городе — и ей бы хотелось думать, что дело в захватчиках, но и до этого город навевал на нее странный перегруз и периодические вспышки раздражения от количества людей.
Ника вернулась домой, нагрела воды, смыла с себя недельную грязь и выдохнула — в доступе к благам цивилизации все же находились и плюсы. Перекусив остатками лепешек и сушеной рыбы, она положила спрятанные по котомкам остатки оленины в погреб и рухнула спать.
***
Разбудил ее голос брата. Открыв глаза, она автоматически определила время — полчаса после заката.
— Ты в порядке, — услышала она встревоженно-раздраженное. — Я вас у ворот караулил.
Ника зевнула.
— Днем вернулись. Афина, анализ. Нас встретила кригерша второго статуса на воротах, сообразительная, вопросы задавала. Скорее всего, человек Наарбака.
— Да. Он интересовался, куда это ты делась в преддверии поездки в Эрзо. Мне пришлось срочно сочинять легенду.
— Хм. И какую?
— Что ты в прошлый раз чуть не умерла и решила найти компанию, чтобы было кому тебя вытащить, если что, — Эвр присел за стол, внимательно на нее глядя.
— Мы тоже самое сказали, — Ника выдохнула и с трудом поднялась с постели. Нашарив нужный камень, она нажала на него и вытащила из тайника контейнер с Афиной, протянув брату.
— Это…
— Да, это Афина, — Ника улыбнулась, видя предвкушение на лице брата. — Открывай и подставь к уху.
— Я помню.
Эвр с благоговением принял контейнер, долго ковырялся, опасаясь приложить достаточно усилий, чтобы вскрыть коробку, и наконец-то загрузил Афину. Ника улыбалась и не торопила брата, с восхищением глядящего перед собой.