Головоломка
Шрифт:
– Допивай кофе и уходи, – раздраженно произнес он. – Внешне ты, конечно, изменилась, но в душе осталась той же.
– Ты меня не прогонишь. Я проехала сто километров, чтобы сюда добраться, так что останусь и покажу, что нашла.
Хлоэ открыла ноутбук и попыталась подключиться к Wi-Fi.
– Я сменил пароль.
– А как же доверие? Ладно, тогда… – Она встала. – Твой ноутбук в спальне?
Хлоэ направилась к лестнице, но Илан преградил ей путь.
– Не стоит.
– Там что, женские тряпки или фотография девушки? Мне плевать, ты имел право начать новую жизнь.
– Знала бы ты, на что она похожа, моя жизнь!
Хлоэ усмехнулась:
– Я
– Что за машина?
Хлоэ задумалась.
– «Ауди», большой, кажется, черный, думаю, ты знаешь. Высоко летаешь, Илан! Где она работает?
Илан онемел. Рядом с его домом нет других строений, ведет к нему дорога, длиной в километр, ответвляющаяся от коммунального шоссе, и никаким машинам тут делать нечего. Он машинально потер то место на руке, где утром обнаружил странную ямку.
Кто-то за ним следит. Теперь он совершенно уверен, что этот кто-то побывал в доме. Тени существуют, они не плод его воображения.
Все двери и окна были заперты и закрыты, так как же неизвестный проник внутрь?
– Я сейчас вернусь, – сказал он. – Пароль – «Катондутик» [5] , можешь набрать.
Он пулей взлетел на второй этаж, ввалился в ванную, осторожно снял висевшее над раковиной зеркало, за которым был устроен тайник, достал коричневый крафтовый конверт, заглянул внутрь и облегченно вздохнул.
5
От имени Марка Порция Катона, известного также как Катон Утический (95–46 до н. э.). Древнеримский политический деятель, проповедник строгих нравов, лидер аристократии в сенате, принципиальный противник Цезаря и видный философ-стоик. После самоубийства в осажденной Цезарем Утике стал символом защитников республиканского строя.
Секретный блокнот отца никуда не делся. Все страницы были чистыми – кроме той, что находилась в самой середине. На ней цветной тушью был сделан загадочный рисунок – пейзаж с горами, соснами, радугой, озером и островком в левой его части. Радуга была особенная: три полосы разных оттенков голубого цвета, одна желтая и одна оранжевая. Автор рисунка находился на мосту или на скале. Сделанная внизу подпись гласила: «Здесь царит Хаос, но на вершине ты обретешь равновесие. Там ты найдешь все ответы».
В самом конце страницы находился столбик крошечных, едва различимых цифр:
H 470
H 485
H 490
H 580
H 600
Родители Илана были учеными-неврологами и до исчезновения работали в Гренобле, возвращаясь домой только на выходные. Илан понятия не имел, чем конкретно занимаются отец и мать, но незадолго до гибели в открытом море они рассказали, что сделали ряд революционных открытий, в том числе о механизмах памяти и феноменах забвения. Илан хорошо помнил, какими серьезными и спокойными были их лица, выражавшие одновременно радость и скрытое беспокойство.
Сегодня никому не известно, как супруги Дедиссет поступили со своим открытием, где спрятали результаты. Илан был уверен, что отец, имевший основания опасаться за жизнь и безопасность семьи, сознательно зашифровал в рисунке место, где находится
Возможно, по этой же причине Дедиссет-старший хранил в глубине шкафа пистолет.
Они чего-то боялись. Или кого-то.
Илан вернулся к странной, практически не поддающейся пониманию карте сокровищ. Он пробовал разгадать рисунок почти два года, но так и не понял ход мыслей отца, который приохотил его к головоломкам, шарадам и ребусам. Дело родителей – попытка постичь природу памяти – оставалось для Илана тайной за семью печатями.
Здесь царит Хаос, но на вершине ты обретешь равновесие. Там ты найдешь все ответы.
Почему отец не оставил ему ни малейшей подсказки? Он все перепробовал, прошерстил в Интернете тысячи фотографий, пытаясь определить местоположение изображенного на рисунке пейзажа, искал связь с цифрами. Что означает буква «H»? Почему числа расположены именно в таком порядке? Зачем отец изобразил радугу странной расцветки, если на листке нет ни капель дождя, ни солнца, то есть и радуге по идее взяться неоткуда?
Рисунок и цифры «колоться» не желали.
Илан бережно положил блокнот в конверт и убрал его в тайник. Никто, кроме Хлоэ и, возможно, нескольких коллег родителей, которым они полностью доверяли, не знал о существовании блокнота. Загадка рисунка оказалась не по зубам даже бывшей подружке Илана – лучшей из искателей сокровищ.
Что открыли его родители? Волшебное лекарство, способное совершить революционный переворот в медицине? Могли они создать новые теории о механизме функционирования памяти? Почему отец и мать засекретили свою работу и – главное – где они спрятали документы?
Какие мрачные тайны скрывает странная карта?
Илан пошел вниз.
Хлоэ ждала его у лестницы, и на лице у нее было написано очевидное нетерпение.
6
Хлоэ поставила ноутбук на столик, экраном к креслу, и опустила жалюзи, чем немало удивила Илана.
– Дурная привычка, – объяснила она. – С некоторых пор предпочитаю работать в темноте.
Она устроилась рядом с ним – совсем как в старые добрые времена, когда они все вечера и ночи напролет проводили в Интернете. Илан молчал, не зная, как реагировать: она появилась из ниоткуда, все такая же красивая, но совсем другая, снова причинила ему боль и даже не поняла этого. Хлоэ пребывала где-то далеко, в собственном мире…
Она запустила поиск.
– У тебя анонимный ай-пи-адрес?
– Да, а это важно?
– Так надежней… Береженого Бог бережет. Лично я больше не свечу мой ай-пи где ни попадя.
Хлоэ набрала адрес. Ее пальцы с завораживающей скоростью порхали по клавиатуре. Страница загрузилась.
– Это официальный сайт Антверпенского зоопарка, – объяснила Хлоэ. – Не буду рассказывать, как на него вышла, – после нашего расставания произошла куча разных вещей.
Илан из последних сил сдерживал проснувшегося в животе демона. Отказаться от игры оказалось куда труднее, чем бросить курить. «Паранойя» была парадоксальной смесью виртуальной и реальной жизни без какой бы то ни было концепции и конечной цели. Она существовала, не существуя, подпитываемая слухами, и никто не знал, по каким правилам ведется игра и чем должна закончиться. Возможно, никто – ни один человек – толком в нее не играл.