Гонка Героев
Шрифт:
С каждым последующим этажом растет уровень монстров, появляются мутанты, племена и даже целые цивилизации монстров, существующих в пределах одного-единственного этажа. В общем, Подземелье — это без преувеличения градообразующий объект, типа огромной шахты или завода в реальном мире. А для Пробужденных, ищущих понятной и относительно безопасной прокачки, тут и вовсе рай! В Титардо 70 % тотемов местные жители добывают именно в Подземельях, а не в опасных охотничьих угодьях монстров. Всё дело в том, что в случае смерти Пробужденного его душа в форме кристалла переносится к управителю Подземелья на первом этаже. Потом
А теперь выясняется, что Академия Пробужденных, находящаяся под патронатом Армии России, хочет заполучить часть территорий нашего Подземелья под свои нужды.
— Они платят? — спросил я об Армии.
— Нет, — кореец давит рвущийся наружу смех. — Настаивают на договоре о сотрудничестве. Сколько в России живу, всё никак не привыкну к тому, что власти пытаются выжать соки из населения.
— Пусть платят делом, услугами, долгами. Да чем угодно! Смысл в том, что мы пусть и союзники, но бесплатно они от нас ничего не получат.
Разговор с городских дел перешел на дела всей фракции. Сверхсущества Зараженных дают жару по всему миру Земли… кроме России и Европы. Видимо, потеря семи сверхсуществ сильно ударила по планам Диаманте. На других континентах мироправители Зараженных вели себя куда более агрессивно.
— Еремей и Лейх в бой просятся, — Джинронг указал пальцем в небо, намекая на их начальство. — Говорят, пока пахнет паленым, надо земли под беженцев осваивать.
— Разумно. Пока есть время, переходите к боям с тактическим преимуществом. Захватывайте клановые крепости и зачищайте от Зараженных области перед тем, как устраивать бои за летающие города [5]. Наращивайте гвардию, Джин. Это единственный способ для вас противостоять супермутантам.
Две сотни гвардейцев отлично себя показали при битве за Сталинград, не дав командованию Зараженных сбежать с поля боя. Семнадцать трижды мутантов убили!
Джинронг задумался о том, как будет выглядеть фракция Дворца Голд без своего патриарха.
— Когда уходишь?
— Сегодня вечером. Через шесть часов начнется Гонка Героев.
— Нам будет сложно без тебя, Джон. Ты — лицо фракции, лицо Дворца и наверняка сильнейший Пробужденный во всем мире Земли.
Джинронг не ждал ответа. После нашего разговора на вечеринке в честь возрождения сородичей он и сам прекрасно понимает, что я не должен тащить на себе все дела Дворца. Друзья, жители города, беженцы — все они должны сами бороться за свое будущее. Помогать им — моё желание, а не обязанность.
По времени Изнанки мира Земли предстоящая Гонка Героев продлится 120 дней. Или 30 дней в реале.
— Джин, — кореец вынырнул из своих мрачных мыслей. — Пока вам не встретится супермутант, вы способны справиться с проблемой любой сложности. Я верю в Дворец Голд! Так поверь и ты в него!
* * *
Сообществу Пробужденных сложно было не заметить появление четырех Высших драконов. На окраине Московской области сенсоры клановых крепостей и летающих городов
Сердце Дракона — эфирный орган, появляющийся только у Высших драконов — является мощнейшим Источником природной маны. Там, где пролетали властители неба, плотность магофона подскакивала в двадцать раз. В лесах у животных, почуявших драконов, шерсть вставала дыбом. Перепуганное насмерть зверье пряталось по норам, боясь попасться на глаза чудовищам, стоящим на вершине пищевой пирамиды. Даже у Пробужденных в ранге Ратника, не имеющих сильной воли, при виде четырех драконов подкашивались ноги. Такова Власть дракона! Их несокрушимый дух давил на всех вокруг.
Сделав в небе круг почета вокруг некрополя Зараженных, построенного на месте столицы России, драконы приземлились в Измайловском Парке. Хиеден, Аскуро’нди, Млахак’ар и Гибенкос — четыре могучих семидесятиметровых туши излучали мощь пика ранга Императора. Их тела сами по себе работали как «Малый Мир» со своим собственным астралом. Поэтому ограничения на допустимый ранг силы никак не сковывали Высших Драконов.
Попытки сторожевых башен Зараженных на МКАДе сбить летающие цели закончились провалом. Парящие в небе двадцатиметровые черные гробы, отвечающие за контроль астрала и пространства, также не смогли наслать иллюзий на вторженцев.
Хиеден, повернув голову в сторону ближайшего летающего гроба, одним взглядом заставил его рассыпаться и упасть на землю. Всё материальное, входящее в область его контроля, подчиняется его воле. А это назойливое насекомое всё пыталось и пыталось наслать иллюзии!
— Смешны твои потуги, убогое создание, — Хиеден, подняв голову над деревьями, осмотрел лес, по какой-то причине не тронутый Зараженными. — Довольно, правитель! Я чую тебя так же отчетливо, как всех твоих пешек.
Аскуро’нди водила носом из стороны в сторону, принюхиваясь к запахам.
— Любопытные. Сие не лес, а оранжерея, — дракон указала на деревья. — Ферма. Земля дает им то, что они не в силах сделать сами. Корни связаны. Плоды чужды их родной природе. Гены смешаны.
Фыркнув, Млахак’ар вдавил лапу в почву, посылая ауру и импульс маны глубоко под землю.
— Они захватили тоннели «люденов», используя те для своих целей. Сжижение маны, питательные вещества, каналы и трубки, тянущиеся к центру города. Мы будто не в поселении «люденов», а на теле гигантского живого существа.
Млахак’ару не успели ничего ответить. Прямо на голове Высшего дракона Гибенкоса появилось существо, внешне выглядящее совсем как человек. Ни одежды, ни половых признаков, ни волос на теле. Оно одновременно смотрело на всех присутствующих и в то же время не смотрело ни на кого.
Заметив, что мироправитель Европы показал себя, Хиеден собирался представиться, очерчивая границы между их статусами, но остановился, ощутив неладное. Диаманте появился посреди леса из пустоты. Имей дракон интерфейс Системы, он узнал бы, что над Зараженным нет ника. Ни следов телепортации, ни маны от сдвига пространства, вызываемого умениями Рыцаря, ни даже намека на «кротовую нору — вормхол», созданную Волей Мира. Мироправитель просто взял и появился на голове Гибенкоса. Что вызывало наибольшее непонимание, ни Хиеден, ни другие драконы не ощущали присутствия рядом с ними другого живого существа.