Good Again
Шрифт:
— Посмотрим, далеко ли ты уйдешь на одной ноге! — я вся кипела, выбегая из спальни с его искусственной ногой наперевес.
Краем глаза я успела заметить полнейшее изумление, застывшее на его лице, но я уже сворачивала за угол, скользя вниз по лестнице.
— Китнисс! — прогремел его голос, но я продолжала мчаться, пока не оказалась посреди замерзшей лужайки. Я слышала, как приоткрылась еще одна дверь, и на Хеймитч вышел на свое крыльцо.
— Что за… — он так и застыл, увидев, что я размахиваю протезом Пита как дубиной. Я была сама ярость, не сулящая ничего хорошего тому, кто посмел бы
— Китнисс, что за хрень у тебя в руках? — выпилил он, не веря собственным глазам.
Я дышала прерывисто, вся во власти адреналина и безумия. Я была будто не в себе. Прежде чем я успела ответить, Пит добрался до парадной двери нашего дома. Он как-то дохромал вниз по лестнице, и теперь держался за косяк, но не имея под рукой чего-то, чтобы поддерживать равновесие, не мог меня преследовать.
— Отдай мне ногу, Китнисс! — орал он. Пит был зол, но мне было плевать. Зато никуда он без ноги не уйдет.
Хеймитч встал как вкопанный, переводя взгляд с меня на Пита и обратно.
— Вы что, издеваетесь? Китнисс, какого лешего ты творишь с его ногой, черт тебя раздери? У тебя что, крыша поехала?
А я уже начала всхлипывать, представив себе какой меня видят сейчас Хеймитч, а теперь и Эффи, которая, заслышав шум, уже бежала по лужайке и глядела на меня с откровенным испугом, словно я была ходячая смерть.
— Да, такое не каждый день увидишь, — пробормотал Хеймитч себе под нос, приближаясь ко мне.
Но в моем нынешнем состоянии я была не в состоянии распознать сарказм в его словах. Я была не в силах говорить, лишь беззвучно хватать ртом стылый воздух, и все мое тело была заметная дрожь.
— Хеймитч, он хотел уйти от меня из-за этого… — я указала на вое разбитое лицо, и из-за моего истерического состояния слова смешались в кучу. — А я сказала, что никуда он не пойдет, но он все равно собирал вещи, и я забрала его ногу, потому что он не может уйти, не может! — я затрясла головой, все происходящее совершенно утратило для меня свой смысл. Я будто бы стояла посредине дикой пустоши, одна, без компаса, без шанса обрести ориентиры, без шанса выжить и спастись. — я без него погибну, Хеймитч, умру, если он уйдет. Ничего не останется, от меня ничего не останется, я просто исчезну. Пожалуйста… — я сграбастала его за лацкан пиджака, не обращая внимания на его обращенный ко мне взгляд, полный недоверия и боли. Я молила Хеймитча взглядом, как будто это он собирался от меня уйти. Без сил я опустилась на заледеневшую траву, сжимая в объятьях протез, и что-то почище обычной тоски навалилось на меня, не давая мне двинуться. — Не ходи. Я сама все сделаю, — прошептала я. У меня не осталось ничего кроме всхлипов и этого его искусственного продолжения, и я вцепилась в него изо всех сил и без конца орошала слезами, словно кровью. Эффи приблизилась и опустилась на землю рядом со мной, мурлыкая мне что-то на ухо.
Не знаю, как ему это удалось, но вдруг и Пит оказался рядом, и в его голосе были слышны его собственные слезы.
— Нет, Китнисс, не надо так, — от этого мне стало только хуже: я начала икать и судорожно хватать ртом воздух, но толком не могла этого сделать. Хеймитч пытался вынуть протез из моих пальцев, но я лишь плотнее прижала его к груди железной хваткой. Никто был не в силах
— Китнисс, успокойся. Дыши, дорогая. Ты в обморок грохнешься, если не сделаешь глубокий вдох, — Эффи беспомощно взглянула на Хеймитча. Тот в свою очередь бросил убийственный взгляд на Пита.
— Уйти? Так вот что ты удумал, гений, — зашипел на него Хеймитч.
Пит был уже сам не свой, его голова поникла, рыдания сотрясали все тело, а руки вырывали из почвы пучки жухлой травы. Он смог лишь кивнуть в ответ.
Опустившись рядом со мной на колени, Хеймитч мягко забрал у меня протез. Я пыталась сопротивляться, но он погладил меня по волосам и прошептал на ухо нечто столь успокоительное, что я мгновенно поддалась:
— Давай, солнышко. Отдай мне эту штуковину. Он никуда не уйдет, — я растаяла от его доброты и отпустила протез.
Пит сидел, вцепившись себе в волосы, когда Хеймитч обратился к нему:
— Правильно, мальчик? Ну же, скажи ей, что никуда не уйдешь. Скажи ей, или тебе придется заказывать другую такую славную штуку из Капитолия, — Пит поднял голову, глаза у него были опухшие, на мокром месте.
— Почему?
— Потому что эта окажется вне доступа твоей задницы…
— Хеймитч, так делу не поможешь! — пискнула Эффи.
Наш ментор смерил Пита долгим взглядом, прежде чем бросить ему ногу.
— Надень это и отведи её внутрь. Обращайся с ней как следует, и сделай так, чтобы она больше никогда по твоей вине не оказалась в подобном состоянии. Одно дело, когда у тебя приступ. И совсем другое, когда ты дуришь из-за того, что случилось, пока ты был не в себе.
— Хеймитч… — начал Пит.
— Не желаю ничего слышать, — взревел тот. — Веди себя так, чтобы быть её достойным. Вы вообще-то обручены, если уж на то пошло. Это значит, что вы должны вместе быть в радости и в горе, даже если случается нечто самое ужасное. Отведи ее внутрь. Прямо. Сейчас, — он набрал в грудь воздуха и повернулся к Эффи. — Надо их оставить наедине. У меня еще остался виски, который так тебе понравился в тот раз, принцесса.
Эффи взглянула на нас, не зная куда деть глаза. Но потом позволила себя увести. И я слышала, как она прошептала, пока они шли до дома Хеймитча:
— И что, они всё время так?
— Нет, на самом деле они дурят по очереди, — пробурчал он.
_________________
* В оригинале глава называется «When Bad is The Worst Thing You’ve Ever Seen». Дословно: «Когда плохое — это самое ужасное, что тебе доводилось видеть». Но если это цитата, то источника мне обнаружить не удалось, и я не вижу смысла в буквальном переводе, да и в принципе не люблю громоздкие заголовки.
========== Глава 34: Моя путеводная звезда (POV Пит) ==========
Аннотация автора: Заявка основана на сонете Шекспира: «Мешать соединению двух сердец / я не намерен…» («Let me not to the marriage of true minds / admit impediments…»). Самые ужасные страхи Пита оживают, когда во время приступа он причиняет боль Китнисс. Сможет ли он совладать с последствиями своих душевных травм, чувством вины и осознанием, что может представлять угрозу для любимой? Эту «удаленная сцена» написана для «AO3 Holiday Fic Exchange» по заявке PrissPanem как продолжение истории «Когда случается ужасное».