Good Again
Шрифт:
____________________________________________________________________
Капитолий все еще пытается меня прикончить.
Как объяснить иначе появление этой мерзкой мочи, которую они пытаются выдать за алкоголь. Разберется уже кто-нибудь, наконец, что они там привозят из Капитолия, чем там это дело бодяжат, да так, что я и рот этой гадостью не в состоянии полоскать. На самом деле, я мог бы сам себе сварганить неплохого самогону, будь у меня на то желание. Но мне, конечно, лень. Жить на всем готовеньком — одна из множества выгод Победителя. Даже когда твоя жизнь прахом развеяна по ветру, а твоя семья стерта с лица земли, ты все еще можешь беспрепятственно
Открыв одну из этих дерьмовейших бутылок, я тут же вылакал её на четверть, не отрываясь. Ага, вот что мне сейчас поможет. Я выглянул в окно, где солнце только-только показалось над верхушками деревьев. А в доме Пита уже горел свет на первом этаже. Чертов мальчишка уже на ногах, наверное, печет какой-нибудь свой торт. Не то, что я жаловался, вовсе нет. Ведь он-то меня в основном и кормит. Я ценю свое соседство с ним и Китнисс, хотя вслух в жизни им в этом не признаюсь. Их выходки намного занимательнее, чем любая из этих слюнявых передач по капитолийскому ТВ. Как будто они и не были помешаны на беспорядочном сексе и насилии. Когда же пал режим, маятник качнулся от экстравагантности к откровенной безвкусице. Я с легкостью обойдусь без сцен насилия — я их повидал столько, что хватило бы на сотню жизней. Но то, что по ТВ теперь не показывают секса несколько раздражает, если учесть. Как долго я уже сам этим не грешу. Хотя какая разница: вряд ли им удалось бы поднять старого солдата у меня в штанах. Я с сожалением бросил взгляд вниз, разглядывая своего давно заброшенного в интимном смысле маленького дружка.
Ты даже не в курсе, в каком ты Дистрикте живешь, верно?
И я вновь застегиваю штаны. Когда начинаешь болтать со своим членом — верный знак, что пора на боковую.
***
Проснулся я оттого, что приоткрылась моя входная дверь. И, как обычно, тут же вскочил, взмахнув ножом в воздухе. Я с ним не расстаюсь даже во сне. Набрав в грудь побольше воздуха, я снова уронил голову на диванные подушки. Я редко сплю в спальне наверху — чего ради? Бросив взгляд на кухню, я там заметил Пита, который расчищал местечко для буханки хлеба. Достав нож из кармaна фартука, он нарезал хлеб и раскладывал куски на тарелку.
— Когда ты в последний раз ел? — спросил он, подходя к месту, где я валялся. Вечно все тот же вопрос.
— А когда ты в последний раз готовил? — прорычал я свой обычный в таких случаях ответ.
Пит усмехнулся и протянул мне тарелку. На ней лежал хлеб с орехами, мой самый любимый.
— Вот почему я терплю твое присутствие, — сказал я, откусывая от ломтя.
Пит взмахнул рукой в воздухе, пытаясь стряхнуть что-то, что у ней прилипло.
— Тебе определённо не помешало бы почаще чистить зубы.
— Я на жидкой диете. Не так уж часто я и пользуюсь этими зубами, — сказал я, не прекращая жевать.
Пит же направился обратно к двери и прислонился к косяку.
— Думаю, лучше я постою здесь.
— Ладненько. Не хочу, что ты принялся меня лапать. Я всё-таки не Китнисс. А то вы вечно вы с ней виснете друг на друге.
— Не волнуйся. Вряд ли я когда тебя с ней спутаю, — сказал он. И я заметил некое мерцание в его светлых глазах, а на лице — самодовольную ухмылку.
— И что такое? Ты что, только что присунул или типа того? — посмотрел я на него подозрительно.
Пит лишь рассмеялся.
— Или типа того, — стал
Я вновь на него взглянул, оценивая то, что вижу. Он выглядел здоровым, полным жизни, являя собой ожившую картину молодости и бьющей через край энергии. Даже волосы были недавно подстрижены — удивительно, что он позволяет Китнисс приближаться к себе с чем-то острым в руках. Щеки у него были румяные, хотя лето уже закончилось и в воздухе дохнуло холодком. Какая огромная разница в сравнении с тем, каким он был, когда только сюда вернулся. Ни того затравленного взгляда, ни землистого цвета лица, ни мешков под глазами. Все у них с Китнисс шло как нельзя лучше, и я склонен был за них порадоваться, хоть никогда и не сказал бы им об этом.
— Ладно, проехали. Что это ты такой радостный?
— Кое-кто скоро приедет к нам в гости.
— Правда? Что-то я ничего подобного не припомню, — я все еще наслаждался вкусом хлеба.
— Это сюрприз. Вчера нам позвонила некая особа, которая ужасно хочет нас повидать. Она слышала об открытии пекарни и просто не смогла удержаться от того, чтобы не отправиться к своим ненаглядным влюбленным, — он сказал это с такой интонацией, так что я даже поежился. Я чуть не подавился хлебом, когда понял о чем это он.
— Ты шутишь.
— Не-а. Она приедет в конце недели и у нас будет важный-преважный день вместе, — он многозначительно взмахнул рукой, едва сдерживая веселье, а мне становилось все больше не по себе. Вот же дерьмо.
Черт. Только не Эффи.
— Вот что получаешь в итоге, когда спасаешь людям жизнь. Они все время околачиваются возле тебя, — проворчал я. Беда не приходит одна, верно? Эффи. Даже хорошая выпивка мне тут вряд ли чем пособит.
— Она будет жить в соседнем доме с твоим. Сегодня там кое-кто придет навести порядок, просто чтоб ты знал, — сказал он и ухмыльнулся. Плечи чуть дрогнули от сдерживаемого смеха. Что за напасть.
— И что тут, черт возьми, такого смешного? — выпалил я. А так как я уже наелся, то отшвырнул от себя тарелку, и она проехалась по кофейному столику.
— На это будет крайне забавно поглядеть. В кои-то веки не мы с Китнисс будем тебя развлекать, — он отлип от косяка, к которому прислонялся. — Хочешь, Сальная Сэй поможет тебе разгрести все это свинство? Эффи удар хватит, когда она увидит подобный бардак.
— Эй, да мы с ней не вчера познакомились. Она знает меня как облупленного. И вообще, пока тут срач, она будет держаться отсюда подальше, — злобно заворчал я, а потом вздохнул. — Но ты можешь прислать кого считаешь нужным.
— Ладно. Китнисс пойдет на охоту, а я - в город, посмотреть что за миксеры мне прислали. Приходи на обед, — искренне сказал Пит.
Даже будучи в растрепанных чувствах я не собирался отказываться от вкусной домашней еды.
— В обычное время? — пробормотал я.
— Ага. Ну, увидимся, — он завернул хлеб в тряпицу и удалился.
Я провел рукой по волосам и пальцы запутались в колтунах. В последний раз, когда я видел Эффи, она была подкошена процессом над Цезарем Фликерманом, Клавдием Темплсмитом и прочей капитолийской швалью, замешанной в создании Игр. Теперь она — сотрудник компании Кэпитол Продакшн, устраивает жизнь других людей. Насколько я знаю, она и впрямь интересовалась пекарней и искренне была привязана к Китнисс и Питу, но я подозревал, что приезжает она не только из-за них. Может, она и вела себя легкомысленно, но при этом была весьма проницательна. Хотя и добилась совершенства в капитолийском искусстве не во что особо не вникать.