Горизонт событий
Шрифт:
Не успели мы с Эвелин выбраться из джипа, как дверь клуба распахнулась настежь, и наружу буквально вылетел сам хозяин.
– Дорогая Эвелин, мы так соскучились по вам!
– И тут же передал ей роскошный букет цветов, который она с достоинством приняла. Ну прямо королевишна, хе-хе!
– Спасибо, я постараюсь радовать вас и дальше, только мне сначала нужно восстановиться...
– Конечно-конечно, но афиши мы сделаем в самое ближайшее время!
(Вот так, «...ты лечись, конечно, но особо не расслабляйся...»)
Я передал охраннику сумки, которые уже достал из багажника, и Эва с
Странно, но у всех в доме было хорошее настроение. Звери вовсю шныряли по газону перед домом, гоняя в недавно подстриженной траве очередную жертву из отряда местных насекомых, Джинджер и Магда что-то делали на кухне, откуда слышался их веселый смех.
– Все, передал Эвелин под опеку хозяина клуба, пусть теперь они ее охраняют!
– доложил я жене.
– Отлично, мы договорились, что она приедет к нам на ужин. А сейчас есть хочешь?
– Вообще-то, уже да.
– Обед будет через час, успеешь помыть руки. Все, мы тебя позовем, иди!
Да, характер у Джинджер как был крутым, так и остался! Хорошо, что не испортился... Или я просто привык, как будто знал ее очень давно?
Как раз успел поработать над рукоятью ножа, нужно было кое-что подровнять, не нравились мне очертания нижней части, ну вот какая-то нелогичность портила весь вид... А вот теперь — нормально, уже не выглядит тяжеловесно, и при этом не слишком «худой», иначе его будет неудобно держать в руке. Нужно бы этот ножик Джинджер показать, пусть в руках покрутит, оценит. О, идея — можно и Магде заодно дать подержать, глянем на ее реакцию. Вдруг она не только пистолетами интересуется.
– Алекс, идите обедать!
– позвала меня из коридора Магда.
– Уже иду!..
Прихватив с рабочего стола почти законченный нож, иду на кухню.
– Вот, прошу оценить, как в руке лежит. Специально сделал рукоять чуть поменьше, чем для себя, теперь хочу проверить.
Джин взяла нож и начала задумчиво крутить его в руках.
– Для женской руки делал, что ли? Небольшой...
– Да, ты угадала! Так что давай, оценивай, если что — переделаю.
Она еще немного повертела мое произведение в руках, затем протянула Магде. Та с интересом взяла нож. Ага, точно! Судя по некоторым признакам, наша домработница держала в руках не только кухонные инструменты, да! Это стало понятным сразу, как только она попробовала взять рукоятку «фехтовальным» хватом, затем «обратным». Затем как будто спохватилась и протянула нож мне:
– Рукоять удачная получилась, можно держать, как угодно. На заказ делали?
– Нет, пока просто тренируюсь. Делать на продажу пока не хочу — уровень не тот.
– А для меня можете еще раз попробовать?
– Хорошо, нарисуйте на бумаге, что примерно хотите получить, после с вами обсудим.
– Тогда я завтра принесу, покажу.
Джинджер в это время с интересом наблюдала за нашим диалогом, и в ее взгляде я заметил понимание. Наверное, она тоже заметила признаки специальной подготовки у Магды, только не подавала вида. Надо же, какие сейчас домработницы встречаются, с такими вместе на рынок идти не страшно, хе-хе!
Остальная
На ужин приехала Эвелин, как и обещала. За столом сидели недолго, потом они с Джин ушли в спальню переодеваться. Я подумал-подумал, и решил тоже окунуться в бассейн. А то от долгого сидения за столом уже поясница заныла, елы-палы...
Почти до темноты Эва с небольшими перерывами плавала вдоль бассейна, не поддаваясь на провокационные возгласы полежать на матрасе и отдохнуть. А когда она все-таки устала, мы с Джин «в четыре руки» слегка помассировали ей руки и ноги. Судя по улыбке, Эве такая процедура очень даже понравилась. Минут через двадцать дамы ушли переодеваться и сушить волосы, но я решил нырнуть еще разок. Эх, хорошо!
Когда мы проводили Эвелин, то Джинджер пошла на кухню, а я поднялся в мансарду, осталось совсем немного работы, рукоять ножа и металлические детали были уже отшлифованы, оставалась только заключительная полировка. Кстати, нужно бы кое-что записать, листок и ручка есть, пока не забыл. Как у меня там было про «Русскую рулетку»?..
Осторожно работая самой мелкой наждачкой, чтобы не испачкать темными металлическими опилками дерево рукояти, я прислушивался к далекой морзянке в эфире и не почувствовал, как по лестнице поднялась Джинджер. Понял, что она стоит рядом, только когда ее руки нежно опустились мне сзади на плечи.
– Чем сейчас занимаешься?
– Вот, нож почти закончил делать, сижу, красоту навожу, полирую...
– Для кого-то?
– Пока не решил еще, посмотрим...
– А что у тебя на листке написано? Судя по всему, стихи? О чем?
– Если коротко перевести суть, то я думаю, что не нужно искать приключений себе на... хм... голову, они тебя сами найдут, и мало не покажется.
– Ты еще и поэт? Я подозревала...
Осторожно положив нож на стол, я вытер руки тряпкой и повернулся к ней, глядя снизу вверх.
– Это так, для себя... Ну, может быть, еще кому-нибудь понравится...
– Я думаю, что понравится. Может быть, их еще и споют.
– Думаешь?
– Почему бы нет? Передай текст своим знакомым, пусть оценят.
Встаю, нежно прижимаю ее к себе и зарываюсь лицом в рыжую копну волос. Джин сначала замирает, потом чуть отстраняется, чтобы видеть мои глаза.
– Ты опять меня удивил... Может быть, еще и на скрипке играть умеешь?
– Не знаю, еще не пробовал, - отвечаю ей словами из старого анекдота, мы смеемся, потом она обнимает меня, притягивает так, что перехватывает дыхание, и долго-долго целует.
За окном сумерки уже превратились в ночь, затихло быстрое пиликанье морзянки, а мы все стояли, не в силах отпустить друг друга. Наконец, Джинджер сказала:
– Все, пойдем, у нас еще остались кое-какие дела.
Впрочем, дел-то оказалось всего два: выключить свет в спальне и помочь ей раздеться. Наблюдающий врач сказал Джинджер, что нужно строго соблюдать режим дня, вот она и делает теперь все по расписанию. Хорошо, что для меня в этом распорядке тоже остается немного места...