Горизонт событий
Шрифт:
— Да… Весело… — скупо улыбнулся я в ответ.
— Ах да!!! Чуть не забыл! Вот это — глушилка! — старик вытащил бляху от ремня: — Нажми на нее, как приблизишься к парковке! Глушит камеры только в путь! Конечно, если полиция будет просматривать запись, они поймут, в какое время был угнан автомобиль, но это не самое страшное.
В общем, я трижды попрактиковался на огромном внедорожнике одного из парней Кицуне. Новый опыт в этом тошнотворном деле.
— Господин Редзю будет очень доволен! — улыбнулась Кицуне, когда я «угнал» внедорожник
Мы прибыли на место. Небольшая стоянка возле спального района. Моя задача — угнать немецкое купе.
Аккуратно, чтобы никто не заметил, я подкрался к забору и включил глушилку. К семи часам народу на улице обычно уже нет. Через минуту, я вышел из мертвой зоны камер и направился к цели. Серый BMW последней модели. Говорят, таких в мире всего двадцать штук. Ну что же, значит — честь имею!
Подойдя к машине, я аккуратно вставил шокер. Автомобиль недобро пискнул, но сигналка отключилась, а замки сдержано щелкнули. Я сел внутрь и понял на сколько современные автомобили отличаются от классических. Все электронное — никакой механики.
Так… Значит, первым делом, нужно вырвать кабель. Я кое-как нащупал довольно толстый шнур и выдернул его. Затем вставил провод от наладонника и нажал «Энтер». Компьютер довольно быстро включился и начал обновлять ПО. Далее я вытащил шарманку и включил её. Писк стоял просто невыносимый! Вставив спицу в разъем зажигания, нажал на кнопку. Двигатель приятно заурчал.
— Добро пожаловать на борт! — мило поздоровалась приборная панель.
— Здрасьте. — ответил я и зачем-то кивнул головой. Переведя коробку передач в автоматический режим, я медленно выехал с парковки. Ну, дело сделано! Я пригнал машину в нужное место.
Так все это мероприятие и продолжалось. Я угонял машины бандитов для других бандитов. И я даже не заметил, как мне стало это нравится.
После очередного удачного угона, Кицуне отвезла меня на побережье. Я был удивлен. Она что, хочет полюбоваться на ночное небо? Не удивляйтесь. В Токио закат начинается в районе половины шестого. К восьми часам уже обычно темно.
— Садись. — улыбнувшись, произнесла девушка и указала на лавку.
— Честно говоря, хотелось бы узнать, что случилось? — поинтересовался я. Может быть, я где-то спалился, и меня теперь придется убрать, как ценного свидетеля?
— Нет. Ничего. — ответила она и вытащила из дорогущей сумочки буханку белого хлеба.
— Мы пришли сюда, чтобы поесть хлеб?
— Нет, он не для нас, а для тех, кто нуждается в нем больше нашего. — Кицуне указала на альбатросов, которые заметив еду, тут же побежали к нам.
— Есть повод?
— Я понимаю, для тебя это странно. Но… Я бы хотела рассказать тебе кое-что. Ты не такой, как все, и я не хочу допрашивать тебя, кто же ты на самом деле. У каждого есть свои скелеты в шкафу, о которых не стоит рассказывать. Верю, придет время, и ты откроешься мне, Некономи, а я откроюсь тебе.
— Все может быть. — боюсь, что если
Раскрошив буханку, девушка начала выкидывать куски хлеба, а альбатросы, с диким криком налетали на еду. Стоит ли говорить, что птицам категорически запрещено мучное? Я читал, что из-за этого их желудок забивается, а печень вырастает до огромных размеров. Птица моментально жиреет и умирает. Когда хлеб кончился, Кицуне отряхнула ладони от крошек и вытащила бумажник.
— Я верю, что все, кто приходят в нашу жизнь — присланы не случайно.
— Есть такое.
— Знаешь, Некономи… — Кицуне вытащила из бумажника фотографию и протянула мне. Там был изображен белобрысый зеленоглазый мальчик: — Это мой младший брат Аки.
— Хмм… — я не знал, что ответить. Парень отдаленно напоминал меня, но не более того: — Значит, ты у нас заботливая сестренка, Кицуне-сама?
— Нет. — девушка улыбнулась: — Нет, Нокономи. К сожалению, Аки умер шесть лет назад.
— Соболезную. — вот дернул же черт такое сказануть!
— Я уже смирилась с потерей. Мне было тяжело, но… Многие через это проходят. Так устроена жизнь. И смотря на тебя, я невольно вспоминаю своего Аки. Знаешь, я часто думаю — а каким бы он был сейчас?
— Наверное, храбрым и сильным, как и его старшая сестра. — я попытался улыбнуться. Холодный ветерок подул с океана.
— Возможно. Некономи, а ты бы хотел обрести семью?
— Что? — ох, только не это!
— Ну… Ты бы хотел стать чьим-то братом или сыном, к примеру? Жить в этом питомнике тяжело. И я уверена, что ты стал таким только из-за этого.
— Возможно. — она что, хочет предложить мне…
— Некономи, а ты хочешь стать моим младшим братом?
— Эмм… — я взглянул на девушку: — Прости, я не расслышал. Что?
— Ты хочешь стать моим младшим братом?
— А… Ты про это… Кицуне-сама, я не хочу тебя обижать. — заманчивое предложение, но я и так отошел от своих правил, начав работать на Якудза! Если я стану членом семьи, то меня ждет абсолютная такая же жизнь, как была ранее. Не убьет Босс — убьют претенденты на его место. А может быть даже вражеские кланы. Нет-нет… Такая жизнь больше не для меня. Дружить с преступником — это одно, а вот быть им — совершенно другое!
— Не обидишь. Говори, как есть.
— Дело в том, что я уже привык к жизни в приюте. Без меня они не продержаться. — выкрутился я. Ну, в какой-то мере это было правдой, поскольку никто, кроме меня и пальцем не пошевелил, чтобы кого-то спасти или помочь.
— Так ты там местный герой? — Кицуне печально улыбнулась: — Ладно. Я поняла тебя. Попытка не пытка, как говорится!
— Понимаешь… Кицуне-сама… Дело не во мне. Другим человеком брата не вернешь.
— О, я и не пыталась. Просто хотела спасти твою душу. Но, как показывает практика, ты вполне недурно устроился! Ладно, Некономи, поехали поедим, и я отвезу тебя обратно.