Горизонты
Шрифт:
У них должно получиться. У них и вправду должно получиться! Как только через большую дверь промчалась очередная группа охранников-Отродий, Ксанти проскользнула внутрь. Обстановка внутри была прямо как в Исследовательском Центре Гиппократа: больше золотистое дерево с висящими на ветвях мясистыми плодами. А чтобы питать изготовление Отродий, в воронки у корней дерева изливалось содержимое многочисленных бочек с Флюксом. Через отверстие в потолке, расположенное прямо над мешаниной какого-то оборудования, рухнуло тело. По бункеру разнёсся жуткий влажный хруст и с одной стороны машины в бочку полилась радужная жижа, а
За мясорубкой, капсулой и деревом присматривали с полдесятка измученных зебр. Больше половины из них были гулями и работали бездумно. Взрывающиеся ошейники на их шеях достаточно ясно сообщали об их положении здесь. Скрываясь за ящиками, Ксанти подкралась поближе к мясорубке, стараясь избегать внимания гулей и зебр, выковыривающих из кровавого месива талисманы. Некоторые из них несли на себя признаки заражения порчей: деформированные кости, небольшие наросты на конечностях, внутриглазные пенисообразные щупальца и тому подобное. В их теперешнем состоянии, я сомневалась, что им поможет что-либо, кроме радикальной кибернизации, вроде той, что вернула меня с того света в первый раз.
Прокравшись окольным путём вокруг чего-то большого, накрытого брезентом, Ксанти пробралась за огромное золотое дерево. Порывшись в сумках, зебра вынула несколько блоков С-4 и начала располагать их на задней части ствола. О взрывчатке я знала не много, но полагала, что такого количества будет достаточно, чтобы разнести на куски эту чёртову штуку.
Тут позади неё сверкнула двойная вспышка.
— Ой-ой, — предупредила броня, и поспешно обернувшаяся Ксанти увидела, что на неё сверху вниз смотрит пара Отродий-единорогов, вооружённых серебряными ножами. Вцепившись в детонатор, зебра вытаращилась на них снизу вверх и тут они сделали нечто куда более пугающее, чем всё то, что я видела среди Отродий до сих пор.
Они улыбнулись.
Серебряный нож одной из них рассёк детонатор и отрубленная его часть со звоном покатилась по полу.
— Теперь это ни к чему. От вас, паразитов, сегодня было уже достаточно проблем, — произнесла единорог-Отродье.
— Вы…. вы не можете говорить! Отродья не разговаривают! — изумлённо ахнула Ксанти, отступая к золотому дереву.
Кобылы переглянулись, выдали пару одинаковых ухмылок, а затем снова повернулись к зебре, в унисон указав на неё лезвиями своих ножей.
— В самом деле? — притворно изумилась одна.
— Всё меняется, — заметила вторая.
— Улучшается.
— Адаптируется.
— Превозмогает.
Взгляд Ксанти метался от одной кобылы к другой.
— Тогда… тогда вы не должны этого делать! Легат… он ведь…
Одна из единорогов похлопала себя по виску.
— С нами. Всегда с нами.
— Он — наша воля.
— Наша душа.
— Наша цель.
— Но с нами, ему не нужно указывать, что нам делать. Он может разделить свои полномочия. Мы сможем исполнить его волю.
— Но… чего же он хочет? — спросила Ксанти, не отрывая взгляда от пары клинков, готовых пронзить её.
Отродья
— Чтобы труп этой планеты плыл сквозь космос, словно его корабль, несущий на себе души всех живых существ, поглощая звезду за звездой, мир за миром. Бесконечно, — продекламировали они в унисон. — Хотя это не имеет особого значения. Это был всего лишь тест наших лингвистических способностей.
— Эти пеоны — плохие субъекты для общения, — указала на гулей одна из Отродий.
— Они способны лишь пресмыкаться, — согласилась другая.
Ксанти с трудом сглотнула.
— Ох. Мне… жаль это слышать, — слабо пробормотала она.
— Да, ну что ж, — помолчав, единороги взглянули на зебру сверху вниз и, спустя мгновение, сверкнувшие серебром ножи обрушились на Ксанти. Та, закричав от ужаса, едва успела поднять ноги.
— Ойой! — вскрикнул костюм от боли. Лезвия, что должны были отрезать зебре ноги, остановились, пропоров всего несколько сантиметров ткани. Хоть этот удар и слегка подпортил ей шкуру, его было не достаточно, чтобы покалечить её непоправимо. Нападающие оказались настолько потрясены, что Ксанти сумела нырнуть между ними, перекатиться вперёд, снова вскочить на ноги и броситься бегом вдоль стен по направлению к выходу.
— Прости. Мы обязательно тебя починим, я обещаю! — заверила зебра. Тут сверкнула фиолетовая вспышка и перед ней появилась одна из единорогов. Вскрикнув, Ксанти упала на спину и прокатилась по полу прямо под мелькнувшим лезвием. С рога Отродья со вспышками стали срываться магические пули, ударяя в стелс-броню ускользающей зебры. Ещё одна вспышка и перед ней появилась другая кобыла, попытавшись ударить катящуюся Ксанти сверху вниз. Край лезвия прочертил царапину через плечи брони, от чего костюм заскулил от боли.
Ксанти перекатилась на копыта и теперь неслась к выходу, распугивая жалких гулей, что завывая старались убраться с её дороги.
— Прошу тебя, Звёздная Дева, сними с меня своё проклятие и позволь мне… А-а! — перед зеброй появилась одна из говорящих Отродий. Единороги телепортировались снова и снова, и я могла лишь удивляться, как Ксанти каждый раз удавалось в последний момент, падая, перекатываясь и уклоняясь продвигаться вперёд. Одна из ущербных тварей, видимо полубезумная и поражённая порчей, обвила зебру тремя щупальцами, растущими из плеча и взвыла дурным голосом. Облепив щупальцами плечи Ксанти, оно бессвязно завопило ей в лицо, от чего зебра в панике завопила в ответ.
Рядом возникла одна из единорогов. Торжествующе ухмыльнувшись, она замахнулась, метя в незащищённую голову зебры. Ксанти отклонила голову назад и лезвие прошло прямо через голову гуля. Ксанти вернула голову в прежнее положение как раз вовремя, чтобы получить в лицо булькающий поток гнилой крови, бьющей из обрубка шеи и завопила с новой силой.
— Стой смирно! — в унисон потребовали от зебры два Отродья, пока та гарцевала на задних ногах в сторону выхода, прикрываясь всё ещё цепляющимся за неё телом. Всякий раз, когда они наносили удар, она поворачивалась, перехватывая клинок трупом и в панике верещала, едва умудряясь избегать ранений. Лезвия вырезали из обезглавленного гуля кровавые, гнилые куски, забрызгивая нечистотами всё вокруг, в том числе и крутящуюся, вертящуюся и прыгающую Ксанти.