Город бабушек
Шрифт:
Бабушка стращала зря. После первой поломки дед «посадил» табуретку на особый замечательный клей и объявил Вике, любительнице повертеться, что теперь можно не волноваться, мол, эта «штуковина» всех переживёт.
Бабушка тем временем достала большой стакан: нарезать сочни. Девочка умаляющее сложила ладошки: дай «покрутить».
– Ступай чаще! А то отходов получается много. Не сочень, а дырявое облако! Второй раз такое тесто не раскатать – туговато. Дай-ка покажу.
Вика от старания даже язык высунула. На этот раз получилось точь-в-точь. Глядя на внучку, бабушка не могла сдержать смех:
Дверь в кухню приоткрылась, и в образовавшуюся щель просунулась голова деда Валеры, а затем и он весь. Не один, с гитарой.
– Привет, стряпухи! Что-то я проголодался. Решил сегодня испытать пирожковую диету. Сейчас как раз время приёма пищи.
Вика, оценив дедово пузо, хмыкнула и строго возразила:
– Мы не стряпухи, а повара!
Она всё ещё сердилась на деда за то, что тот не дал ей утром досмотреть мультик – отобрал пульт от телевизора. Ожесточённая борьба за пульт между ними шла три дня – у деда вышел из строя старенький ноутбук и, пока он в нём ковырялся, поделить телевизионные каналы мирным способом не получалось.
– Повара, повара, – согласно кивнул дед Валера, уселся на табуретку и повёл носом. – И кондитеры тоже! Чем это пахнет? Сейчас отгадаю. Яблоки с корицей!
– Повар да пекарь – вечные профессии! – закивала головой бабушка Мила, смазывая подошедший пирог яйцом. – Другие исчезают, а эти всегда в цене!
«А ведь и правда, – подумала Вика, украдкой засовывая в рот мелко накрошенную варёную морковь, перемешанную пополам с яйцом. – Не только вечные, но и самые вкусные профессии!»
Дедушкины пальцы пробежались по струнам, получилась незатейливая мелодия, и Викины обиды разом испарились. Дед играет вкусно, с душой, и беспокойный дом постепенно накрывает огромное покрывало умиротворения. Разговоры прекращаются, остаются только звуки. Лишь бабушка изредка вздохнёт и тихонько подскажет внучке:
– Творога не жалей!
Пирожки у Вики получились похожими на маленьких поросят: беленькие, длинненькие. И – как ни старалась – кривоватые. И очень прожорливые: сколько начинки съели – из брюшка вываливается! А вот бабушкины пирожки как на подбор: кругленькие и ровные.
«Ничего, научусь! – сопит Викуся. – Буду хорошей хозяйкой, а ещё, ещё… переводчиком!»
«Переводчик – словно комета, которая связывает миры разных людей. Чтобы все друг друга понимали, договаривались и не ссорились, – продолжает размышлять Вика, старательно защипывая очередной пирожок. – Я – быстрая комета, и бабушка Мила – тоже комета, только медленная.
Гм, осталось только выучить разные языки».
Добрый вечер
Вот уже и последний противень с подошедшими шанежками отправился в духовку. На глубоких тарелках, накрытых полотенцами «отдыхают» готовые пирожки. Вика с дедом уже так объелись, что, как говорится, «только глаза не сыты».
– Что-то никто из гостей сегодня не идёт, – вздохнул дедушка, удовлетворённо поглаживая живот. Он у него большой и круглый, похож на холм. «Вот если бы я вдруг стала маленькой, как Дюймовочка, то смогла бы кататься с дедова
– Не придут, – ответила бабушка и, вытерев руки о фартук, устало присела на табуретку. Дело сделано – можно и отдохнуть.
– Как не придут?! – вздрогнула Вика. – Давай я Гузельке позвоню – сейчас же прибежит!
– Пирожки в поездку возьмёшь! – строго распорядилась бабушка: – Завтра с классом в кукольный театр поедете – вот и угостишь свой народ.
– Ой! – всплеснула руками Вика. – А я и забыла! Во сколько же сбор? Погляжу, у меня в дневнике записано…
И сорвалась с места.
– В девять! – крикнула вдогонку бабушка, но Вика её уже не слышала.
Она позвонила подружкам, договорилась о встрече по пути в школу. И через пару минут, возбуждённая, вновь появилась на кухне.
– Сказали в дорогу взять только питьё. Пойду пирожки в рюкзак уложу. Ещё надо тетрадку, ручку, карандаши и мишку Серёжку. Он самый маленький, влезет.
– Ага, ещё мяч, роликовые коньки и три пары джинсов – засмеялся дед Валера. – Потом сумку не поднимешь. Успокойся, всего на день поедете. Пирожки ещё горячие, остынут – возьмёшь. А бутылочку с водой я тебе приготовил.
Но Вике не сиделось. Она принялась носиться из комнаты в комнату, переживать, представляя, как они поедут с ребятами на автобусе, вытряхнула из школьного рюкзака всё содержимое и, только обнаружив там свою заветную тетрадку, немного успокоилась.
Вика посмотрела на деда, сидящего перед выключенным телевизором с закрытыми глазами. На ум пришло слово «безмятежность». Дедушка всем своим видом её демонстрировал. Она тут же записала это слово в заветную тетрадку. С недавних пор узнавание новых слов превратилось в увлечение.
А что дальше? Вика посмотрела в окно на уходящий день – сиреневое небо с блёстками звёзд – и достала гуашь и кисточку. Заветной тетрадке можно подарить горсточку слов, но чтобы обрисовать целый день – нужен большой лист.
Вика нарисовала разноцветные дома своего городка и отложила сушиться. На новом чистом листе появилась серебристая горка и огромная «ватрушка». Потом она решила пририсовать ещё большой самолёт и маленькую чёрную собачонку. Ту, что сегодня её облаяла, но, когда получила кусочек сосиски в тесте, завиляла хвостом.
Викин день – яркий, многоголосый, необычайно вкусный и ароматный! Он соскучился по лету, этот длинный, предвесенний день. Девочка взялась за зелёную краску, потом за красную, жёлтую, коричневую. И вот уже на рисунке появляется пышное дерево, а рядом… принцесса. Это её будущая сестричка!
Вика отложила последний рисунок на просушку и взяла в руки заветную тетрадку, подаренную Еленой Петровной.
«Добрый вечер!» – вывела она в заголовке. Сейчас она напишет небольшую историю о сказочных зверюшках, которые помогали ей раскатывать тесто и защипывать пирожки. Викуся кладёт голову на стол. Загадочные зверьки… Как их назвать? Ага! Серовато-фиолетовые будут Блюмтиками, а оранжевые с коричневым – Тикблюмами. Забавные зверьки удивлённо таращились на неё и о чём-то еле слышно лепетали. Глаза Вики между тем сами собой закрылись, и таинственная дрёма помешала сочинять дальше.